Уайатт был в рубашке из черного шелка. Я мысленно пожелал ему заболеть раком кожи.
Мичем улыбнулся Уайатту и тихо сказал:
— Прекрасная идея, Ник!
— Это Джудит, — ответил Уайатт. — Ее идея. — Он покачал головой. — Но вряд ли даже она такое предвидела.
Уайатт взял мобильник, нажал на две кнопки, поднес к уху.
— Джудит, наш мальчик теперь работает на Мистера Номер Один. На большого Кахуну. Консультант генерального директора. — Он помолчал, подмигнул Мичему. — Нет, не шучу! — Еще пауза. — Джудит, лапочка, я хочу, чтобы ты провела ускоренный курс с нашим молодым человеком. — Пауза. — Ну, конечно, это для нас самое важное. Я хочу, чтобы Адам знал его как мать родную. Чтоб у Годдарда в жизни не было лучшего ассистента, чем наш. Хорошо. — Уайатт нажал на отбой, повернулся ко мне и сказал: — Ты только что спас свою задницу, дружок. Арни?
Мичем как будто только этого и ждал.
— Мы прошлись по всем фамилиям «Авроры», которые ты нам дал, — мрачно заявил он. — Дерьмо.
— То есть? — спросил я. Ну и сволочь!
— У них даже нет номеров социальной страховки. Не дури с нами, козел!
— О чем вы? Я переписал их прямо с сайта «Триона».
— Это не настоящие фамилии, придурок! Фамилии админов настоящие, а остальные — фальшивки. Глубоко запрятались: не выгружают инфу даже в собственную сеть. Первый раз о таком слышу.
— Что-то здесь не так, — покачал я головой.
— Ты честно играешь? — спросил Мичем. — Если нет, мы тебя в порошок сотрем. — Он посмотрел на Уайатта. — Прокололся с личными делами.
— Дела убрали из ящика, понятно? — огрызнулся я. — Все подчистили. Не хотят рисковать.
— Что по той кошелке? — вмешался Уайатт.
Я улыбнулся:
— На следующей неделе я с кошелкой встречаюсь.
— Типа свидание?
Я пожал плечами:
— Я ей нравлюсь. Она работает в «Авроре». Так можно выйти на проект.
К моему удивлению, Уайатт просто кивнул:
— Хорошо.
Мичем, похоже, почуял, куда ветер дует, и сбавил обороты. Он-то думал только о том, что я прокололся с личными делами и принес подложный список фамилий, а его босс был доволен тем, что получилось.
— Теперь ты легко заберешься в офис Годдарда, — сказал Мичем. — И начинишь его «жучками».
— Просто песня! — сказал Уайатт.
— И хватит платить ему зарплату в «Уайатте», — продолжал Мичем. — Учитывая, сколько ему положили в «Трионе». Да этот змей получает больше меня!
Уайатта его слова, похоже, позабавили.
— Нет уж, договор есть договор.
— Как вы меня назвали? — переспросил я Мичема.
— Переводить деньги корпорации на его счет рискованно, как бы мы ни осторожничали, — сказал Мичем Уайатту.
— Вы назвали меня змеем, — не успокаивался я, — что это значит?
— Я думал, это безопасно, — заметил Уайатт Мичему.
— Что такое змей? — Я вцепился в слово, как собака в кость, и не собирался разжимать челюсти назло Мичему.
Начальник службы безопасности сделал вид, что не слышит, но Уайатт пробормотал:
— Шпионский жаргон. Воздушный змей. Так называемый консультант, который внедряется к конкуренту и любыми средствами собирает инфу.
— Змей?
— Запускаешь змея, а если он цепляется за дерево, просто обрезаешь бечевку, — сказал Уайатт. — Мы всегда сможем доказать свою непричастность. Понял?
— Обрезаешь бечевку, — тупо повторил я. Если подумать, что в этом плохого? Бечевка — тот же поводок. Но я понимал: если Уайатт обрежет бечевку, он меня просто-напросто подставит.
— Если проколешься, — добавил Уайатт. — А ты не прокалывайся, и никому не придется ничего обрезать. Где, черт возьми, эта сука? Еще две минуты, и полечу без нее.
38
После этой встречи я совершил сумасшедший, но чрезвычайно приятный поступок. Я пошел и купил себе «порше» за восемьдесят кусков.
Раньше я отметил бы приятную новость попроще: надрался бы, приобрел бы пару бутылок шампанского или компакт-дисков. Теперь, конечно, дело другое... Я решил подрезать уай-аттовские постромки и поменять «ауди» от «Уайатта» на «порше» от «Триона».
Вы бывали в автосалоне «порше»? Между прочим, это вам не «хонда аккорд». Тут не ведут в машину с порога. Сначала долгая прелюдия. Вы заполняете целую анкету: почему вы пришли именно сюда, кем вы работаете, и какой у вас знак Зодиака?
А вариантов столько, что голова идет кругом. Вам би-ксеноновые фары? Панель цвета арктического серебра? Просто кожу или мягкую кожу? Колеса спортивного дизайна, спортивно-классического или турбо?
Мне просто был нужен «порше», и не через полгода, пока его сделают на заказ в Штутгарте-Цуффенгаузене, а прямо сейчас. Я хотел уехать на нем из салона. Вналичии оказались две двухместные закрытые «карреры», одна — ярко-красная, вторая — базальтово-черный металлик. Дело решила обивка салона. В красном авто была черная кожа, на ощупь похожая на кожзаменитель и, что хуже всего, прошитая красными нитками. Смотрелось это как-то по-ковбойски, и мне совсем не понравилось. Во второй модели все, даже рычаг передачи и руль, было обито мягкой кожей спокойного коричневого цвета. Я вылез оттуда и сказал: «Беру».
Продавец, наверное, думал, будто я пришел только посмотреть, и очень обрадовался: вы, мол, сделали мудрый выбор! Он даже предложил отогнать мою «ауди» в салон совершенно бесплатно.
За рулем я чувствовал себя летчиком: когда жал на педаль, «порше» ревел будто «Боинг-767». Триста двадцать сил, разгон до ста километров в час за пять секунд — невероятная мощь. Я вставил свежую сборку в проигрыватель, врубил на всю катушку «Перл джем» и рванул вперед на бреющем полете. А жизнь-то налаживается!
Годдард сказал, чтобы я перебрался в квартиру получше и поближе к работе. Кто бы возражал! Давно пора, между прочим.
Сотрудники «Триона» помогли мне расстаться с трущобой, в которой я так долго прозябал, и нашли для меня новую квартиру на двадцать девятом этаже южной башни «Харбор-Суитс». Да, кстати, «Харбор-Суитс» — это два дома-башни, в каждом тридцать восемь этажей и полторы сотни квартир, от одно— до четырехкомнатных. На первом этаже располагался шикарный отель с первоклассным рестораном.