Даша не дала ей договорить. Происходящее казалось если не безумием, то как минимум плодом наивной фантазии.
— Так, Алла Львовна, подождите. Я одного не могу понять, я-то вам зачем? Денег я дать не смогу, опыт мой с вашим не сравнить. Вы вполне можете справиться без меня, привлекая того же сына и это предприятие останется внутри вашей семьи.
— Нет, Даша, нет, — нетерпеливо проговорила женщина. — Денег твоих мне действительно не надо, но ты молодой специалист с большим для своего возраста опытом. Я не справлюсь без тебя, без такого человека, как ты, ведь я уже старуха. Кто, по-твоему, будет ездить на встречи с заказчиками? Я, с которой песок сыпется или мой сын, который ни черта не смыслит в проектировании? Нет, Даша, мне нужна ты. И если я в большей степени буду мозгом нашего предприятия, то на тебя ляжет куда более непосильная работа — искать и договариваться с партнёрами и заказчиками. Скажи, ты готова поучаствовать в безумной авантюре сумасшедшей старухи? — она протянула свою морщинистую ладонь для рукопожатия.
Даша нервно усмехнулась.
— Боже мой, надеюсь, мы не пожалеем об этом, — тихо проговорила она. — Давайте попробуем, — обе рассмеялись, пожимая друг другу руки.
Глава 25
До премьеры оставались считаные дни. Теперь Даша приходила в театр каждое утро. Она заранее предупредила Аллу Львовну, что не сможет разрываться на два дела сразу и что женщине поначалу придётся справляться со всем самой. Старушка не испугалась, тем более что она пока могла обойтись без помощи девушки.
Артисты буквально поселились в родных стенах драматического театра. Иногда им просто не было смысла уходить, особенно если репетиции заканчивались ближе к полуночи, а через каких-то пять — шесть часов требовалось возвращаться на работу. Не обременённые семьёй, труженики искусства зачастую так и делали, устраиваясь на ночлег в гримёрках и раздевалках.
Артём не возвращался. Через Сашу до Ветровой доходили слухи, что его дела налаживаются и он скоро приедет, но уточнять что-либо напрямую она не решалась. Периодически в моменты неуёмной тоски Даша собиралась написать ему, но каждый раз открывая чат, впадала в ступор. Она прокручивала в голове одно за другим сообщения, которые могла бы написать, но понимала, что всё это чушь и совсем не то. Да и что она напишет: «Артём, я поняла, что ты ни в чём не виноват, возвращайся»? Она уже успела порядком накрутить себя, а ещё ей очень хотелось отомстить бывшему, но как это сделать, она понятия не имела. Получалось крайне скверно. Этот гад так легко разрушил их с Артёмом сказку. Просто пришёл и растоптал то, к чему они оба так долго шли. А вдруг Артём устал? Вдруг ему всё это надоело? Надоело добиваться её, натыкаться на препятствия, отдавать, не получая ничего взамен. В мире столько девушек, готовых сделать его счастливым.
Из задумчивости её вывел громкий голос с визгливыми нотками:
— Анидаг, да что с тобой сегодня? — Даша увидела прямо перед собой серый взгляд Алисы Коротаевой, сияющий яростным блеском.
— Что? — Ветрова вернулась в реальность.
— Даша, Оля тебе третий раз говорит: «Нет, нет, тётенька, мы к вам не пойдём и пирожных ваших нам не надо.» А ты чего?
— А я чего? — задумчиво повторила Даша. Она стояла на сцене в полной экипировке, в платье, с причёской, обвешанная массивными украшениями. Оглядевшись, она произнесла. — Всё, всё, прости, я здесь. Обещаю больше не тупить.
— Уж я надеюсь! Поехали!
В этот раз и в следующие Даша действительно хорошо справилась с ролью, ничего не забыла и никого не затмила своим шармом, что было довольно непросто при её внешнем облике. И всё же для постановки рейтингом шесть плюс это было вполне уместно. Спектакль, вопреки обстоятельствам, грозился возыметь успех. Аксал выписали из больницы, и она быстро всё наверстала, костюм Абажа больше не скукоживался в самый драматичный момент, а платье Даши подогнали под её рост без больших потерь. Спустя многократные повторения одних и тех же реплик, скрупулёзную проверку и перепроверку всех механизмов декораций, звука и света, уставшие, но довольные собой актёры очень обрадовались, когда худрук произнёс заветные слова:
— Друзья, мы с вами хорошо поработали. Надеюсь, также будет и завтра на премьере. Всех отпускаем — идите домой и выспитесь хорошенько.
Артисты зааплодировали ему и быстро засобирались, пока начальство не вспомнило что-то, о чём, возможно, забыло. Но мучить их больше никто не намеревался. Дмитрий Иванович подошёл к Алисе, которая, сидя на одном из беспорядочно расставленных стульев, проверяла что-то в своём блокноте, больше похожем на томик «Войны и мира». Он сел рядом, аккуратно забрал предмет из её рук и под стоны протеста пресёк все попытки девушки продолжить работу. Спустя несколько минут, приобнимая свою помощницу за плечо, худрук уже шёл вместе с ней к выходу. Даша смотрела на них, как заворожённая. Воистину Дмитрию Ивановичу удалось невозможное — остановить на время трудовой порыв её неугомонной подруги.