Конечно, Саша радовался за друга. И знал, что ему безумно нравятся самолёты, из-за этого он поступает в лётное. Знал, но не говорил Андрею, что Лена из параллельного класса, в него влюблена. Он ей попытался объяснить, мол будет поступать, и как дальше пойдет, никто даже не догадывается. А морочить голову Ленке просто так, ради чего, обещать то, что не сможет выполнить, он не мог. Так он рассуждал.
И вот на горизонте показался самолёт, сначала маленький, словно игрушка из детства. Но с приближением увеличивался не только он, но и шум двигателя.
Прыжки осуществлялись со старенького самолёта Ан-2, выкрашенного в темно зелёный цвет. В народе его называют «Кукурузник», а здесь в аэроклубе, швейная машинка.
- Почему швейная машинка! – спросила Света.
- Немного терпения и сами всё узнаете, – был ответ инструктора.
И они не только узнали, но и увидели, и ощутили.
На борту, около двери, на уровне пола, была надпись: «ЗИНГЕР».
Тут, во время ожидания самолёта, у Андрея началась та самая предстартовая лихорадка, которую он так любил, но сейчас он её ненавидел. Причиной были девчонки в их группе, его предстартовое волнение могли расценить как трусость. Его, как, всегда перед началом старта стало знобить, выкручивать, ноги заходили ходуном, «спасибо, что ещё не тошнит» думал Андрей. Если бы это происходило на стадионе или на треке, то он, как, всегда делал бы разминку. Но тут, скованный ранцем парашюта, он этого делать не мог, и обратившись к Александру сказал:
- Если я откажусь прыгать, то ты мне пообещай, что будешь меня ругать словами, какими захочешь. Я даже разрешаю съездить мне по физиономии. Но ты должен меня выкинуть из этого самолёта!
Саша, даже не колеблясь ответил:
- Конечно, я тебя выкину.
Но тут же задумался сам: «если я побоюсь прыгнуть, кто меня выкидывать будет». Сразу подошёл к инструктору точно с такой же просьбой. На что тот ему сразу дал чёткий ответ:
– Ты прыгнешь сам, я тебе это гарантирую, - и посмотрев в сторону Андрея - а вот он, слишком большой и не слабо его трусит.
- Этого я беру на себя! - был ответ Александра, ведь он не знал, что всё пройдет, как только Андрей подойдёт к стартовой черте.
А наш инструктор, как бы желая успокоить народ, выдал ещё одну шутку:
- Ну вот, прилетела швейная машинка, правда она еле летает, но ничего, вас поднимет.
Все как один переглянулись, у всех глаза были, как у раков, на выкате. Он, как ни в чём не бывало продолжает:
- А что вы переживаете, вы же с парашютами. Выпрыгивать будете кто куда пролезет.
Девчонки вообще потухли, если они только знали, что их ждёт в самолёте, то явно из них никто не прыгнула бы.
Все дружной командой поднялись в самолёт, внутри он оказался ещё хуже, чем снаружи. Абсолютно весь из алюминия, кресла с какими-то большими отверстиями, всё в нем громыхало, двигатель так шумел, что разговаривать было просто невозможно. Самолёт стал разгоняться, в какой-то момент оторвавшись от земли, снова с грохотом ударился о неё. Все ахнули. Его ещё пару раз тряхнуло, и вот он, оторвавшись, начал набирать высоту. Все были заняты своим мыслями и почему-то многие были бледными. А нашего друга, прыгающего первым, предстартовая лихорадка так и не отпускала, ноги не слушались. Он поставил локти на колени, всем своим весом прижимал их к полу, но ноги всё равно отбивали чечётку. Андрею было стыдно смотреть ребятам в глаза, он боялся увидеть в них упрёк и обвинения в трусости.
Да что говорить, ведь он, как, впрочем, и его друзья, будут делать, то, что ещё не делали в своей жизни, вот и немного боялся.
Прозвучала сирена, все как один вздрогнули. От этого звука мурашки пробежали по всему телу, кто-то даже зачесался. Инструктор махнул рукой в сторону Андрея, тем самым, дав ему понять, что его очередь прыгать. Андрей встал, как на ватных, немного подкашивающих ногах, подошёл к краю открытой двери. Поставил ногу на резиновый коврик и в миг преобразился. Пришла уверенность, страх улетучился, взгляд стал ясным и сосредоточенным. Андрей не смотрел вниз, это было ему совсем неинтересно. В эти мгновения он просто любовался бескрайним небом, наслаждался шумом ветра, проникавшим в салон самолёта. Удар по плечу и возглас инструктора над самым ухом «Пошёл!» означало только одно – надо прыгать. И Андрей рванулся, буквально вырвался из самолёта в это неизведанное им, неизвестное для него, небо. И всё … Сознание включилось в тот момент, когда его что-то дёрнуло - он поднял голову и увидел над собой белый большой купол парашюта. Восторгу не было предела он радовался, что всё получилось. Андрей даже представить себе не мог, что он такой огромный. Оглянувшись по сторонам, он как запрограммированный, крикнул: «Запаска!». Этот крик означал только одно – отстегнуть чеку с запасного парашюта. Механизм открытия запасного парашюта сработает при достижении высоты в 300 метров от земли. Андрей крикнул это три раза и осознал, что сам это ещё не сделал. Отстегнув чеку и немного успокоившись, Андрей начал осмотр. Но что-то было не то. Присутствовало неудобство и это было между ног. Ноги его были расставлены в стороны. Он попытался соединить их, но это было уже невозможно. Боль пронзала всё тело. Осмотревшись, он понял, что ножные обхваты или просто лямки вокруг каждого бедра были не затянуты и врезались ему между ног. Раздвинув ноги в стороны ослабив тем самым боль, он принялся раздумывать. Как это исправить? Да, на тренировках они все находились на точно таких же лямках парашюта и там была опорная лямка или просто поджопник. А где здесь это? Андрей стал искать на ощупь его у себя за спиной, но всё, что ему попадало было не то. Нащупав что-то похожее, он начал тянуть его вниз, а сам в этот момент должен подниматься верх. Но этого не происходило, что-то начало трещать и тянуть его вниз. Значит, это не то, и это находится ещё выше. Андрей осознавал, что с каждой пройденной секундой земля приближается, время у него ещё есть. Но оно как песочные часы, как вода из ладони неумолимо уходит. И он ещё не готов к встрече с ней. Да, Андрей понимал страшного не произойдет, парашют то открылся, а вот приземление будет неправильным, и это мягко сказано. Ведь он может просто сломать ногу при жестком приземлении. А ведь ногу он уже ломал два года назад и ощущения было не из приятных. Андрей стал в голове перебирать другие варианты