— Подожди, — сурово окликнул её Саша, — что происходит? — он попытался схватить её за руку, но Ветрова увернулась.
— Даша, немедленно отвечай! Какого чёрта ты устраиваешь? — Саша с Алёнкой на удивление быстро сплотились против неё и уже наступали, пригвождая несчастную к стенке.
— Так, стоп, — выпалила загнанная в угол Ветрова, отступив на шаг, — слушайте сюда! Происходит то, что мои лучшие друзья заигрались в обижайку. Я задолбалась уже мыкаться с вами по углам конторы, чтобы вы случайно не попались друг другу на глаза. Я устала делать вид, что всё в порядке и ничего не происходит потому, что люблю вас обоих, хоть вы и ведёте себя, как малолетки, — она перевела дух, глядя на хмурые рожицы. — Сейчас вы пройдёте на кухню, выпьете чаю и поговорите, как взрослые люди. За мной! — Ветрова прошествовала вперёд по коридору и скрылась за поворотом. Алёнка с Сашей, не желая оставаться наедине, двинулись следом, недовольно морщась.
— Даш, тебе не кажется, что это не совсем твоё дело? — рискнул задать вопрос Саша. Он упёрся плечом в косяк, оставаясь в дверях кухни. Алёнка проскочила мимо него.
— Нет, Санёк, это и моё дело тоже потому, что я от вашей распри страдаю не меньше. Садись, — приказала она. — Чай, кофе? — вопрос был больше похож на приказ.
— Водички, — Саша мельком глянул на Алёнку. Она уже сидела за столом, понуро опустив голову над своей чашкой.
— Ребят, — Даша смягчилась, глядя на две напряжённые фигуры, — давайте так: я сейчас оставлю вас здесь и уйду в комнату, чтобы не мешать, а вы поговорите по-взрослому, без эмоций, — уточнение было адресовано Алёнке, которая в ту же секунду кинула на неё умоляющий взгляд. Даша стойко перенесла испытание глазками и спешно покинула кухню, в которой сразу же повисло тяжёлое молчание.
Никто из друзей не решался начать разговор первым. Алёнка зачем-то помешивала ложечкой чай, в котором не было сахара. Саша сидел с закрытыми глазами, откинувшись на спинку стула. Он уже не выдерживал этого напряжения, но сказать ему было нечего — он всё уже высказал в тот вечер. Минуты тянулись невыносимо медленно, а щёлканье настенных часов было единственным звуком, разбавлявшим ритм звяканья Алёнкиной ложки. Когда парень уже намеревался закончить пытку и молча удалиться, Дёмина тихо буркнула:
— Прости, Саш.
Красин вздрогнул. Ему, в общем-то, не требовались её извинения, но разговор начался, а это уже что-то да значило.
— Не нужно, Алён. Ты мне ничего не должна и ни в чём не виновата. Скорее это я должен извиняться. Сглупил.
— Я повела себя по-свински, — продолжала девушка. — Ты мне открылся, а я наговорила таких ужасных слов, — ей с трудом удавалось формулировать мысли.
— Брось. Предлагаю забыть.
Она обернулась к нему и прекратила помешивать чай.
— Саш, я не хочу с тобой ссориться. Ты мне нравишься, но я никогда раньше не представляла нас с тобой парой, — она сделала паузу, вглядываясь в карие глаза. Саша слушал и не перебивал её. — После того вечера у меня было много времени подумать обо всём. Саш, я искала, но так и не нашла препятствий к тому, чтобы нам попробовать, просто попробовать для начала, если, конечно, ты не передумал, — она запнулась, пытаясь унять дрожь в голосе.
Саша, не веря своим ушам, подскочил вместе со стулом и в мгновение оказался рядом с девушкой.
— Алён, я не понял, ты что, согласна встречаться со мной? — он накрыл своей рукой её ладошку.
— Да, Саш, я согласна, — она свела брови домиком и улыбнулась.
Парень не сдержал нервной усмешки.
— Серьёзно? Офигеть, — он не верил ни глазам, ни ушам своим. Всё случилось очень неожиданно, но притом вовремя. Ведь если бы Дашка не устроила им это свидание, Алёнка и впрямь не решилась на разговор и вполне вероятно уволилась бы, не выдержав душевного напряжения.
— Сама в шоке, — рассмеялась рыжая.
— Пошли скажем, а то нервничает там сидит, сводница, — опомнился Саша. Он махнул рукой в сторону двери.
— Нет уж, пусть ещё понервничает, — Алёнка обняла его за шею и подалась к нему. Саша безропотно ответил на порыв, и через секунду парень с девушкой уже целовались. Нежно и трепетно, как целуются на первом свидании те, кто готов шаг за шагом узнавать друг друга ближе. В конце концов, оба сжалились над подругой, а когда вошли к ней в комнату, застали девушку нервно снующей из угла угол. Она порывисто теребила пальцами телефон, в глазах читалось нескрываемое волнение. Даша поняла всё без слов. Минуту спустя, друзья уже обнимались, а Ветрова чуть не плакала от радости и пережитого волнения. Она была счастлива за них и за себя.