- Да видать подошла, Ваше Величество. Судя по всему, силы огромной ее дар. Видели ж какой столб света в небо-то рванул? Такого отродясь никто не видывал. Это ж силища какая! Да и Сердце так себя никогда не вело. Спокойно все так, степенно завсегда было-то, как полагается. Даже холодно как-то. Все смотрело, да примерялось. А туточки, как с ума сошло. Да и озеро тоже зверем яростным билось. Отпущать от себя не хотели принцесушку. А водица-то в ручье сестрицей озерной приходится. Вот, видать, и позвало с ее помощью Сердце. Никак иначе.
Мужчины замолчали, обдумывая кто сказанное, кто услышанное.
- Думаешь стоит отдать Кристали ожерелье?
- Несомненно. – Старик смотрел прямо в глаза повелителю. Он, как никогда ранее, был уверен в своей правоте. Затем он опустил взгляд, коря себя за проявленную вольность. – Плохо другое.
- Что?! Говори, старик, не тяни! – беспокойство сквозило в каждом слове Немара.
- На такую силу всегда найдутся охотники, Ваше Величество, - тихо, но внятно произнес старый слуга.
Король откинулся на спинку трона. Он был бледен. Вспомнились земли, откуда сам был родом: «А ведь я об этом и не подумал. Прав старик, во всем прав!»
Из тяжелой задумчивости его вырвали «охи-вздохи», удивленные и восторженные голоса. Правитель и слуга одновременно взглянули в зал – в больших, резных дверях оного, в сопровождении нянюшек и служанок стояла сияющая именинница. На ней были нежно-бирюзовое бальное платьице, такого же цвета туфельки и огромный бант, украшающий распущенные волосы пшеничного цвета. Только теперь в них виднелись длинные голубые пряди, а на запястьях принцессы красовались вытатуированные браслеты. С завитками. Они тоже были голубыми.
- А силы-то, Ваше Величество, у нашей девочки, силы-то еще больше, чем я думать-то смел! – задумчиво пробормотал старый дворецкий.
Немар ошалело смотрел на свою маленькую дочь - таких украшений кристалл не дарил не одной из своих избранниц. Во всяком случае, упоминаний о подобном в хрониках королевства не было. Как же он не заметил, еще там, у озера? Да и волосы…
Часть 2
Глава 1
Королевский замок удобно разместился на меже суши и моря. Одна его стена уходила в древние воды, преграждая дорогу соленым волнам. Сюда же выходило окно спальни принцессы.
Нежные звуки флейты доносились до окна Кристали. Они разливались в воздухе, опускались на морские пучины, заставляя их утихомириваться. Девушка сидела на подоконнике, откинувшись спиной к оконной раме. Мелодия проникала глубоко в душу, находя там волнительный отклик. Вот уже целых два года, как она каждый вечер будоражила ее сущность, звала и манила.
Сколько раз Кристали пыталась хоть невзначай увидеть дивного музыканта – увы! Лишь однажды лунный свет выхватил из темных вод мелькнувшую спину дельфина. Но как же ей хотелось увидеть дарящего столь волшебные звуки.
Сегодня она снова всматривалась в морскую гладь. Но услышала лишь всплеск, когда последние звуки мелодии растворились в ночном, соленом воздухе. И даже луна была бессильна. По воде пошли темные круги, скрывая их создателя. Прощальная волна накатила на замковую стену и рассыпалась мелкими барашками.
- Кого ты все время выглядываешь? – нянюшка подошла к воспитаннице.
Кристали смущенно улыбнулась. От этой женщины НИЧЕГО невозможно было скрыть. Но ведь и сказать нечего.
- Неужели нашелся тот, кто украл твое спокойствие? – не отставала бывшая кормилица.
- Не знаю, нянюшка. Очень уж мне по сердцу то, что я слышу. Но ни разу еще не видала, того, кто наигрывает мне эти мелодии. Лунный свет предательски осветил румянец на щеках Кристали.
- Как быстро ты выросла, девонька. Вот и твое сердце уже трепещет.
Женщина вздохнула, убирая с лица принцессы выбившиеся из прически голубые локоны. С тех пор, как кристалл призвал к себе новую жрицу, их ставало все больше. Теперь родных, пшеничного цвета, было практически не найти. Кристали уже вошла в полную силу проводницы Сердца мира Оаз. Недавно, в дополнение к бирюзовым браслетам получила такой же татуажный рисунок диадемы. Кристалл расстарался на славу, разукрасив свою помощницу.
- Нянюшка, а что такое счастье? – Принцесса не отрывала взгляда от воды, такой темной и глубокой. Та манила ее, завораживала и звала.
- Счастье? – переспросила женщина, обняв девушку. – Так ведь оно для всех разное, деточка. Вон, повару нашему десерт аль пирог новый сотворить – и нет тогда счастливее него человека. А коль ты похвалишь, так и, вообще, с ума от радости сходит, что так угодил. А для батюшки-государя счастье – это улыбка твоя солнечная да смех звенящий. Сердце они ему согревают. Даже кристаллу каменному - свое счастье. Вон как сияет, как ты появляешься.