— Сможешь открыть? — обратилась я к Кириллу, который только закончил говорить по телефону.
— Смогу, но сначала надо дождаться Марка.
— Зачем? Ты ведь занимаешься упокоением и освобождением душ.
— Не в этом дело. Прежде чем отпускать малыша, надо узнать, что с ним случилось.
— А причем тут Марк?
— Он способен «видеть» причину смерти сущностей. Очень полезный талант, должен признаться, ведь к разным проявлениям потустороннего мира нужен разный подход.
— По прежнему не возьму в толк: зачем вам понадобилась я, если каждый из команды способен тем или иным способом находить призраков?
— Нэл, при использовании наших методов уходит очень много времени и сил, к тому же, сведения не всегда оказываются верны, заставляя нас выполнять бессмысленную работу. Ты же способна чувствовать сущности на расстоянии в несколько километров, и даже притягивать их. По крайней мере, так будет, когда твоя кровь окончательно очистится от лекарства. Надеюсь, это случится скоро.
Пожав плечами, я с преувеличенным интересом стала рассматривать деревья, желая сменить тему. К счастью, появившийся в скором времени блондин избавил меня от болтовни. Сосредоточившись, Марк попросил нас отойти в сторону и, дождавшись выполнения приказа, приложил ладонь к железной поверхности. Прикрыв глаза, он тихо зашептал:
— …они гуляли с ним по аллее, первый раз за долгие зимние месяцы. Девушка не обращала на мальчика никакого внимания, увлеченная рассказами своего парня. Желая уединиться, они нырнули в заросли парка, оставив ребенка одного сидеть на скамейке. Мальчик не послушался и решил пойти следом. Чем занималась его няня со своим парнем, он так и не понял, но решил подождать в сторонке, пока они прекратят. Наткнувшись взглядом на маленький домик, он решил посмотреть, что находится внутри. Кое-как открыв дверь, зашел. Сделав пару шагов, ребенок свалился с лестницы и потерял сознание. Когда няня и парень нашли малыша, то решили, что он умер, и испугались. Даже не проверили… Мальчика заперли здесь, обрекая на неминуемую гибель.
— Чего он хочет? — ровным голосом поинтересовался Кирилл.
Как только слова слетели с губ, на двери стали проступать ржавые буквы. Марк только и успел отдернуть руку, прочитав надпись вслух:
— Возмездия!
Почувствовав холодное прикосновение к своей руке, я медленно посмотрела вниз и чуть не заорала от ужаса. Рядом стоял все тот же ребенок, только теперь он был похож на мумию, с темными провалами вместо глаз и со свисающими клочьями кожи. Синюшные губы беззвучно шептали: «Убей… Убей… Убей», а костлявый палец указывал куда-то в сторону многоэтажек.
— Нэл, ты его видишь? — заметив мое побелевшее лицо, спросил Кирилл.
— Да… И очень жалею об этом. Что нам делать?
— Упокаивать, — друг решительно шагнул в сторону двери, выуживая из кармана пачку соли и уже знакомую монетку.
Не успел он сделать и пары шагов, как я почувствовала боль. Призрак, скалил зубы и сжимал кисть с такой силой, что казалось странным, как он её еще не раздробил. Последующий шаг Кирилла привел к усилению хватки. С болезненным стоном я упала на колени, пытаясь вырвать покалеченную руку из захвата маленького чудовища.
— Нэлли! — Кирилл попытался подойти ко мне, но наткнулся на невидимый барьер, отбросивший его в сторону.
— Чего ты хочешь от меня? — голос получился жалким.
— Убей… убей… убей…
— Ты хочешь отомстить няне?
— Убей её… Убей…
— Хорошо, только отпусти меня.
Мальчик растянул губы в зловещей улыбке и растворился в воздухе. Прижав к груди покалеченную руку, я огляделась и, не увидев призрака, кивнула Киру. Без промедления он кинулся к дверям, но его снова отбросило в сторону, а меня приподняло над землей. Я чувствовала в волосах пальцы приведения, вдыхала противный запах гниения, и слышала непрекращающееся «Убей!», только вот сделать ничего не могла.