Именно поэтому, когда в дверь позвонили, достаточно требовательно, Марина и перепугалась. Вот ведь упрямец, приехал всё-таки! К очередному душещипательному разговору она была не готова и поэтому, направляясь в прихожую, поклялась, что слушать Асадова не станет и вообще выставит по месту проживания, как можно скорее. Накормит и выставит. Именно так.
Но за дверью оказался не Лёшка. То есть, совсем не Лёшка. Марина в замешательстве смотрела на женщину, не зная, как реагировать на этот визит. Окинула гостью быстрым взглядом, оценила вызывающий взгляд и довольно сухо её поприветствовала:
- Здравствуй, Соня. Ты ко мне?
- Могла бы соврать, что Лёшу ищу, но на этот раз я уверенна, что он на работе.
- На этот раз?
- К сожалению, я не всегда в этом уверена. Время от времени он таинственным образом исчезает на несколько часов. Так ты меня впустишь? Я пришла поговорить.
Марина помедлила, но потом всё-таки позволила ей войти в квартиру. Из комнаты выскочила Юля и на Соню с любопытством уставилась.
- Здрасти.
Марина заметила, как Соня насторожилась при виде девочки, оглядела её внимательно, а после на её губах мелькнула едва заметная усмешка.
- Здрасти, - отозвалась она.
- Мам, - Юля потянула Марину за руку, но она не поддалась и попросила:
- Юля, иди к себе в комнату. Это ко мне пришли, по работе, нам поговорить надо. Хорошо?
- А… - оглянулась на Соню и шёпотом добавила: - плюшки?
- Я же обещала. Иди. И дверь закрой в комнату. Так что ты хотела? – поинтересовалась она у Сони, когда услышала, как хлопнула дверь детской.
- Здесь будем говорить?
- Это что же за такой важный разговор у тебя ко мне?
- А ты не догадываешься?
- Мы практически не знакомы, как я могу догадываться? Проходи на кухню.
Не дожидаясь, пока Соня разденется, Марина ушла на кухню. Схватила со стола стакан с водой и выпила залпом, надеясь, что это поможет успокоиться. За последние дни она о чём только не передумала, и себя ругала, и Алексея, пыталась найти какой-то выход, решение, но даже в самых страшных снах не могла себе представить, что к ней домой явится жена Асадова, и явится с определённой целью. Вот тут даже гадать нечего, никакого другого повода для визита у Сони просто не было.
- Родовое гнездо, - усмехнулась Соня, входя на кухню. Оглядывалась с большим интересом, Марина была уверена, что она и в гостиную не преминула заглянуть. – Мне всегда было любопытно здесь побывать.
- У меня не музей.
- Да я вижу. Хорошо хоть фотографии Лёшкины на стенах не развешены, а то я всерьёз переживала.
- Все его фотографии в альбомах. Тебе показать? – Марина, наконец, обернулась к ней, встретилась с ней взглядом, а после спокойно указала рукой на диван. – Присаживайся. Ты не против, если я продолжу ужин готовить? Тебе не помешает?
- Смеёшься надо мной? – нахмурилась Соня.
- Нет. Я готовлю ужин. Извини, мне ребёнка кормить.
- Ах, да, ребёнок.
Марина бросила на неё подозрительный взгляд. Соня опять оглядывалась, удостоила своим вниманием галерею детских рисунков на стене и качнула головой в такт каким-то своим мыслям. Марине настолько тяжело было переносить её присутствие здесь, что затягивать этот разговор не было смысла. Резать надо по живому. И спросила:
- Соня, ты зачем пришла?
- Познакомиться с тобой поближе.
- Неожиданное желание.
- Правда?
- А если без игр? У меня настроения на них нет.
- А если без игр, я хотела тебя попросить, оставить моего мужа в покое. Отстань от него.
Маринины руки замерли, в жар бросило, с трудом сглотнула и отвернулась от неё. Достала противень из шкафа, поставила на стол, и когда на Соню снова взглянула, была внешне невозмутима, по крайней мере, на это очень надеялась.
- Соня, ты зря волнуешься. Уверяю тебя, все твои претензии не обоснованы.
- Да неужели? – Она всё-таки присела и закинула ногу на ногу. Но Марине почему-то казалось, что вся её бравада напускная. – Ты хочешь сказать, что он не у тебя пропадает в последнее время?
- Не у меня. Да, он иногда приезжает к Юле…
- К Юле? Как замечательно – он к Юле приезжает! Какая хорошая причина, правда?
- Не кричи, пожалуйста!
Соня резко подалась вперёд, сидела теперь на самом краешке дивана, а на Марину смотрела зло.
- Он мой муж. Мой, слышишь? И мне наплевать на всё, что между вами когда-то было. На всю любовь вашу великую, на радости и беды… Мой муж, и я его люблю, чтоб ты знала!
- Это замечательно, - едва ли не по слогам проговорила Марина. Внутри всё тряслось и с трудом удавалось держать себя в руках. Тесто мяла с такой силой, что никаких плюшек из него получиться уже не могло. Тесто надо с душой разделывать, а не со злостью.
- Для кого замечательно? Он так не считает!
- А я чем тебе могу помочь? Это ваша семья, вот и разбирайтесь в ней сами.
- Тогда не тяни его обратно, ты же забыть ему о себе не даёшь!
Марина швырнула кусок теста на стол и схватила полотенце, чтобы руки вытереть.
- Хватит! Не надо устраивать мне истерик. – Голос прозвучал глухо и блекло, но от этого ещё более опасно. – Все свои таланты оставь для Асадова и кино. Ты зачем пришла? Поскандалить? Чтобы я испугалась? Или виноватой себя почувствовала? Твой муж, вот и держи его!
- Всё ты врёшь. Я ни одному слову твоему не верю!
- Я должна по этому поводу расстроиться?
Соня неприятно усмехнулась.
- Вот ты какая… Понять не могу, чем ты его к себе приворожила. Ты же обычная, ты же…
Марина даже улыбнулась, не смогла удержаться.
- Соня, если ты этими словами пытаешься меня обидеть или задеть, то зря. Если бы ты знала, сколько раз я это слышала. И я Лёшку не привораживала, как ты сказала. Что случилось в нашей жизни, то и случилось. И тебя это не касается, так же, как меня не касается ваша жизнь. Если ты на самом деле хочешь… наладить ваши отношения, то тебе сейчас не здесь нужно быть, а дома.
- А что мне там делать? Меня там никто не ждёт!
- А сын? Он тоже тебя не ждёт?
- Не трогай моего сына!
Марина отвернулась от неё.
- Я не трогаю.
- Нет, трогаешь. – Соня глубоко вздохнула и выпалила: - Ты думаешь, я не знаю… не знаю, что он Тошку к тебе возит? – У неё голос неожиданно сорвался. – Хорошо вы устроились. Только я мешаю, да? Целая семья у вас…
- Соня, замолчи! – Марина обернулась и теперь смотрела на неё изумлённо. – Ты что говоришь-то? Да, я видела вашего сына, но… Лёша один раз – один, слышишь? – привозил его в парк, мы с детьми гуляли, и всё. А то, что ты говоришь… это ужасно.
- И в этом ужасе, к твоему сведению, живу я! Я стою в стороне и наблюдаю за всем происходящим! Или ты думаешь, легко жить человеком, который упорно не желает расставаться с прошлым?
- С этим я ничего поделать не могу.
- Правда? Не можешь или не хочешь?
- И не хочу, - подтвердила Марина. – Потому что, как ты правильно сказала, это твой муж. И если ты не найдёшь правильных слов…
- Вот только не нужно меня учить! – довольно резко оборвала её Соня. – Я к тебе не за советом пришла!
- А зачем? Потребовать то, что я не могу выполнить? Ты сюда пришла, разве ты застала здесь Алексея? Нет. Ты видишь здесь его вещи? Нет. И я не тяну его к себе, зря ты так думаешь.
- Тогда выгони его, - выпалила Соня. – Вот придёт он и выгони!
Марина с удивлением на неё воззрилась.
- Выгнать? Если его выгнать, он вообще не уйдёт. Это же Лёшка.
Соня презрительно скривилась.
- Господи, о чём я думала, когда шла сюда? Надо быть полной дурой, чтобы поверить тебе.
- Я тебе ещё ничего не обещала.
- Тебе не стыдно?
Марина улыбнулась, правда, улыбка получилась так себе, губы дрожали, и Соня это наверняка заметила.
- А мне стыдиться нечего, моя совесть чиста.
- А ещё меня актрисой называет. Слова-то какие – совесть чиста! Мужа из семьи увести, по-твоему, нормально?