- Нет никого, мам! – Юля перебралась через неё, улеглась на подушку Алексея (это уже опять его подушка?), тут же подскочила и потянулась к прикроватной тумбочке. – На, - сказала она, протягивая Марине листок. – Что там написано? Я не умею такое читать.
На листке, размашистым асадовским почерком было написано: «Уехал рано, надо переодеться. Люблю, целую, позвоню. А.». Марина прочитала трижды, улыбнулась и листок сунула под подушку.
- Что там написано?
- Лёша привет нам передаёт.
Юля смешно приоткрыла рот, глядя на неё.
- Он пришёл ночью, чтобы привет нам написать? Классно!
Побоявшись, что детские вопросы посыплются на неё, как из рога изобилия, Марина решительно откинула одеяло и встала.
- Что ты на завтрак хочешь?
- Хлопья можно?
- Можно. Мультики посмотри пока, я в душ.
В ванной не оказалось ни одного сухого полотенца, все влажные и кучей свалены в корзину для грязного белья. Марина постояла немного, находясь в некотором потрясении, потом вышла в комнату за чистым полотенцем. Если честно, до сих пор не верилось. Прошедшая ночь вспоминалась, как сон, если бы проснулась рядом с Алексеем, то удивилась бы, наверное, не меньше, чем когда его рядом не увидела, только подушка, примятая в знак доказательства его пребывания здесь, и мятые простыни. О том, что будет дальше, какое решение принять следует, мучиться ли угрызениями совести – не хотелось думать совсем. Сейчас она спокойна и о плохом думать не хочет. Дайте хотя бы час, другой, чтобы этим спокойствием насладиться.
- Наконец-то, - выдохнула Калерия Львовна, когда Марина появилась на кухне. Калерия, пришедшая максимум десять минут назад, уже успела раздеться, сменить сапоги на клетчатые тапочки, повязать фартук – и вот уже стояла у плиты и жарила гренки.
- Доброе утро, - поприветствовала её Марина. – А что «наконец-то»? Я проспала?
- Нет. Наконец-то ты с самого утра улыбаешься. Случилось что-то хорошее?
Марина неопределённо повела плечами и крикнула в комнату:
- Юля, иди умываться, сейчас завтракать будем!
- Сейчас мультик кончится… Ещё две минуточки!
- Гренки сладкие сделать? Сейчас песочком посыплю… Так что хорошего у нас случилось?
- Ничего. Просто у меня хорошее настроение с утра.
- Надо же, и такое счастье бывает.
- Калерия Львовна!.. – Марина умоляюще посмотрела на неё, но говорить ничего не пришлось, потому что на кухню вбежала Юля и с разбегу налетела на Калерию.
- Привет, тётя Лера!
- Ты почему ещё в пижаме? – удивилась Марина.
- Я не успела, я мультик смотрела. – Юля привстала на цыпочки, чтобы увидеть то, что жарится на сковороде. – Мама, я не буду хлопья, я буду то, что здесь!
- Конечно, - удивилась Калерия Львовна. – Нечего этим птичьим кормом желудок забивать ребёнку. Я специально песочком посыпала гренки…
- Юль, тебе какао?
- Да!
- Переодевайся иди бегом, умывайся и за стол, - распорядилась Марина, доставая чашки.
- Бегу… Жалко, что Лёша не остался, у нас гренки вкусные на завтрак.
Калерия развернулась к ребёнку и спустила очки на кончик носа.
- А когда он должен был остаться?
- Так он же ночью приходил, чтобы привет нам написать! Правда, здорово, тётя Лера?
- Ночью приходил?.. – Калерия обратила свой заинтересованный взгляд на Марину, а та отвернулась, надеясь, что покраснела не слишком сильно. Всё-таки дети – удивительные создания! Говорливые очень…
Юля убежала, и на кухне повисло молчание. Правда, Калерия Львовна ни слова ей не сказала. Марина видела, что ей любопытно, но знала, что проявлять это самое любопытство она не станет, удовлетворится известием о том, что Асадов был здесь ночью. И Маринину улыбку заслужено запишет на его счёт. И ведь не ошибётся.
Спокойствия и хорошего настроения хватило как раз на пару часов, дальше пришли нервозность и беспокойство. Алексей так и не звонил, а Марине очень хотелось узнать, чем он занят. А ещё – как он пришёл утром домой. Что он Соне сказал? И что будет дальше? Марина почти весь день к себе прислушивалась, пыталась уловить хоть тень раскаяния, но его не было, но хорошо это или плохо, так до конца понять и не смогла. В самый разгар раздумий всё-таки позвонил Лёшка, правда, этот звонок совсем не успокоил. Говорил Асадов непонятно, резковато, постоянно на кого-то отвлекался, и Марина поняла, что толка от него всё равно не добьётся, только разнервничается ещё больше.
После столь неудачного разговора, Марина села на диван и задумалась. Юля тут же нырнула ей под бок и заглянула в лицо.
- Что, он на тебя ругался?
- Да нет, не ругался. Просто ему некогда.
- Работает, значит, - вздохнул ребёнок.
- Работает, - подтвердила Марина.
- Поедем в школу?
- В школу, - кивнула Марина, потом посмотрела на часы и вскочила. – Юля, мы же опаздываем! Собирайся быстрее!
- Так я собралась уже, - развела она руками.
Днём они с Юлей были заняты, сначала у девочки было занятие, потом они отправились по магазинам, покупать новые тетрадки, прописи и книжки, очень долго выбирали ручки, набрали целый набор, а потом пообедали в ресторане. Юля не очень любила рестораны, начинала ёрзать и нервничать, по сторонам постоянно оглядывалась и жаловалась, что «здесь очень важно». Всё это Марину отвлекало, она занималась ребёнком и об Алексее вспоминала не часто. А вот к вечеру… Это не было отчаянием или страхом перед тем, что Лёшка больше не придёт, она знала, что придёт – не сегодня, так завтра, но какие новости он принесёт с собой – вот это больше всего тревожило.
Углядев в окно Томилина, который возвращался с Брюсом с прогулки, Юля выскочила в подъезд, захватив с собой рисунок, точнее, портрет Нины в свадебном платье. Правда, платье было в голубые звёздочки, но Томилину всё равно было разъяснено, что платье именно свадебное. Фёдор нахмурился, выслушивая деловитого ребёнка, который пообещал и его нарисовать в свадебном костюме, а Марина подсказала:
- Во фраке.
Томилин недобро покосился на неё.
- Чего вы выдумываете?
- А ты жениться не собираешься, нет?
- С ума сошла, что ли?
Он ушёл, ворча что-то себе под нос, но рисунок забрал и Юлю поблагодарил.
- Мам, как ты думаешь, ему понравилось?
- Конечно, понравилось. Повесит его на стену и будет думать о тёте Нине.
- Хорошо бы… А ведь если он на тёте Нине поженится, она будет с ним жить? В его квартире?
- Юль, давай не будем загадывать.
- А всё-таки?
- Наверное, да.
Юля не на шутку задумалась, присела на диван в гостиной и обхватила руками диванную подушку. Марина же подошла к окну и выглянула во двор, всё ещё ждала появления Алексея.
- Мама.
- Что?
- А вот как ты думаешь, если они поженятся, они ведь всё время вместе будут?
Марина штору задёрнула, расправила и обернулась на девочку.
- Тебе этого не хочется?
- Да нет, пусть женятся. Просто я думаю, если они поженятся, ведь Брюс им будет не нужен? Мы могли бы взять его к себе. – Она умоляюще на Марину посмотрела. Та улыбнулась и покачала головой.
- Боюсь, дядя Томилин даже ради тёти Нины от Брюса не откажется.
- Ясно, - вздохнула Юля и откинулась на подушки.
Калерия Львовна сегодня заметно подзадержалась, Марина подозревала, что Асадова ждала. Но появился он уже после её ухода. Марина, если честно, уже и ждать перестала, смирившись с тем, что ему некогда и вообще не до них. Обижаться было глупо, потому что знала – ему сейчас намного труднее, чем ей, Марина почему-то была в этом уверена. Но ждать от этого было не легче. Ждать вообще трудно, наверное, самое трудное.
Зато, когда раздался звонок в дверь, так спокойно вдруг стало. От сердца отлегло и только тогда стало понятно, насколько же тяжело было весь день. Нужно было с кем-то поделиться своим беспокойством, а с кем, как не с Лёшкой? Понять её сейчас только он может.