Слишком душно. Слишком много народа. Мне нужно уйти. Направить злость и раздражение в правильное русло. И такое русло, к счастью, у меня присутствует.
Я поднялся в отцовский кабинет, вход в который мне строго запрещён, как и всем людям, бывающим в доме, но, как я уже говорил, мне абсолютно наплевать. Я пинком раскрыл дверь, не заботясь о её сохранности, проник в кабинет, сел за стол и зашёл через отцовский компьютер в интернет.
«Есть что-нибудь для меня?» – написал своему знакомому. Ответ пришёл через 5 минут, когда я уже готов был разбить монитор от избытка чувств.
«Рональд Кэнди по кличке Ронни-Зверь. Сбыт наркотиков. Сегодня в 10 вечера встречается с курьером на точке в клубе «Клумба» на самом последнем этаже, под крышей.»
Я довольно потёр руки и написал ответ:
«Он мой.»
«Никто и не сомневался. Доложишь потом.»
Я стёр данные истории браузера, выключил комп, зашёл в одну из комнат, где хранил некоторые свои вещи, когда приезжал сюда, переоделся, достал из тайника под кроватью кастеты и пушку, захватил ключи от тачки и, быстро спустившись вниз, мимо гогочущих парней, поглощающих выпивку, как младенцы — молоко, направился к выходу.
– Мистер Купер, а как же вечеринка? – подошёл ко мне дворецкий. Я остановился и выпустил воздух сквозь зубы.
– Где Дамиан?
– Уехал час назад. Просил передать, чтобы вы не слишком сердились. У него возникли срочные дела.
Я едко усмехнулся.
– Его дела давно всем известны. Выцепил из толпы очередную Барби?
Дворецкий покачал головой.
– Нет, сэр, мистер Уэйд уехал один.
Удивительно.
– Чёрт с ним, – я снова направился на выход, попутно бросив через плечо: – Разгони всех, Марк. Я уезжаю.
Ночь встретила меня мягким ароматов цветов, тёплым ветром и свободой, но я не обратил на всё это внимания, сел в машину и поехал вершить своё дело.
* * *
Вы замечали, что порой встречаете людей, которые подходят вашему естеству, как две половинки одного пазла? Причём встречаете очень внезапно, хотя, казалось бы, ваши дороги разные и вы сами разные, у каждого свои тараканы. Однако Судьба хитро плетёт свои сети, завязывая узелки на конкретных людях, переплетая их в одно целое, постоянно сталкивая лбами при необходимости. Никто не ждёт, что это случится, никто даже не подозревает, но итог всегда один: сначала ты сопротивляешься, затем всё становится так, как и должно быть, хотя поначалу ты был уверен в обратном.
Девушка, летящая по автомагистрали на байке, и парень, в нетерпении курящий сигарету, легко управляя автомобилем одной рукой, совершенно не догадывались о том, что за них уже всё решено, и две параллельные прямые вот-вот пересекутся, чтобы потом стать единым целым. Или разорваться навсегда. Кто знает.
Судьба, сидящая у окна и наблюдающая за развитием событий, словно опытный кукловод — за своими марионетками, задумчиво улыбнулась и легко взмахнула рукой, нарисовав на запотевшем стекле крестик.
* * *
В клуб я проник совершенно без проблем. Ещё бы, когда у тебя есть золотая VIP-карта, и твоего отца знает каждая собака в этом городе. Не то, чтобы я этим гордился, вовсе нет, но во многом это облегчало дела, не создавая на пути никаких помех. Когда передо мной открылись двери, я оказался окутан клубами кальянного пара и сигаретного дыма, ярким светом софит, оглушительной музыкой, полуголыми девушками и парнями, вожделеющими к их телам. Всё как обычно. Клуб «Клумба» (предурацкое название!) славился своими тусовками, на которые приглашали всякий сброд. Многие хотели попасть сюда, особенно малолетки с поддельными паспортами, намалёванные, как русские матрёшки, выставляющие напоказ свою кожу, уделанную переводными татуировками и псевдо-пирсингами. Всё, чтобы выглядеть круче и взрослее. Когда-то я тоже был в рядах этих глупцов, но, повзрослев, понял, что уровень крутости начинает расти только тогда, когда ты умеешь командовать людьми, когда они боятся тебя. К сожалению, это так. Без страха нет уважения и повиновения.
Честно сказать, я ненавижу свою жизнь, ненавижу её ровно с того момента, как умерла моя мать. Именно тогда я увидел, насколько фальшиво наше общество, насколько людьми правят власть и деньги, а твоё положение в светских кругах зависит от того, насколько туг твой кошелёк. Мне было всего восемь лет, когда мамы не стало, и отец… Отца я, пожалуй, ненавижу больше всего на свете. Потому что он грёбаный ублюдок.