– Кэтти, но ведь всё обошлось.
«Нет, чёрт возьми, не обошлось! Если бы в толпе Дамиан потерял тебя или Брэндон не вывел бы вас обоих, на две могилы в моей жизни было бы больше!», – хотелось крикнуть мне, но, посмотрев на сестру, спокойно пившую кофе, я решила, что без толку, махнула рукой и удалилась к себе в комнату, из которой выходила только по естественным нуждам. Бо́льшую часть времени проводила возле окна, рисуя на запотевшем стекле какую-то ерунду, не обращая внимания на иногда попискивающий телефон. Брэндон, видимо, тоже быстро очухался, раз постоянно писал и звонил мне. Я даже не читала его сообщения и на звонки не отвечала. После случившегося я пребывала в какой-то прострации.
Иногда заходила в Интернет, и там повсюду были новости о том вечере: сколько трупов нашли, из-за чего всё случилось (основная версия — неисправная проводка, разумеется), где сейчас находится Ричард Андервуд (естественно, после такого он смылся к себе на родину, в Вашингтон), выступления Алекса Бейкера (которого, кстати, на время отстранили от должности из-за резкой волны возмущения. И правильно: на его совести много пострадавших и умерших). Радовало только одно: как бы то ни было, мы не облажались, и наша цель была достигнута. Но какой ценой…
Снова раздался телефонный писк, и я, вздохнув, всё-таки протянула руку и прочитала очередное сообщение:
«Ну и где тебя черти носят?»
Само по себе сообщение было на первый взгляд обычным, но зная Купера, я могла представить, как он тыкает по сенсору с таким чувством, будто хочет так же сильно ткнуть меня. Разумеется, парню не нравилось, что его игнорят.
«Дома я. Что тебе нужно?»
Ответ не заставил себя долго ждать.
«Я заезжал к тебе на работу…
Я закатила глаза. Ну, конечно.
…Рэйвен сказала, что ты неважно себя чувствуешь…
Ещё и до сестры добрался, вот же прилипа́ла.
...И вообще, может, откроешь, наконец, дверь?»
Что?
Я ошарашенно вгляделась в экран и только сейчас услышала стук, доносящийся из холла. Отложив телефон, снова вздохнула и пригладила волосы. Как быть? Что ему нужно-то? Точно прилипала. Однако внутри меня что-то затрепетало: очередные жуткие бабочки с перфораторами. Может, пора бы уже привыкнуть к присутствию этого человека в моей жизни? Но страх — живучая тварь.
«Ты обещала», – укоризненно шепнул внутренний голос. Я отмахнулась от него. Да-да, обещала. Поэтому и пошла открывать дверь незваному, но в глубине души ожидаемому гостю.
– Что, так трудно было ответить раньше?
Вместе с Купером в квартиру ворвались свежесть дождя и холод тумана. В руках парня был довольно увесистый пакет, в котором что-то булькало. Глаза цвета грозового океана внимательно изучали меня. Я снова невольно пригладила волосы. Честно говоря, раньше мне было наплевать, как я выгляжу, когда в душе не всё в порядке, но сейчас почему-то захотелось выглядеть лучше.
– Выглядишь не очень, – констатировал Брэндон, стаскивая с себя куртку и ботинки. Я нахмурилась и буркнула:
– Чего припёрся? Без тебя знаю, как выгляжу.
Брэндон закатил глаза и, протиснувшись мимо меня, невозмутимо отправился прямиком на кухню. Чёрт возьми, этот парень ведёт себя в моём доме, как в своём собственном, хотя был здесь всего два раза! Сделав несколько неровных вздохов, я чуть постояла на месте, собирая мысли в кучку, и тоже потопала на кухню, чтобы увидеть картину, от которой моя челюсть чуть не упала.
Вы представляете? Брэндон Купер — парень, которого боится добрая половина города, этот засранец с раздутым самомнением, упрямый и гордый, как горный козёл…преспокойно стоял возле плиты и что-то готовил. Видимо, в холле я простояла достаточно времени, чтобы парень успел выгрузить всё из пакета и начать демонстрировать свои кулинарные способности.
– Что… – голос неожиданно захрипел, и мне пришлось откашляться. – Что ты делаешь?
Брэндон всё так же невозмутимо пожал плечами, помешивая что-то в кастрюле. За широкой спиной парня был виден лишь пар, клубами поднимавшийся над плитой.
– Лекарство.
Я присела за кухонный стол, подперев ладонью щеку.
– На самом деле, я не больна. Физически уж точно.
Купер кивнул, не оборачиваясь.
– Знаю.
– Как?
– Глядя на тебя, долго думать не нужно.
Я открыла рот и тут же закрыла, поняв, что мне и сказать-то нечего. Удивительно. Этот человек читал меня, как открытую книгу.
Внезапно мой нос учуял сладковато-пряный аромат. Знакомый аромат.