Марисса, как обычно, завалила себя работой, поэтому наши встречи длились не более двух часов, но за это время я вываливала накопившиеся чувства и эмоции, и она, как психолог, выслушивала меня, давала кое-какие советы, которые я, как обычно, слушала, но не принимала на заметку, потому что…
Просто потому что советы подруги типа «дать волю чувствам» или «принять всё так, как есть» в корне расходились с моими убеждениями. Твёрдо решив, что не посмею поддаться снобистскому обаянию противного гада ползучего, как я окрестила Купера, я старательно давила все попытки своего сознания представить нас вместе. Контролировать сны было гораздо сложнее, но я не теряла веры в своё природное упрямство.
Рэйвен о своих чувствах я не рассказывала. Лишь кратко обмолвилась о «придурке, которого Брайан взял к нам в штаб, приставив к моей заднице в качестве напарника». Но сестра не стала атаковать меня расспросами, просто выслушала и пожалела. Рэйвен было не до меня: у неё на пороге возникла любовь.
Поэтому я просто молилась всем богам, чтобы они не сталкивали меня с Купером как можно дольше. Видимо они вняли моим мольбам, судя по тому, что я не имела неудовольствия лицезреть этого гада целую неделю.
Начинался новый день. И снова он начинался с понедельника, а понедельник — это, как известно, день тяжёлый, поэтому, вздохнув, я принялась собираться на работу. На выходе столкнулась с Рэйвен, которая, по своему обыкновению, уже давно встала и тоже собиралась в фирму.
– Кэтти, постой-ка, – окликнула она меня в тот момент, когда я уже открывала дверь, чтобы улизнуть. Я вздохнула и обернулась.
– На сегодняшний вечер не планируй ничего, хорошо? – пытаясь застегнуть сапог, сказала сестра.
– А что такое?
– К нам придут Дамиан и его друг, – оповестила меня Рэйвен.
– Поздравляю. А я тут при чём? – не поняла я. – Это же твой парень, а не мой.
– Так он с другом придёт, вот ты и…
– Развлекать дружка твоего дружка? – фыркнула я. – Не мечтай.
Что-то в последнее время люди начали видеть во мне мать-Терезу, обязанную нянчиться с тупоголовыми мальчишками, и это просто выводило из себя.
– Кэтти, я тебя просто по-человечески прошу, посиди с нами немного, а потом иди, куда хочешь, – сложила руки в молитвенном жесте сестра. Я закатила глаза, понимая, что не смогу ей отказать, тем более что она не так много просила меня о чём-то за всю жизнь.
– Ты просто солнышко, – просияла Рэйвен, быстро обняв меня.
– Да, которое ещё чуть-чуть — и спалит тут всё к чёртовой бабушке, – пробурчала я, обнимая сестру в ответ и выскальзывая за дверь.
– К восьми часам вечера будь дома. Только, умоляю, веди себя прилично! – крикнула мне вдогонку Рэйвен.
Я ухмыльнулась. Конечно-конечно, я буду паинькой.
БРЭНДОН.
– Ты охренел?
Моё утро началось с «чудесной» новости о том, что мой друг-идиот сообщил своей ненаглядной Рэйвен, что на ужин он придёт не один, а возьмёт с собой ещё и друга — то бишь меня.
– С какой стати ты решаешь за меня?
– Чувак, не бухти, – жизнерадостно откликнулся Дамиан. – Ну посидим, выпьем чутка, пообщаемся, ты познакомишься с Рэйвен и с её сестрёнкой.
– Сводник хренов, думаешь, я не знаю твоих пакостных мотивов? – прорычал я, сжимая трубку в руке и представляя, что это горло моего не-знаю-почему-лучшего друга. – Никуда не пойду.
– Трусишь? – подначил Дамиан, прекрасно зная, что я впадаю в бешенство при одном упоминании этого слова в мою сторону.
– Слышь, умник, – гаркнул я. – Считай себя трупом и заказывай белые шлёпанцы.
Дамиан рассмеялся.
– Сейчас же позвоню в похоронное бюро. Будь готов к восьми вечера, я заеду за тобой и вместе поедем к Рэйвен.
– Козёл, – прошипел я и бросил трубку.
Всё же Дамиан был почти единственным, кто мог вот так свободно перечить мне. Он знал меня с самого детства, прошёл со мной через многое дерьмо и совершенно не боялся, даже когда я был в ярости и люди шарахались от меня, как от прокажённого. Вторым таким человеком была моя сестра Элизабет. Она старше меня на три года. Мы с ней общаемся не так часто, как хотелось бы, потому что она уехала из дома, когда ей было восемнадцать, долго путешествовала по миру, а теперь открыла свою турфирму (причём самостоятельно, без помощи нашего «обожаемого» папочки, за что я её очень уважаю) и живёт в Неаполе. Последняя наша встреча была несколько лет назад. По большей части мы общаемся только через Интернет, иногда созваниваемся по телефону, обходя тему её приезда домой. Отношения с отцом у неё очень натянутые, потому что он тот ещё говнюк: ради своих идиотских сделок был готов просто продать сестру замуж за выгодного ему человека. Естественно, я встал на сторону Элизабет и чуть не набил ему морду, но всё обошлось, и отец отстал от сестры, позволив ей жить своей жизнью. Мною он тоже пытался командовать, но после того, как я высказал ему всё, что думаю о нём и даже сделал попытку уйти из дома, отец присмирел и оставил меня в покое. Ещё бы, ведь я — единственный наследник его «империи», которой он посвятил всю свою жизнь, не пожалев ни детей, ни жены. Элизабет официально отказалась от наследства, не желая иметь с отцом ничего общего. Она даже фамилию поменяла, и теперь в её паспорте красуется девичья фамилия нашей матери — Джордан.