Террариумов в помещении было очень много. Они стояли рядами вдоль стен лаборатории, нависали в несколько ярусов друг над другом. Профессор Клебин обожал пауков. Некоторых из его подопечных Алина раньше видела только в специальных энциклопедиях.
Клебин позволил ей принести сюда и своих питомцев. Голиаф и Друзилла обитали в отдельном террариуме, и им явно нравилось новое место жительства. Другие любимцы Алины также переехали в лабораторию, и осчастливленная Валентина наконец-то перестала изводить Алину, требуя избавить дом от «этой гнусности».
Алина закончила мыть керамическую посуду для химических опытов и убрала ее в специальную печь, чтобы плошки поскорее просохли.
На экране закрепленного в углу под потолком телевизора передавали вечерние новости. Алина слушала их вполуха, не вникая в смысл сказанного. Но один репортаж все-таки привлек ее внимание. Алина даже бросила работать.
— Новости шестого канала, — протараторила симпатичная журналистка, которую, судя по титрам, звали Лидией Белохвостиковой. — Я веду свой репортаж от модного бутика «Грация», пострадавшего этой ночью от рук злоумышленников.
На экране возникла разбитая витрина магазина, за которой виднелись перевернутые вешалки с одеждой и сломанные манекены.
— Группа молодых людей пыталась сегодня вечером ограбить бутик, но их попытка потерпела неудачу, — вещала Белохвостикова. — Что же им помешало? Сигнализация? Бдительная охрана? Вовсе нет! Оборотень! Человекозверь, обросший шерстью! Кошмарный монстр, передвигающийся на двух ногах! Именно так уверяют перепуганные горе-грабители! А что же думают по этому поводу блюстители порядка?
В кадре появился суровый мужчина в форме.
— Лично я думаю, что им не помешало бы пройти осмотр у психиатра, — хмуро сказал он.
Алина взяла пульт и отключила звук.
— Какая глупость, — произнесла она. — Они сами-то верят в то, о чем говорят?
Девочка убрала стойки с пробирками, разобрала бумаги и сложила их аккуратными стопками, выключила все еще работающие приборы. Осталось спрятать под замок пластиковый поднос, на котором стояли бутыли с сильнодействующими ядовитыми веществами. Алина оглянулась на сейф Клебина. Он был заперт. Тогда она пристроила поднос на стеллаж у фонтана. Главное, не забыть про это, когда придет профессор!
В лабораторию заглянул невысокий пожилой мужчина. Алина уже видела его раньше. Виктор Ларионов работал ассистентом у доктора Грекова. Угрюмый неразговорчивый тип с невыразительным лицом и жиденькими волосами.
Ларионов обвел взглядом лабораторию и только тут заметил Алину.
— А Клебина нет? — спросил он.
— Профессор еще не появлялся.
— Доставили почту. — Ларионов положил на стол толстый научный журнал. — Здесь опубликована статья профессора; он просил отдать ему журнал, как только его пришлют.
— Хорошо, я передам ему, — сказала Алина.
Ларионов молча кивнул и скрылся за дверью.
Алина с интересом принялась листать журнал. Ей было хорошо знакомо это издание, она часто брала его в городской библиотеке.
Так профессор еще и успевает писать для научных журналов, восхитилась Алина. Он просто умница! Интересно, о чем статья?
Наконец Алина дошла до статьи профессора Клебина. В верхнем углу страницы крупными буквами красовалась его фамилия, сам материал занимал несколько листов.
Алина начала читать.
И похолодела.
Она узнала свой реферат о феромонах! Письменную работу, над которой она трудилась несколько месяцев, проводя опыты в подвале. Текст слегка подправили, приукрасили, добавили научных терминов, но все же это был ее текст!
Клебин опубликовал его под своей фамилией. После статьи шли хвалебные отзывы в адрес профессора. Отзывы, полагающиеся ей!
Алина просто задохнулась от обиды и злости.
И тут в лабораторию вошел улыбающийся Клебин. Алина гневно уставилась на него.
— Как вы могли?! — воскликнула она.
— Как я мог что? — не понял Клебин.
Алина бросила ему журнал.
Клебин поймал его на лету и взглянул на свою фотографию.
— Ах, это, — спокойно произнес он. — Неплохо вышло, не правда ли?
— Вы… вы… вы… — Алина просто слов не находила от злости. — Вы украли мои исследования! Вы присвоили себе чужую работу!
Он и не думал ничего отрицать.
— Незачем так кричать, дорогуша! Все равно ты не сможешь ничего доказать!
Алина задохнулась от возмущения.