Наконец, девушки уходят, оставляя нас с Рэйвен наедине. Сестра молчит, просто смотря на меня с непонятным выражением на лице.
– Что, всё так плохо? – криво улыбаюсь я, внутренне немного напрягшись.
– Иди сюда, – Рэйвен подводит меня к зеркалу, и в нём я вижу ту, от которой так бежала целых пять лет. Ту, что прячется под гримом днём и лишь ночью позволяет себе выглянуть.
Это — Катарина Эйверин Дерри. А, точнее, — Скотт, ведь фамилию матери я взяла не так давно — чуть больше трёх лет назад, как я уже говорила, чтобы не выделяться. Как бы ни старалась не выдать своих эмоций, мои глаза меня подвели.
– Ты — красавица, – Рэйвен обняла меня за плечи, стоя позади. – Сегодня ты можешь себе позволить выйти из тени, милая. И я бесконечно рада этому.
Я просто молчала, не в силах возразить. Наверное, потому что сама ощущала то же самое.
– Давай-ка наденем платье, – сама Рэйвен уже была полностью собрана, на ней красовалось тёмно-сапфировое платье без бретелей, мерцающее блёстками по всему подолу. Смотрелось эффектно. Как и моё, невесомым шёлком скользнувшее по коже, складками упадая вниз.
– Рэйвен, ты же понимаешь… Это лишь на один вечер, – сказала я и прикусила язык. Ну вот, почему я сначала говорю, а потом только думаю? Но сестра, вопреки ожиданиям, не расстроилась, а лишь хмыкнула.
– Я не живу мечтой, что ты каждый день будешь выглядеть, как раньше, хотя у меня есть надежда, что когда-нибудь так оно и будет. В конце концов, всему есть предел — и пряткам тоже.
Да. Вот только этот самый предел, боюсь, может никогда не наступить. Вслух я этого, конечно же, не сказала.
– Идём, – Рэйвен подобрала подол платья и направилась к выходу. – Нам пора.
– Уже? – я взглянула на часы. Ого, время пролетело совсем незаметно.
Выходя из комнаты, я не удержалась и снова бросила взгляд в зеркало. Внутри поднималось какое-то волнение, похожее на мандраж, во рту немного пересохло, а руки были холодными.
– Это всего лишь дурацкая вечеринка, она не продлится вечность, незачем переживать, – бормотала я, отвернувшись и направившись к выходу.
БРЭНДОН.
Вечеринка.
Какие ассоциации приходят к вам в голову при упоминании этого слова? Вызывающие наряды? Алкоголь и дикие танцы? Закрывания в туалете, поцелуи и секс в тёмных углах? А может, диджеи, которые заводят толпу, заставляя неистово дёргаться под рваные ритмы клубных мотивов?
Это, конечно, логично. Вот только для элиты вечеринка имеет немного другое значение. Здесь решаются вопросы по бизнесу, заводятся полезные знакомства, демонстрируются власть и богатство. На такие вечеринки не приглашают абы кого. Здесь присутствуют только высшие классы. Здесь нет места клубной музыке, кислотным отблескам софитов, о беспорядочном сексе вообще можно забыть. Только деньги, только власть, только бизнес и только «золотой» отдых. Будь то благотворительный вечер или день рождения кого-то из высшего слоя общества, цель всегда одна — показать себя.
Что здесь делаю я? Являясь наследником огромной корпорации, планируя занять место отца, я должен иногда посещать такие мероприятия. Наблюдать. Знакомиться. Узнавать. Показывать себя. Это не приносит удовольствия, однако есть то, что мы обязаны делать, независимо от того, хочется ли нам этого или нет.
Данное мероприятие приурочено ко дню рождения одного из моих знакомых. Николас Хэмилтон, парень из семьи архитекторов, построивших не одно великолепное здание как в Сан-Франциско, так и во многих странах мира. Когда-то мы были в одной компании, тусовались, занимались всем, чем хотели. А теперь Николас возглавляет несколько штатов, занимается большими проектами в то время, как его родители колесят по миру, контролируя своих подчинённых. Скоро парень должен занять кресло начальника, и это — огромная ответственность. То же самое предстоит и мне, только понятия не имею, как скоро.
– Брэндон, рад тебя видеть, – Николас в чёрном смокинге подходит ко мне и крепко жмёт руку.
– Взаимно, приятель, – я улыбаюсь, отвечая на рукопожатие. – С днём рождения.
Николас благодарно кивает. Какое-то время мы болтаем ни о чём, затем парень уходит поприветствовать других гостей. Рядом со мной стоит моя очаровательная сестра в своём собственноручно придуманном и сшитом платье. От меня не ускользнули искорки заинтересованности во взгляде Николаса, обращённом на Элизабет. Та мило зарделась, когда губы парня в приветственном жесте легко коснулись её хрупкой ладони.
– Приятный молодой человек, – сказала она, улыбаясь. Я кивнул, внутри ощущая что-то, знакомое только братьям, которые стараются всегда оберегать своих сестёр. Не ревность, но что-то похожее на неё.