– Сара, иди на кухню, живо! – объявился Ричард, помощник повара. – Хватит уже тут трепаться, девочки, у нас полно работы.
У меня вырвался вздох облегчения, когда Сара со своей парфюмерной отравой убежала.
«Надеюсь, сегодняшний день не будет столь бесконечным», – подумала я, собирая остатки еды и грязную посуду с одного из столиков.
* * *
До чего же огромный дом! Просто замок какой-то. Как представлю себе уборку в эдаком строении — свихнуться же можно! Попробуй, наведи идеальный порядок в, по меньшей мере, тридцати комнатах. Хотя, в таком особняке обязательно есть слуги, в чьи обязанности входит куча всего помимо уборки, тут даже удивляться нечему, у богатых всегда так.
Дойдя до входной двери, я в нерешительности остановилась. В доме грохотала музыка, поэтому вряд ли кто-нибудь услышал бы звонок или стук, да и ребята, тусовавшиеся на витиеватых балкончиках, украшавших переднюю часть дома, даже не обращали внимания на застывшую возле входа неприметную девушку в форме доставки. Несколько минут я стояла, раздумывая, войти так или, как и положено, дать знать о своём прибытии. В конце концов, выбрала первый вариант. Толкнув дверь, протиснулась в проём, старательно удерживая коробки с пиццей. Затем, остановившись, осмотрелась.
Вокруг сновали подростки, играла музыка. Кто-то танцевал, кто-то напивался, кто-то разговаривал, пел, смеялся. Вечеринка была в самом разгаре. Мимо меня прошли несколько девушек в дорогущих нарядах и увешанные всякими блестящими побрякушками, словно рождественские ёлки. Заметив мою скромную персону, переступающую с ноги на ногу, они зашептались, ехидно хихикая и бросая на меня презрительные взгляды. Я и глазом не моргнула: за несколько лет привыкла к такой реакции. Раньше Катарина Дерри была в рядах таких же высокомерных, гламурно-ледяных красоток, и кто знает, может быть, если бы не случай, изменивший всю её жизнь, она осталась бы такой же, как они.
Дом поражал убранством и красотой. Но, на мой взгляд, здесь слишком воняло деньгами, всё просто вопило о том, что хозяину больше нравится обёртка, нежели содержание. Да, старинные позолоченные картины с меня ростом, обилие зеркал, красивые статуи из мрамора, огромная хрустальная люстра, свешивающаяся с потолка, отделанного изумительной лепниной. Да, красиво, шикарно, блестяще. Но совсем неуютно. Как будто находишься в музее. В нашем старом доме не было слуг, хотя он был большой, и мы вполне могли позволить себе такую роскошь, но мама была родом из простой семьи, поэтому делала всё сама, а отец ей помогал. В нашем доме пахло свежей выпечкой, звенели детские голоса, родительский смех, царила атмосфера любви и теплоты — в общем, было всё то, что вряд ли может быть у богатеньких людей и их…наследников, иначе и не скажешь.
«Наш дом, которого больше нет.»
Да. Нет ни родителей, ни дома. Теперь там живут совершенно другие люди. Иногда мне кажется, что зря мы с Рэйвен продали так называемое родовое гнездо, но потом приходит трезвое осознание того факта, что ни я, ни сестра никогда бы больше туда не вернулись. Просто потому что осколки прошлого слишком больно ранили и, возможно, слишком прочно застряли под нашей кожей, иногда напоминая о себе ядовитыми уколами.
Пока я стояла, оглядываясь и переминаясь с одной ноги на другую, с широкой мраморной лестницы спустился парень и медленно подошёл ко мне. Я подняла на него глаза и... замерла.
Высокий. Статный. Широкоплечий. Притягательная красота сразу бросалась в глаза. Слегка вьющиеся, чёрные, как смоль, волосы падали на лоб; чётко очерченные скулы, мужественный подбородок. Но больше всего меня поразили его глаза: цвета грозового океана, глядящие на меня с холодным равнодушием. От него исходила какая-то сила, непонятная и, чего уж греха таить, опасная. Парень смотрел так, будто бы он был королём всего мира, а я — ничтожеством, недостойным его королевского внимания.
Где-то хлопнула дверь, и я резко пришла в себя. Я ненавидела таких, как этот человек и боялась их. И у меня были на то свои причины. У парня на лбу написано, что он опасен, всё в его движениях и глазах говорит об этом. Но вопреки всем моим принципам и страхам, меня вдруг потянуло к нему, словно магнитом. Я злобно одернула себя и постаралась подавить это дурацкое притяжение, хоть и с трудом, став равнодушной и холодной.
«Не нужно тебе этого, – испуганно прошептал внутренний голос. – Не вздумай. Ты же помнишь, что произошло пять лет назад.»
Вот именно. Я прекрасно это помнила и даже если бы хотела забыть, то всё равно бы не смогла.
– Ты кто? – с высокомерием и холодом в низком грудном голосе, от которого у меня по спине пробежали мурашки, спросил парень.