– Доставка пиццы, – ответила я, приложив все усилия, чтобы мой голос звучал равнодушно, хотя сердце колотилось, как ненормальное.
– Тебя не учили, что заходить в чужой дом, не оповестив, — неприлично? –поднял густую бровь парень.
«Да уж, чувак, кто бы говорил о приличиях, ведь ты до неприличного богат и пафосен, что и демонстрируешь всем и вся.» Я чуть было не фыркнула, но вовремя сдержалась.
– Сомневаюсь, что кто-нибудь услышал бы звонок сквозь эту грохочущую музыку. Поэтому пришлось войти так.
В глазах парня едва уловимо мелькнуло удивление, которое, впрочем, быстро подёрнулось ледяной дымкой и пропало. Но я всё равно заметила это и внутренне усмехнулась. Привык, что тебе в ножки кланяются? Извини, мальчик, я не из таких, будь ты хоть трижды опасным.
– Поставь коробки туда, – парень кивнул на небольшой резной столик, стоящий возле лестницы. Я водрузила заказ на гладкую поверхность и снова отошла к выходу.
– Сколько? – парень достал бумажник из кармана безупречно модных и дорогих джинсов. На такую одежду у меня глаз намётан. Рэйвен тоже не привыкла носить дешёвку, в отличие от меня.
– Сто двадцать три доллара и пять центов, – ответила я скучным тоном, ничем не выдавая своего нетерпения свалить отсюда. Парень протянул мне деньги. Я взяла их, и у меня, вопреки моим стараниям держать рот закрытым, отвисла челюсть. Тысяча долларов! Целая, мать её, тысяча!
– Сдачу оставь себе.
Парень больше не удостоил меня взглядом и, кивнув пожилому мужчине, который стоял неподалёку, ушёл.
Без сдачи? Он рехнулся! Как можно отдать тысячу баксов просто так?!
Я бросила взгляд на широкую удаляющуюся спину. Ну да, таким, как он, можно. Для таких, как он, тысяча долларов — это пылинка. Ничто.
Я всегда считала деньги. Родители никогда ни в чём нам с Рэйвен не отказывали, но с детства учили, что бывает так, что сначала у тебя есть деньги, а потом резко нет. И ты сидишь на улице в коробке и голодаешь, прося прохожих подать тебе на хлеб. Такая перспектива нас с сестрой совершенно не прельщала, поэтому деньгами мы никогда не сорили, по большей части откладывая их, и благодаря этой привычке, нам не было так тяжело в финансовом плане, когда мы переехали в Сан-Франциско. Наши накопления позволяли нам не работать достаточно долгое время, но сидеть на шее у сестры я совершенно не хотела, да и просиживать пятую точку дома тоже желания не было, поэтому я нашла работу и могла похвастаться своими личными карманными деньгами, заработанными по́том и кровью, как говорится.
Я была больше, чем уверена, что сам парень не работает, да и зачем ему? Сын богатеев, ни в чём не знает отказа, поэтому и вырос таким избалованным павлином.
«Красивым павлином», – мечтательно вздохнула какая-то не очень умная мыслишка, и я пнула её подальше. И так проблем хватает, чтобы ещё драгоценное время посвящать мыслям о том, какова внешность этого парня. Пусть красивый, красивых много, и по большей части все они —дерьмо внутри. Меня больше привлекает не обёртка, а конфетка. Теперь.
Посмотрев на часы, я поняла, что опаздываю в штаб, так как время неумолимо двигалось вперёд, а мне нужно было ещё выбираться из этого района и ехать на другой конец города. Чертыхнувшись про себя, я быстро поймала такси, благо что тут их было довольно много, и, отправив смс-ку Саре о доставке заказа, назвала водителю адрес. На телефон пришло гневное сообщение от Брайана: Большой Босс заявил, что отвинтит мне голову, если я опоздаю хоть на минуту. Сообщение заставило меня закатить глаза. За всё время, что я у него работаю, мог бы уже и привыкнуть к тому, что Фиби-Кошка постоянно опаздывает. С пунктуальностью у меня были проблемы с самого детства, я даже родилась на две недели позже положенного срока.
Такси мягко везло меня по вечернему Сан-Франциско, и я смотрела в окно, за которым проплывали улицы, полные народу. Наступила пятница, и толпы людей, утомлённых каждодневной рутиной, сейчас наслаждались безмятежностью. На их лицах сверкали улыбки, а глаза горели в предвкушении целых двух дней отдыха. Как же я иногда им завидовала… У них была нормальная человеческая жизнь, они могли себе позволить не прятаться, заниматься всем, чем хотят, у них вряд ли были проблемы похуже неоплаченных счетов или штрафов за парковку.
«Ты могла бы быть такой же,» – шепнул голос внутри.
Я качнула головой. Не могла и не могу. Слишком много событий произошло за мою ещё короткую жизнь. Слишком много событий, которые вынудили меня делать то, что я делаю. По крайней мере до тех пор, пока я не найду одного человека, и он не заплатит по счетам.