- Лёш… - начала Марина, когда пауза слишком затянулась, и это стало нервировать.
- Помолчи, я думаю, - оборвал он её.
Потом он заговорил, о чём-то спрашивал её, что-то выяснял, даже записывал, а затем вдруг спросил:
- Ты, правда, её нашла?
Марина едва заметно кивнула и принялась вытирать слёзы. Алексей смотрел на неё очень внимательно, ей вдруг стало не по себе, даже страшно. Еле вытерпела его взгляд, но когда он протянул руку, вздохнула с облегчением. Он, конечно, заметил, но это уже было неважно. Это был совершенно особенный вечер. Они неожиданно вернулись на два года назад и при этом оба знали, что завтрашнее утро всё вернёт на свои места. Марина нырнула под руку и даже глаза закрыла, вспоминая, как ей хотелось прижаться к кому-нибудь, чтобы получить хоть маленькую передышку. А вот сейчас поняла, что не к кому-нибудь, а именно к нему. Ткнуться лбом в его плечо, закрыть глаза и ни о чём не думать, хотя бы пять минут. Поэтому Марину и не удивило, что Алексей захотел как можно скорее познакомиться с Юлей.
Нужно ли говорить, что Марина совсем не была удивлена тому, как смело и открыто Юля ему улыбалась?
- Что вы хотите, дамы? Чем вас побаловать? – тоном дворецкого из старого английского фильма поинтересовался у них Асадов, когда они спустя час всё-таки оказались в кафе.
Марина пригладила Юле волосы, которые растрепались под шапкой, и улыбнулась девочке.
- Что ты хочешь?
- Можно всё-всё попросить? – Алексей ей кивнул. – Тогда хочу всё!
Асадов рассмеялся, а потом поднял ребёнка со стула.
- Тогда пошли вместе, сама всё-всё выберешь. Марин?..
- Мне чай с лимоном.
Алексей смешно наморщил нос, а затем заявил:
- Ты прекрасно выглядишь.
- О Боже… - Она выразительно закатила глаза. – Ну, хорошо! Мне пирожное.
Он довольно улыбнулся.
Съев пирожное, выпив сок и вдоволь насмеявшись на Алексея, который без конца шутил и веселил их, Юля убежала в другой конец зала, где была оборудована детская площадка и играли другие дети. Марина неотрывно следила за девочкой взглядом, и делала это с умыслом, потому что неожиданно осознала, что больше не может спокойно смотреть Лёшке в глаза. Молчание затягивалось и оба из-за этого нервничали.
- Твои родители её уже видели?
- Да. – Она всё-таки повернулась к нему. – Как только разрешили снова встречаться, так они и приехали.
- Это хорошо.
- Она им очень понравилась.
- Я рад. Очень хорошая девочка.
- Ты уже говорил.
- Да…
Марина принялась теребить салфетку.
- Я обязательно приеду и сама Григория Ивановича поблагодарю. Если бы не он, не знаю, чтобы мы делали.
Асадов легко улыбнулся.
- Ты им Юлю привези, им не терпится познакомиться с ней.
Они встретились взглядами.
- Привезу, - пообещала она. – Конечно, привезу.
- Почему ты боишься смотреть на меня?
Марина вдруг покраснела.
- Я не боюсь.
- А не смотришь.
- Лёш, пожалуйста…
- Я ничего такого в виду не имел. Видишь, сижу, даже не шевелюсь, хотя очень легко мог бы взять тебя за руку.
Она отрицательно покачала головой, а Асадов неожиданно согласился.
- Я знаю. И делать этого не буду. Просто мне кажется, что ты хочешь мне что-то сказать, но постоянно себя останавливаешь. Это так?
Марина вновь собралась покачать головой, но в последний момент себя удержала, и призналась:
- Это так.
Он довольно невесело усмехнулся.
- Я так и знал.
- А вот это уже запрещённый приём.
- И это я знаю. Так что ты хотела мне сказать?
- Да, собственно, ничего. Просто я…
- Что?
- Не хотела к тебе идти, - решилась всё-таки она на признание. – За помощью, в смысле.
Алексей помолчал, заметно было, что её слова его совсем не обрадовали.
- Почему?
- Да не потому о чём ты подумал. К кому я ещё могла пойти, как не к тебе?
- К этому своему… Как его… - Лицо Асадова красноречиво перекосило. Марина не выдержала и фыркнула.
- Господи, ты совсем не меняешься!
- Вот уж глупости!
Хотел ещё что-то добавить, но Марина его перебила.
- Аркаши больше нет в моей жизни.
Лёшкин взгляд тут же стал серьёзным.
- Почему?
- Потому что… Это, конечно, не твоё дело, но я скажу. Он поставил меня в такое положение, что нужно было выбирать – он или Юля. Я выбрала Юлю.
- Он не захотел?..
- Не захотел, - подтвердила Марина, уворачиваясь от настырного взгляда Алексея.
- А ты?
Появилось некоторое раздражение.
- Если ты хочешь выяснить, сильно ли я страдала, когда он ушёл, то нет – не сильно! Я знала, что он так отреагирует, поэтому не удивилась. Нужно было просто сделать выбор, и я его сделала.
- Да ладно, не злись. – Алексей вроде бы попытался её задобрить, но на лице промелькнуло удовлетворение. – Я просто спросил.
Подобное притворство Марина даже ответом не удостоила. Промолчала, но Асадов сам напомнил ей о сути их разговора.
- Так почему ты не хотела идти ко мне за помощью?
- По этому вопросу не хотела.
- Марин…
- Я боялась, что ты… Обидишься, в общем.
- Обижусь? – Алексей непонимающе смотрел на неё.
Очень трудно было об этом говорить, приходилось подбирать практически каждое слово, да ещё люди вокруг… Сбивали с мысли.
- Мы же говорили об этом… Тогда. Ты хотел, а я… отказалась, в общем. А теперь вот…
- Марин, что за глупости?
Она кинула на него быстрый взгляд.
- Не обиделся?
- Я уже давно на тебя не обижаюсь.
Она умоляюще на него посмотрела, и он тут же стал серьёзным.
- Я не думаю, что приёмный ребёнок мог нас… то есть, спасти положение. Тогда. Дело ведь не в усыновлении, я прав? Дело в ребёнке. Вот в этой маленькой девочке и больше ни в ком.
Ужасный, ужасный разговор. Марина не сразу сумела отвести взгляд от глаз Алексея, а это нужно было сделать. Вновь повеяло какой-то безнадёгой, и Марина поспешно отыскала глазами Юлю.
- Ты долго на меня злилась, Марин?
Не нужно было пояснять, о чём он говорит, произносить какие-то лишние слова. Она только плечом дёрнула, якобы рассержено.
- Может, я до сих пор на тебя злюсь?
Алексей улыбнулся.
- Не злишься.
- Ещё раз так улыбнёшься, и разозлюсь.
- Откуда ты знаешь, как я улыбаюсь? Ты же на меня не смотришь?
Это была такая игра, которая обоих сводила с ума.
- Я знаю, - пробормотала Марина, не удержавшись, и в который раз порадовалась, что подбежавшая Юля спасла положение. – Наигралась?
- Да, я попить хочу.
- Садись давай. – Алексей притянул девочку к себе и усадил к себе на колени. – А пирожное?
- Да!
- Нет, - покачала головой Марина. – Тамара Ивановна что скажет, когда ужинать не захочешь?
- А я… А я ей скажу, что пирожных наелась!
Алексей рассмеялся.
- Вот, правильно. Надо всегда говорить правду. Пошли пирожное выбирать?
Юля с готовностью кивнула и взвизгнула, когда Асадов поднялся и немного подкинул её вверх.
Марина наблюдала за ними, как они стоят у витрины, выбирают самое красивое пирожное, и боялась, что всё это больше никогда не повторится.
« « «
- Я очень рада, что всё хорошо закончилось, - понизив голос, проговорила Валентина Алексеевна, посмотрев на сына, который устроился в кресле напротив и выглядел не на шутку серьёзным. Но тут же отвлеклась на внука, который, отпустив колено отца, направился к деду, размахивая пластмассовой машинкой. Валентина Алексеевна внука поддержала, боясь, что он упадёт, запнувшись о край ковра.
Григорий Иванович Антону улыбнулся, поймал его, а потом посмотрел на жену и сына. Кивнул.
- Я тоже рад. Что всё устроилось.
- Это уже тебе спасибо, папа.
- Вся моя заслуга в нужных знакомствах, а это… - Он лишь рукой махнул.
- А это сыграло важную роль.
- Но ты её видел? Ну что ты, мой хороший? Иди к бабушке… - Валентина Алексеевна усадила ребёнка к себе на колени и поцеловала в тёмную макушку. Антон посмотрел на бабушку, закинув голову назад, чтобы видеть её лицо, а потом указал ручкой на отца. – Кто там, папа? – Алексей невольно улыбнулся, наблюдая за ними.