– О чём задумалась? – пальцы Брэндона игрались с прядью моих волос, то натягивая, то отпуская. Я снова вздохнула.
– Да так, ни о чём…
В глазах парня мелькнуло недоверие, он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент зазвонил его телефон.
– Слушаю, – голос парня стал сухим и грубоватым. – Что? – в мою сторону прилетел непонятный взгляд, и Брэндон поднялся с постели и вышел из комнаты. Кажется, моё пребывание здесь немного затянулось. Я сползла на пол и, отыскав своё нижнее бельё, принялась одеваться. Через несколько минут Купер вернулся и встал в дверном проеме, наблюдая за мной, затем подошёл вплотную и поцеловал меня в щеку.
– В таком виде мне не хочется тебя никуда отпускать.
Я легко улыбнулась, не чувствуя ни капли стеснения, что моё бельё практически ничего не скрывает. После того, что было ночью, глупо краснеть и отворачиваться.
Брэндон мягко обвёл пальцем мои ключицы, и я стиснула зубы.
«Спокойно, Кэтти, на сегодня достаточно близости», – покачал головой разум. Он прав. Мне нужно побыть одной, чтобы собрать все свои мысли в одно целое.
– Мне нужно по делам. Я отвезу тебя домой, – голос Брэндона снова стал сухим, однако резко контрастировал с тёплым взглядом, в глубине которого плескались искорки серьёзности.
– Что-то случилось? – спросила я, легко погладив Брэндона по плечу. Парень покачал головой.
– Всё в порядке.
Чувствую ведь, что что-то не так. Но пытать Купера было плохой идеей, поэтому я лишь кивнула, и мы отправились на выход. Отыскав все свои вещи, я полностью оделась, и мы вышли на улицу. Я поёжилась и посмотрела на небо: с востока ползли тёмные тучи. Погода обещает быть фиговой. Но какая разница, если в моей груди теперь есть собственное солнце, которое греет меня и повсюду со мной? Эта мысль вызвала у меня улыбку. Мы сели в машину, где Купер снова поцеловал меня и включил печку, отметив, что у меня холодные руки. Напарник склонен подмечать все мелочи, и его внимательность меня радовала и умиляла.
По пути к моему дому Брэндон молчал, смотря на дорогу, сильно сжимая руль, и мне было немного неуютно. Но допытывать парня я не стала, решив дать ему время и возможность как-нибудь объясниться мне самому. Достав свой мобильник из сумки, я разблокировала его и увидела миллион звонков и смс от всех, кого только можно: сестры, Брайана, Мариссы, Дамиана и…
Ого, Джаред звонил. Я постаралась скрыть удивлённый вид. Джаред Тэйт — мой практически лучший друг, с которым в последнее время общения как такового не было, потому что мы оба были слишком заняты. Джаред — первоклассный доктор, и именно он штопал моё ранение после того случая, когда мы с Брэндоном спасали похищенную девушку. Конечно, я вполне могла обратиться за помощью к нашему штабному врачу, но Джареду я доверяла, пожалуй, как никому другому из команды. Раньше он работал у нас, начинал всё это дело вместе с Брайаном, но затем решил отойти от криминала, ушёл в одну из больниц Сан-Франциско, да так и остался там. Благодаря ему огромное количество людей вернулось с того света. У парня было призвание. Когда я пришла к Брайану, Джаред дорабатывал там последние две недели, и именно тогда завязалась наша дружба, которая со временем стала очень прочной. Хоть мы с ним и не общались постоянно, я периодически заявлялась к нему на работу, и мы проводили часы в его кабинете, совмещая серьёзные разговоры с шутками и смешными байками, коих друг знал предостаточно.
Я набрала номер сестры — столько пропущенных от неё впечатлили меня. Трубку взяли сразу после первого гудка.
– Катарина, чёрт побери! – ух, какой злой голос. Мне точно конец. – Где ты?
– Прости, Рэйв, – я сглотнула. – Телефон на беззвучном был…
– Ты что, на задание сваливала опять?
Чёрт. Я незаметно убавила громкость, чтобы не дай бог слова сестры долетели до всеслышащих ушей Купера, который бросил на меня вопросительный взгляд, чуть приподняв бровь.