Девушка не могла себе гарантировать, что никто больше в квартиру не войдет. Так как в комнату забежал не известный Ане мужчина. Это не был ее преследователь, так как маньяк не скрывал своего лица, и девушка хорошо его запомнила за эти два с лишним часа.
А все же, прошло только два часа, а с ней уже успело случиться много всего. Что многим за всю жизнь не удастся, к счастью, повидать.
Девушка переживала за то, что Шулер может зайти в дом в любой угодный ему момент. И Аня не могла даже предположить, когда он наступит. Он мог пойти вновь в школу, что б проведать другую свою жертву. Возможно? Конечно, возможно. После того, что случилось с Аней, она могла поверить практически во что угодно.
Единственное что успокаивало девушку на данный момент, это то что второй похититель связан и на какое-то неопределенное время его это остановит. Девушке хотелось надеяться, что связанным он пролежит до прихода Шулера и сам освободиться не сможет. Но это всего лишь мысли и доводы, а что будет на самом деле. Этого никто не знает.
Сейчас девушку интересовала только входная дверь. Обычно с внутренней стороны, на них есть катушки, при повороте которых можно закрыть дверь только из Нутрии и без ключа. Но подбежав к этой двери, там такого не было. А помимо этого, было аж три замка. К счастью, была дверь закрыта на два из имевшихся трех.
Удивленная девушка отошла чуть от двери. В мыслях у нее пролетел не один десяток матов, за которые отец бы точно наказал и отправил в ванную ругаться перед зеркалом.
У отца Ани была своя методика борьбы с матом. Если она случайно или специально ругалась при нем, и он это слышал. То он ставил ее перед любым зеркалом, зачастую в ванной комнате, после чего она ругалась уже смелее, глядя на свое отражение. После минуты двух трех. Он уходил из комнаты, оставляя Аню с зеркалом.
По началу, девушке была не понятна эта методика наказания. В ней не было смысла, казалось, что так становилось только хуже, а не лучше.
Но не так давно, Аня поняла, что это скорее не наказание. А отличный способ спустить пар и рассказать зеркалу, какое же оно чмо. К тому же отец никогда не мешал ей выплескивать эмоции и не прогонял из ванны через какое-то время. Единственное, девушка не проверяла, насколько громко она могла говорить. Обычно она разговаривала с отражением в своем обычном тоне и обычным голосом. Не кричала, но и шептать не пыталась.
Девушка принялась обыскивать ящики в коридоре, на наличие ключей. Перерыла весь комод, зацепилась рукой за вазу с иссохшими цветами и опрокинула ее на пол. Выгребла все вещи из ящиков себе под ноги. Содрала картину со стены и взял ножницы, вырезала ее из рамки. После чего скрутила в рулон.
Девушке пришла дурацкая идея в голову, но она ей понравилась. Аня бросилась бегать по дому, срезая с стен картины и их лики, не побоялась даже заскочить в кабинет к мужчине. Там было много картин.
Мужчина к счастью девушки все еще был без сознания. Девушка срезала целых шесть картин и принялась собирать это богатство в ванной. Побежала в кухню, там она мельком видела изоленту и когда она примчалась туда, то все же не ошиблась.
Снова стул и изолента. Хорошая комбинация для штукатура – моляра, но не для юной девушки, которая планирует разгромить квартиру, к чертям собачим.
Девушка, едва протиснувшись в дверной проем с огромным стулом, чуть не упала на входе из-за дурацкого ковра. Который сама же и завернула, как попало. Поставила стул посреди комнаты, нужно было привязать похитителя к стулу.
Для большей уверенности, в том, что он не сбежит и не высвободится. Но мужчина оказался слишком тяжелым, и девушка явно переоценила свои силы, потому что на то, что б его подтащить ушло немало сил.
Когда Аня все это делала, у нее в душе были смешанные чувства. С одной стороны радость и гордость за себя, что она смогла вырваться и переиграть похитителей. А с другой стороны ее все еще мучило чувства страха и необъяснимой тревоги, ощущение того, что за ней ведут слежку и что она находится у кого- то незримого на мушке прицела. Что отчасти и было правдой.
К тому же, она до этого никогда не связывала человека. И искренне считала, что так не делал, пожалуй, каждый второй. Или это была ее слепая уверенность не понятно с чего укоренившаяся в ее разуме и душе.
Дотащив мужчину до стула и с огромным трудом усадив его на стул с его же кухни. В ход пошла изолента. Мужчина с каждым мотком все сильнее напоминал мумию. Теперь он был привязан еще и за живот. Синей изолентой, которой наверняка периодически чинил проводку в своем доме. Хотя, никто не мог точно сказать, что именно он ей заматывал. Может он собирался связать ей Аню, в ближайшем будущем, но не успел. Или дожидался своего товарища, что б провернуть план. Аня не могла знать точно.