Веревка получилось длинной метров пять, с кучей узлов, надежность которых лучше было не проверять. И сама ткань от времени сделалась менее прочной, но, все равно, это было лучше, чем ничего. Женя с Дашей держали веревку в руках и смотрели на меня. В их взглядах было полно сочувствия, без которого я бы сейчас вполне мог обойтись, поскольку храбрости мне это не добавляло.
– Что ты будешь делать, когда выберешься? – Спросил Женя. Он не сказал если, он сказал, когда и за это я был ему благодарен.
– Не знаю. Сначала попробую вернуться к этой двери и попытаюсь открыть ее с той стороны. А, если не получится, выберусь на поверхность и буду звать на помощь. Полицию или МЧС, не знаю, – ответил я.
На самом деле, я сильно сомневался, что мне удастся найти другой выход. Чем больше я об этом думал, тем меньше верил в успех. По моим расчётам, я мог проплыть под водой не более пяти метров, и то навряд ли. А тут, нужно было проплыть в полной темноте, нащупывая дорогу руками. Да и как понять, что это дорога? Я решил, что попробую проплыть не более трех метров, а, если ничего не обнаружу, вернусь назад. Если проплыву дальше, то кислорода на обратный путь мне уже попросту не хватит.
Мы стояли в тускло освещенной комнате с умывальниками и рассматривали дыру в полу, заполненную черной водой. Я хотел разуться, но подумав, решил этого не делать. Если мне все-таки удастся выбраться на поверхность с той стороны, идти босяком будет плохо. И куртку я тоже решил оставить, если зацеплюсь плечом или спиной о выступ в стене, будет хоть какая-то защита.
– Ты готов? – спросила Даша – когда мы уходили, Марина продолжала сидеть, рассматривая свои изодранные ноги, а Игорь стонал от боли.
Я не был готов. Как вообще можно подготовить себя, к тому, чтобы погрузиться в эту чертову яму, которая, к тому же, расположена в неизвестном бункере глубоко под землей? Я сел на край дыры, свесил ноги в воду. Туфли и носки тут же промокли. Мне было до ужаса страшно. В голову лезли мысли, что сейчас меня что-то схватит за ноги и утащит в темный провал. Отогнав эти мысли, я осторожно повис на руках и стал медленно погружаться в воду.
Я ожидал, что яма вот-вот закончится, и мои ноги упрутся в дно, но ноги так и не нашли опоры. Я опустился еще глубже, над водой осталась только голова.
К моему удивлению, вода не оказалась ледяной, как я рассчитывал. Наоборот, она казалось подозрительно теплой. Странно, ведь температура воздуха в этой комнате была, по ощущениям, градусов пятнадцать – шестнадцать. Я с минуту повисел так в воде, потом взял фонарь и попробовал окунуть его в воду. Вопреки ожиданиям, фонарь не погас, а продолжал светить под водой, правда, его луч пробивался сквозь слой воды максимум – сантиметров на сорок. Но это было гораздо лучше, чем плыть без света. Мне оставалось только надеяться, что фонарь будет продолжать светить, когда я нырну.
И я решился. Набрав полную грудь воздуха, я отпустил руки и ушел с головой под воду, примерно на метр. И по-прежнему, мои ноги ни во что не упирались, казалось, что у этой ямы нет дна и это мне сильно не понравилось. Я вынырнул на поверхность. Даша опустилась на корточки и заглядывала внутрь провала, мы чуть не стукнулись лбами, когда я выныривал. Женя, как я его и инструктировал, держал веревку из простыней так, чтобы она была слегка натянуть.
– Ну что там? – спросила Даша.
– Там глубоко, – ответил я. Вниз нырять толку нет, попробую проплыть вперед на сколько смогу, если что – вернусь обратно. Жень, если веревка начнет кончаться, значит дальше я не проплыву – дерни за конец веревки, чтобы это я почувствовал.
Даша нагнулась еще ниже, обвила мою шею руками и поцеловала в губы, – Будь осторожен, Максим, сказала она. Это было трогательно и приятно. Похоже, что только ее одну волновала моя судьба. И я снова погрузился с головой в черноту ямы. Глаза тут же начало щипать. Я старался не закрывать их полностью, чтобы хоть немного видеть луч фонаря.
В темной воде было сложно ориентироваться, я чувствовал веревку на ноге и греб руками в противоположную сторону, постоянно ожидая что вот-вот моя голова обо что-то стукнется. Проплыв вперед около двух метров, я увидел прямо перед собой дыру в стене. Кислород у меня в легких уже закончился, поэтому я решил не рисковать и вернуться обратно.
Доплыв вдоль веревки до ямы в полу, я вынырнул и отплевался от воды.
– Нашел что ни будь? – спросил Женя.
– Нашел. Там метра три вперед, может чуть больше, и такая же дыра в стене, как эта в полу. Куда она ведет не знаю, еще не заплыл за нее. Но, в принципе, это возможно, воздуха должно хватить. Сколько там веревки еще осталось? – спросил я.