- А для тебя? – спросила девушка, разворачиваясь лицом к бывшей кормилице.
- Для меня, деточка моя родная, счастье уже то, что вижу тебя кажен день, что обнять могу. За себя, за матушку твою сердешную. – Милена смахнула выступившие слезы.
- Что ты, Миленушка, не плачь! Разве счастье может вызывать слезы? – В словах девушки звучало искреннее удивление.
- Да, Кристаллик мой родимый, может, еще как может. Мы, бабы, вообще, существа слезливые, а как счастливые-то, так и плачем, и смеемся.
- Странно это…
- Не. Дитя ты ещо, Высочество, дитя.
- Ну, какое ж я дитя? Сама говоришь, выросла я, раз сердце трепещет. – Последние слова прозвучали еле слышно. Женщина снова обняла воспитаницу.
- Нянюшка, а какая она любовь?
- Любовь-то? – Милена задумалась. Как передать все те чувства, что охватывают тело и душу юной, невинной девушке, когда и сама-то не всегда могла разобраться?
- Милена, - позвала Кристали, ушедшую в себя женщину. – Так какая она эта любовь? Как мне узнать ее, если встречу?
- Когда ты дышать не можешь без близкого тебе человека, минуты считаешь до его появления, а весь мир раствориться в его глазах – вот это любовь к тебе и пришла. – Милена отчего-то стала грустной.
- Это похоже на радость или счастье, - задумчиво произнесла Кристали.
- Нет, милая. Радость и счастье – это сиречь ягоды одного поля. Только радость – она мимолетна, счастье – всеобъемлюще. Оно состоит из очень большого количества улыбок и радостей разных. А вот любовь, девонька, вещь совсем другого порядка. Она может и крыльями одарить и в омуте утопить, коль несчастной и безответной обернется.
- А матушка сильно любила отца?
- И она его, и он ее. Их любовь сильная был. Счастья им много принесла.
- Угу, особенно с моим рождением, - обреченно произнесла принцесса.
- Даже думать такое не смей! – рассердилась Милена. – Глупая девчонка! – От негодования заколыхались все дородные телеса нянюшки.
- Но, ведь не будь меня, и мама осталась бы живой!
- Нет, девонька, нет, - бывшая кормилица утешала Кристали, гладя ее по волосам и целуя ту в макушку. – Ничего не бывает запросто так. И счастье, и горе отмерено всем по-разному, и одно без другого не ходють. И родители твои их сполна напились. Не суди о том, чего не знаешь, не прожила, не почувствовала. Твое рождение стало вершиной их общего счастья, разделенного на двоих. А то, что матушка ушла, так видно путь ее жизни пришел к концу.
- Как же тогда сестра? Она ведь его даже не начала, путь этот.
- А это уже толи проведение, толи кто посерьезней подсуетился. Видать, так надо было.
- Кому ж такое нужно может быть?
- Ты, милая, в проведения не сунься. Это не человеческого ума дело. Крепко запомни мои слова. Не лезь! Прими как данность.
Луна ярко освещала спящее ночное море. Легкий ветерок не нарушал его покой. Две женские фигуры, крепко обнявшись, стояли возле окна. И мысли у каждой были свои.
- Пора тебе спать, родная. Поздно уже. – Милена первая стряхнула с себя печальные мысли. – Чай учебу-то никто не отменял, даже если и влюбилась.
Глава 2
Кристали торопливо шла к озеру привычной тропой. С ее пятого дня рождения этот путь стал ежедневным. Принцессе нравилось бегать по этим дорожкам, вдоль тихо журчащего ручья. Это не было обузой, зато - всегда познавательно и интересно. Трава на ее пути набиралась яркими красками, едва голые ступни любимицы Сердца соприкасались с мягкими нитями природного ковра. Она бродила по воде, прислушиваясь к ее шепоту. Внимала свету из глубин кристалла.
Связь между девушкой и камнем росла, и крепла при каждой встречи. Она научилась слышать и чувствовать его в любой момент: он ли позовет или сама мыслями к нему прильнет. Озерная вода, подвластная движению ее руки расцветала затейливыми прозрачными цветами. Кристали научилась выращивать деревья и кустарники. Едва посадив семечко, она материализовывала кувшин с водой, а полив зерно жизни, твердо знала, как скоро ждать из него росток.
Живительная энергия кристалла проникала в девушку, и растекаясь по телу, устремлялась по рукам. К кончикам пальцев. Теперь Кристали могла лечить и творить одним прикосновением. Мир Оаз расцветал, наполненный живительной энергией. Природа снова была великолепна и тешила глаз. Жизнь в ней стремительно множилась, росла и могла снова обеспечивать жителей королевства всем необходимым. Это был рай.
- Камушек, скажи, почему ты меня выбрал?
В ответ кристалл задумчиво разгорался голубым светом. Озерная вода ласково обнимала ноги девушки. Татуированные украшения становились ярче, а птицы наперебой заливались трелями. Очередная волна принесла стайку малых рыбешек. Они танцевали вокруг девичьи ног, осторожно прикасались к ним своим ртом. Внезапно отпрянув, вновь водили хоровод, невзначай касаясь краем хвоста там, где недавно оставили поцелуи.