Кирилл вновь замолчал, и по тусклому бессмысленному взгляду, направленному в потолок, я поняла, что он до сих пор остро переживает те дни. Взяв графин со стола, я вылила остатки «огненной воды» в его бокал. Кир тут же сделал несколько глотков, глубоко вдохнул и продолжил.
— Я нашел его. Выследил. И убил. Попытался вычеркнуть из своей памяти, будто никогда и не было всего этого. Но через пару дней у меня начались кошмары. Эта тварь даже после смерти не хотела оставлять нас в покое. Тогда-то и проявился мой дар. Я развеял сущность, а затем на меня вышли Марк и Даниил. Так я и стал хантером. Как видишь, ничего интересного.
— Что именно тебя гложет? Убийство человека? Или то, что не смог защитить мать?
— Не хочу отвечать на этот вопрос. И не хочу, чтобы ты думала обо мне плохо.
— Кир, не надо отвечать мне. Ответь себе и отпусти. Прошлое должно оставаться в прошлом.
— Всё прошлое? — тихо спросила моя первая любовь, подняв на меня потемневшие глаза.
— Всё, — кивнула я, но он, кажется, даже не услышал.
Уронив бокал на пол, Кир перетянул меня к себе на колени и поцеловал. Жадно, горячо, словно пытаясь найти спасение в физической близости. Я не сопротивлялась, мягко касаясь напряжённых плеч, массируя затылок и стараясь передать хотя бы часть своей нежности. Постепенно поцелуй стал более мягким, ласкающим. Мозолистая ладонь скользнула по шее, откидывая назад волосы, и следом за ней влажную дорожку прочертили твердые губы.
Я надеялась, что тело забыло его прикосновения. Но нет…
Отчетливо помнила дурманящий голову запах. Откликалась на волнующие поцелуи. Думала, что смогла заглушить свои чувства и отпустить. Глупая… Сейчас они всколыхнулись вновь, грустно напоминая о том, как это могло быть, но не случилось…
— Прости меня, Нэл, — прошептал Кир между короткими поцелуями. — Прости, что оставил тебя. Прости, что не вернулся. Я не хотел, чтобы у тебя была такая жизнь. Состоящая из страха и боли, без уверенности в завтрашнем дне. Но ты появилась сама. Буквально ворвалась, согревая мое не успевшее остыть сердце. Я не могу, не хочу снова привязывать тебя к себе. Да и сам не хочу привязываться! Но и без тебя не справлюсь… Мой лучик света. Мой маленький Ежик…
Постепенно голос становился все тише, пока Кирилл окончательно не отключился, прижимая меня к себе. Постаравшись успокоить дыхание, я поднялась с коленей друга и собралась было искать плед и подушку, как неожиданно дверь открылась и в нее залетели нужные спальные принадлежности. Они заботливо укутали Кира, так что он даже не дернулся.
— Спасибо, домовой, — догадалась я чьих рук это дело. — А от похмелья можешь что-нибудь раздобыть? Чтобы кое-кто потом не страдал головой.
На столике появился стакан с водой и пачка таблеток. Теперь я была спокойна.
Притворив за собой дверь, я беспомощным взглядом обвела пустой коридор, даже не представляя, что делать дальше. Хотелось отвлечься от всего: от мыслей, желаний, от чувств. Подавить в себе жалость и принять правильное решение. Мне виделся единственно верный путь — никаких отношений! Ни с Киром, ни с Марком. Кир должен был остаться в прошлом, а Марк — в несбыточном будущем. Я же была здесь и сейчас: свободная, самостоятельная, сильная.
Но сию минуту этой сильной почему-то очень хотелось плакать, а значит, надо действовать. Воспользовавшись советом лучших американских мелодрам, я решила съездить за покупками. К тому же я давно не обновляла свой гардероб. Осталось найти Даниила и уломать составить компанию, поскольку у меня не было машины. Да и голова кружилась от выпитого… Или во всем были виноваты поцелуи Кира? В любом случае, за руль нельзя, а в шаговой доступности тут не только магазинов не было, но даже жилых домов. И я сильно сомневалась, что меня найдет хотя бы одно такси! Поэтому выходило, что моим спасителем должен был стать Нил.
Наш шоколадный мальчик обнаружился на кухне за поеданием мороженного. Оно пестрело таким количеством разноцветных сиропов, что у меня все слипалось от одного только взгляда на него.
— Будешь?
— Нет, спасибо. Даниил, солнышко, у меня к тебе предложение!