Мимо прошла какая-то женщина и невольно приостановилась.
- С вами всё в порядке?
Марина молча кивнула.
Она всегда старалась быть уверенной в себе и самостоятельной, по крайней мере, казаться таковой. Чтобы не зависеть ни от кого, избавиться от опеки родителей в своё время, самой принимать важные решения и нести за них ответственность, и далеко не сразу поняла, что принимать помощь и участие совсем не стыдно. А иногда и приятно. Просто постоять в стороне, пока твои проблемы решаются как бы сами собой. Какое это счастье, когда в твоей жизни есть человек, который способен твои беды руками развести, причём сделать это так, что тучи разойдутся в нужном тебе направлении. И сейчас Марина поймала себя на трусливой мысли, что с удовольствием нырнула бы под крылышко такого человека. Хотя бы на несколько минут, чтобы дыхание перевести и снова в себя поверить.
Наверное, правильнее всего было бы сегодня уйти, не ждать, когда Юлю приведут с так называемой прогулки. Не нужно было осложнять ситуацию, но она осталась, потому что по-другому поступить не могла. Мерила нервными шагами коридор и поглядывала на часы.
- Шли бы вы домой, - со вздохом проговорила воспитательница из Юлиной группы. – Марина Анатольевна, ну в самом деле, зачем ребёнка нервировать?
- Вы-то мне почему не сказали, Тамара Ивановна? – упрекнула женщину Марина.
- Откуда же я знаю, можно говорить или нет? Не моё это дело, в дела начальства вмешиваться.
На неё смотрели с сочувствием и, в конце концов, не выдержав, Марина решила уйти. Но когда она уже направлялась к двери, появилась Юля и бросилась к ней бегом по коридору. Улыбалась так радостно, что все волнения Марины на минуту отступили.
- Ты пришла!
Тамара Ивановна неловко переминалась с ноги на ногу рядом с ними, но Марина, не обращая на неё внимания, увлекла ребёнка на диван и принялась раздевать.
- Мы гулять ходили, - довольно спокойно сообщила Юля, послушно поднимая голову, чтобы Марине было удобнее развязывать шапку. – А потом в кафе.
Марина сглотнула.
- Тебе понравилось?
Юля пожала плечами.
- Не знаю. Я стеснялась. Ты меня потом сводишь в это кафе? Там было такое пирожное, с ягодками сверху, но я его не попробовала.
- Свожу, конечно. – Марина заставила себя улыбнуться, притянула девочку к себе и поцеловала. – Нос-то холодный какой!
Юля рассмеялась, а потом обняла её за шею. Марина решила, что просто прижаться хочет, как она делала иногда, но вдруг услышала детский шёпот.
- Они меня хотят к себе забрать, представляешь?
Очень осторожный вдох, чтобы не сорваться на истерические всхлипы.
- А ты… хочешь?
Ребёнок помолчал, затем снова пожал плечами.
- Не знаю. А если они меня заберут, ты будешь ко мне приходить?
Марина никак не могла подобрать правильных слов. Сердце почти не билось под той тяжестью, что накатила на неё.
- А может, ты меня заберёшь? А они пусть в гости к нам приходят. Я буду себя хорошо вести, обещаю.
Марина сжала её, боясь, что Юля отстранится, посмотрит на неё и увидит её лицо.
- Заберу, - прошептала она. – Обязательно заберу. Чего бы мне это ни стоило.
- И будем вместе жить? Каждый-каждый день?
- Да…
Юля приподнялась на цыпочках и снова обняла её.
- И гулять будем просто так!
Таксист всю дорогу кидал на неё тревожные взгляды в зеркало заднего вида, а Марина ревела и остановиться никак не могла. Аркаша, открывший ей дверь квартиры, тоже испугался.
- Что случилось?
Марина шмыгнула носом и покачала головой.
- Ничего. Калерия Львовна ушла уже? – чуть в нос проговорила она, без сил опускаясь на стул в прихожей.
- Ушла. – Исаев замер совсем рядом, уперев руки в бока, и Марину разглядывая. – Ты чего ревёшь? Повод есть?
- Есть, - кивнула она.
Он настороженно помолчал, потом всё-таки поинтересовался:
- Твой бывший причина твоих рыданий?
Марина подняла на него удивлённый взгляд.
- Нет… С чего ты взял?
Аркаша заметно расслабился, но небрежной усмешки не сдержал.
- А из-за кого ещё ты плачешь? Только из-за него.
Разговор принимал совсем не тот оборот.
- Аркаша, это совсем не так.
- Да ладно, - отмахнулся Исаев и ушёл в комнату. А Марина разулась и поспешила за ним.
- Мне поговорить с тобой надо. Это очень серьёзно, Аркаш.
- Ну вот, а я надеялся на спокойный вечер, - усмехнулся он. – На работе сегодня дурдом был. Представляешь…
- Аркаша!
Он оглянулся на неё. Накрывал на стол, а когда Марина повысила голос, удивился.
- Всё-таки что-то случилось, да?
- Я же сказала. – Марина прошла к столу и села. Глубоко вздохнула, прежде чем начать. – Есть одна девочка… Её Юля зовут, ей шесть лет. И я хочу её взять к себе, Аркаш.
Его брови поползли вверх.
- Что значит – взять?
Пальцы суетливо затеребили подол юбки, но Марина тут же себя одёрнула.
- Из детдома.
- Что? Ты с ума сошла, Марин? – Исаев вернул тарелки, которые собирался достать, на полку.
- Нет, не сошла. Я должна её забрать.
- Кому ты должна?!
- Себе! Себе, Аркаша.
- Бред. Откуда вообще такие мысли?
После того, как Аркаша отреагировал так ожидаемо, Марина вдруг успокоилась и даже почувствовала себя увереннее. Страшно было только начать разговор, а сейчас нужно лишь стоять на своём.
- Эти мысли всегда были. То есть, после того, как мы узнали… Но тогда просто не решились.
Исаев в раздражении взмахнул рукой.
- Опять «мы»! Мы узнали, мы решили!.. Этого «мы» уже нет давно, ты понимаешь?
- Но я-то есть! И я хочу её забрать, мне это нужно!
- Воспитывать чужого ребёнка тебе нужно? Не говори ерунды! Это сейчас она милая и хорошая. Сколько, говоришь, ей лет? Шесть? А потом она вырастет и ещё неизвестно какой бутон раскроется!.. Это же детдом, Марина. Кто родители этих детей? Алкоголики и уголовники.
- Неправда, - она упрямо помотала головой. – Ты просто не знаешь, о чём говоришь. Да и Юля… Она сирота, понимаешь? У неё родители погибли, а потом бабушка с дедушкой умерли, и она одна осталась!
Исаев снисходительно улыбнулся.
- Это кто тебе эту сказку рассказал? Марин, мы делали большой репортаж о детских домах, и я прекрасно знаю, что ради того, чтобы ребёнка пристроить, они ещё не то скажут. Идеальная картинка нарисуется, а на самом деле…
- Господи, что ты говоришь, - расстроилась она.
- Правду.
Марина отвернулась от него и облокотилась на стол.
- Значит, ты мне не поможешь?
- Я и так тебе помогаю. Пытаюсь образумить. – Он всё-таки расставил тарелки и будничным голосом поинтересовался: - Ты ужинать-то будешь?
- Нет.
Аркаша лишь головой покачал.
- Сама себя, как ребёнок ведёшь.
- Но ты женишься на мне?
Он сел напротив неё, взял вилку, а когда Марина заговорила про женитьбу, проявил интерес.
- Конечно, - вроде бы удивился Исаев. – Как только назовёшь дату.
- Чем скорее, тем лучше. Органы опеки наверняка потребуют свидетельство о браке.
Он перестал жевать.
- Что?
- Мне нужно быть замужем, чтобы оформить усыновление.
- Марина! Чёрт… - Аркаша почти швырнул вилку на стол, она ударилась о край тарелки, упала на стол и испачкала скатерть. – По-моему, я уже достаточно ясно высказался. Мне не нужен ребёнок. Ни свой, ни тем более чужой. У меня времени на это нет.
- Как интересно, - Марина горько усмехнулась. – А когда у тебя это время появится, что будет? Ты меня бросишь и пойдёшь искать подходящую кандидатуру?
- Ты меня с кем-то путаешь, - холодно заметил он. – Я не Асадов.