– Глинтвейн? Ты серьёзно?
Брэндон обернулся ко мне, в глазах цвета грозового океана плясали смешинки.
– Проверенный способ прогнать хандру.
Я сузила глаза.
– Хочешь, чтобы я напилась и устроила дебош?
– Боже упаси, Катарина, – хохотнул парень. – Видеть тебя, пьяную, мне как-то больше не хочется. Да и тем более от глинтвейна сильно не захмелеешь, а вот прогреть организм и расслабиться можно запросто.
Я взглядом смерила кастрюлю. От такого количества напитка захмелеть можно в два счёта, но что-то мне подсказывает, что выдавать мне его будут дозированно. Что я там когда-то говорила насчёт того, что не пойду больше на поводу у этого типчика? Кажется, я снова облажалась.
Остальное время процесса приготовления глинтвейна мы провели в молчании. Я наблюдала за парнем, а тот в свою очередь иногда кидал на меня непонятные взгляды. Но вот в такой тишине и рядом с Купером мне стало как-то очень комфортно, и все чувства, которые я старательно прятала внутри, снова стали лезть наружу, и даже промелькнула шальная мысль о том, что мне хочется попробовать на вкус губы Брэндона после выпитого глинтвейна. Разумеется, я послала эту мысль подальше, словно испугавшись, что напарник каким-то образом услышит или почувствует эти мои мысли.
Вскоре глинтвейн был разлит по кружкам. Запах от него был просто фантастическим. Всучив одну из кружек мне в руки, Купер направился в гостиную, и я снова пошла за ним. Там Брэндон зажёг электрический камин, сказав, что это для атмосферы, затем бухнулся на диван, похлопав по нему, приглашая меня сесть, что я и сделала, прислонившись к спинке и поджав под себя ноги, вдыхая аромат пряностей и цитруса.
– Вкусно? – Брэндон внимательно наблюдал за тем, как я делаю глоток. Вопреки желанию сказать очередную колкость, я лишь поцокала языком.
– Вполне.
– Я рад.
Какое-то время мы снова сидели в тишине, наблюдая за эффектом живого пламени в камине, слушая, как за окнами шелестит дождь, и вдобавок я слышала своё колотящееся об грудную клетку сердце. Это стало обычным явлением с тех пор, как Купер появился в моей жизни. Интересно, чувствует ли он то же самое по отношению ко мне? Прогулки, разговоры, споры, касания и невесомые поцелуи в щёку и в руку — это, конечно, хорошо, но чувства важнее. По крайней мере, для меня. Что-то внутри подсказывало, что всё, что Брэндон делает, находясь со мной, в новинку для него, но я не знала, правда ли это.
– Давай сыграем? – нарушил уютное молчание парень, поставив пустую кружку на журнальный столик. Я посмотрела в свою: глинтвейна было больше половины. И кто из нас захмелеет такими темпами?
– Во что?
Парень повернулся ко мне, поджав ноги под себя, почти полностью копируя мою позу. В глазах цвета грозового океана мелькали хитрые искорки. В комнате смеркалось: день шёл на убыль. Блики каминного огня падали на лицо Купера, делая его загадочным и очень красивым. Я сглотнула.
– В очень популярную в Америке игру, – Брэндон поиграл бровями, как заправский злодей. – «Правда или действие.»
Я чуть было не застонала в голос. Худшей ловушки я ещё не видела. Мне часто приходилось играть в эту игру, когда я жила в Орландо и посещала вечеринки, но, когда выбирала правду, нечего было скрывать, а сейчас… Могу ли я выбрать правду, зная, что вопросы Брэндона могут быть с подковыркой? А что насчёт действий? Про извращённые фантазии парня я уже наслышана, как-то не хочется претворять их в жизнь, по крайней мере здесь, у меня дома. К тому же, Рэйвен скоро должна уже вернуться с работы...
Но что-то не позволило мне отказаться, будто кто-то за меня кивнул моей же головой, давая понять, что я не против сыграть. Брэндон скорчил хищную рожицу и низким голосом сказал:
– Что ж, Кэтти. Правда или действие?
Я нервно сглотнула, ощущая в себе борьбу. Я хотела выбрать действие, надеясь на благоразумность Купера, но снова как будто кто-то завладел моим ртом, и я выпалила:
– Выбираю правду.
БРЭНДОН.
Она сказала это и закусила губу, будто слова вырвались из неё случайно, и тут же в зелёных глазах змейкой скользнул страх, еле уловимый, но всё же видимый для меня. Я надеялся, что девушка выберет правду, по крайней мере, для меня это будет лёгкий способ узнать о ней больше. Конечно, я мог заставить Дамиана собрать досье на жизнь сестёр и запросто узнать всё об их прошлом, но в глубине души что-то не позволяло этого сделать.
– Хорошо, – я покопался в голове, выбирая, что интересует меня больше всего. Таких вещей было множество, но игра предполагает по одному вопросу в очереди, поэтому я выбрал наугад.