- Представь себе!
- Тогда может, ты поймёшь, что мне до чёртиков надоели твои постоянные отлучки? Особенно, по вечерам.
Она поджала губы и несколько секунд подбирала правильный ответ.
- Ты опять виноватой делаешь меня, - сказала она наконец.
- Не виноватой. Просто мне это не нравится.
- Почему? Неужели тебя больше бы устроила жена, которая бы стала дома сидеть?
- Я не заставляю тебя сидеть дома. Но вся эта затея со съёмками мне не нравится.
- А мне нравится! Мне важно это, понимаешь? Мама всю жизнь мечтала…
- Твоя мама мечтала, но при этом никогда от мужа далеко не уезжала, насколько знаю. Для неё ты и твой отец важнее были, но у тебя, кажется, совсем другие планы!
- Ты просто не хочешь меня понять.
- Хочу, но не могу.
Соня фыркнула и скрылась за дверью ванной комнаты. Алексей понимал, что она разозлилась, но успокаивать её не собирался.
- Совсем необязательно срывать на мне зло, Лёша, - проговорила она, когда вернулась в комнату. Асадов как раз снимал джинсы и когда оглянулся на жену, выглядел, наверняка, несколько глупо.
- Я не срываю на тебе зло, с чего ты взяла?
- Да потому что я вижу! Ты уже два дня сам не свой. А я у тебя виновата. Это попросту несправедливо! Ты просишь меня бросить всё, что мне интересно, осесть дома, но тебе моё присутствие не требуется, разве я не права?
Асадов раздражённо взмахнул руками.
- Хватит загадками говорить! У тебя какие-то претензии?
- Да, у меня претензии! – выкрикнула она и даже ногой топнула. – Я хочу, чтобы хотя бы в моей постели мой муж обо мне думал, а не о другой!
Алексей откровенно поморщился.
- Ты опять?
- А ты думаешь, что я такая дура, что даже не заметила, как она глазела на тебя в ресторане? Как только совести хватает!.. Пришла с одним, а смотрит на другого. На чужого мужа, между прочим!
- Хватит! – заорал он, а Соня тут же шикнула на него.
- Ребёнка разбудишь!
Алексей замер перед ней, глядя с негодованием, тяжело дыша и уперев руки в бока.
- Не лезь в то, во что тебя не просят, понятно?
- Я и не лезу! Я лишь терплю, когда ты сидишь, уставившись пустым взглядом в стену, и думаешь о ней! Я не лезу! А когда она замуж выйдет, что будет? Ты с собой покончишь?
Асадов моргнул.
- Ты с ума сошла? Какое – замуж?
Соня усмехнулась и руками всплеснула.
- А ты на что рассчитывал? Сам же говорил, что она святая и правильная. А правильные, милый мой, долго без штампа в паспорте с мужиками не спят, они замуж выходят! Да об этом уже все говорят! Аркадий Исаев – новая звезда телевидения, каждый шаг его отслеживается. А он, на этот самый шаг, от твоей бывшей не отходит! И чем она только к себе мужиков привязывает?
Алексей с трудом сглотнул, а потом хрипло проговорил:
- Тебе не понять.
Соня обиженно шмыгнула носом.
- Конечно, куда уж мне!
Она собралась плакать, даже заморгала чаще, что сразу придало её лицу страдальческое выражение, а Алексей отвернулся, не желая этого видеть. Вдруг почувствовал нестерпимую усталость, такую опустошающую, что даже стоять тяжело стало. Хотелось лечь, выключить свет и очень долго лежать в темноте, и желательно, не дышать, надеясь хоть так унять появившуюся в районе сердца боль.
- Алёша, - уже тише и виновато произнесла Соня, но он остановил её жестом.
- Я всё понял, Сонь. Не надо мне ничего больше объяснять.
Он достал из шкафа плед и взял подушку с кровати. Жена настороженно следила за ним взглядом.
- Ты что, Алёш?
- В кабинете посплю. Ложись спать.
Он вышел из спальни, а Соня тяжело опустилась на кровать, а потом стукнула по постели кулаком. Вот зачем она снова заговорила о его бывшей жене? Вот кто её за язык тянул, спрашивается?
« « «
У подъезда встретилась с Томилиным. Тот поздоровался, а взглянул загадочно и чересчур весело. Марина даже нахмурилась немного.
- Что? – спросила она.
Томилин решительно замотал головой.
- Ничего.
Он фыркнул и поспешил прочь, а Марина посмотрела ему вслед. Всё-таки мужики – жуткие негодяи. Убежал, а ей теперь гадай, чем она его насмешила.
На улице уже темно, хотя и не поздно совсем, но зимой темнеет рано и с этим неудобством приходится мириться. Марина напоследок вдохнула полной грудью холодный воздух, посмотрела на машину Томилина, которая аккуратно вырулила со стоянки, и вошла в подъезд. Очень хотелось домой. Хотелось снять с себя деловой костюм, полежать в горячей ванне, выпить чаю, да и просто побыть одной. Даже помолчать – и то за счастье кажется, после суматошного рабочего дня.
Лифт оказался занят, и Марина решила пойти по лестнице. В конце концов, третий этаж не такая уж и высота. А все достижения цивилизации, как, например, лифт, только балуют человека, лишая его даже самых незначительных препятствий. Когда-то люди придумали ступеньки, чтобы облегчить себе подъём, а потом придумали лифт, чтобы облегчить жизнь.
К чему относилось весёлое фырканье соседа, Марина поняла, только поднявшись на собственный этаж. Уже достала из кармана ключи, готовая повернуться к своей двери, да так и застыла, разглядывая Асадова, который с удобством расположился на ступеньках верхнего пролёта лестницы. Он практически лежал, упираясь локтём в одну из ступенек, а рядом стояла бутылка виски. Заметив Марину, Алексей широко улыбнулся.
- Привет.
Улыбкой своей её обмануть не смог. Марина оценила неприятный прищур и злость во взгляде, и лишь коротко кивнула.
- Привет.
- Ты одна?
- А кого ты ждал?
Алексей хохотнул и пожал плечами.
- Не знаю. Это ты мне скажи.
Марина ничего говорить не стала, открыла дверь и тогда уже на Асадова обернулась.
- Иди домой.
Он сел прямо, сцепил руки в замок и уставился на Марину обвиняюще.
- Почему не спрашиваешь, зачем я пришёл?
- А мне не интересно, - порадовала она его. – До свидания, Лёша.
Вошла в квартиру и захлопнула дверь. Привалилась к ней спиной, чувствуя болезненный стук сердца в горле. Господи, он только взглянул недовольно, а у неё от волнения – не от страха, а именно от волнения! – коленки задрожали. Чёрт бы их взял, эти коленки! Их-то точно не обманешь, за просто так дрожать не станут.
Асадов не стал звонить в дверь, требовать, чтобы она его впустила, поговорила с ним, Марина ещё подождала немного, каждую секунду ожидая, что дверь содрогнётся от первого удара – с Асадова ведь станется от злости начать в дверь ломиться! – но ничего не происходило. Она повернулась и припала к дверному глазку. Алексей снова развалился на ступеньках и не торопясь откручивал крышку с бутылки. Потом хлебнул.
Уходить он не собирается, догадалась Марина. Кажется, не так сильно пьян и зол, иначе бы давно ей это продемонстрировал. Значит, что-то задумал.
Если откровенно, то она ждала его появления. Интуиция подсказывала, что их встреча в ресторане без ответа не останется. Оставалось только ждать. Она и ждала. День, два… Алексей не звонил, не появлялся, но Марина не спешила успокаиваться и оказалась права. На третий день Асадов появился и неизвестно, чего добивается. И как некстати, что Аркаша сегодня не появится! Или наоборот, кстати?
Пока Марина раздумывала, что предпринять, на этаже остановился лифт, двери открылись, и появилась соседка, величественная и, как всегда, без меры любопытная Галина Петровна. Ей всегда было скучно, даже наличие двух внуков от скуки её не спасало, и она была рада с головой погрузиться в личную жизнь всех окружающих, а после и обсудить чужие проблемы со своими подругами, некоторые из которых проживали в их же доме и после начинали коситься с беспардонным любопытством. И вот теперь Галина Петровна углядела новый повод для своего любопытства и ринулась выяснять подробности. Марина только ногой топнула, заметив, как Асадов соседке заулыбался. Сейчас точно спьяну наболтает чего-нибудь лишнего! Ему-то хорошо, он после домой уйдёт, а Марине здесь жить предстоит.