— Понятия не имею.
— Ты брился! — восторженно воскликнула она.
Никита смущенно кивнул.
— Значит, мой подарок пригодился! Я так рада! Ты становишься настоящим мужчиной, Никитос. Твоя блондиночка просто с ума сойдет!
Никита поперхнулся кофе.
— Какая блондиночка?! — выдавил он.
Марина поняла, что проболталась, и уткнулась носом в блокнот.
— Я так и знал! — взвился Никита. — Теперь понятно, откуда ветер дует! Ты все-таки подглядывала в киноцентре!
— Ну да, — сокрушенно призналась Марина. — Ты же меня знаешь! Я бы умерла от любопытства, если бы не увидела ее. А она ничего, красивая. Как, говоришь, ее зовут?
— Никак не говорю! — буркнул Никита. — Умирай дальше!
— Ах так? Тогда я не покажу тебе фоторобот оборотня, сделанный со слов тех арестованных парней.
Никита удивленно на нее уставился.
— Нет у тебя никакого фоторобота! — заявил он. — Ты блефуешь!
— Есть! Мне Андрей копию дал.
Никита призадумался. Взглянуть на фоторобот, конечно, хотелось.
— Покажи, — попросил он.
— Сначала имя.
— Попахивает шантажом!
— Я бы даже сказала — воняет!
— Ладно! Ее зовут Оля.
— На! — Марина протянула ему рисунок.
На листке был изображен покрытый черной, торчащей во все стороны шерстью монстр, который скалил длинные острые клыки. Правду говорят, что у страха глаза велики. Никиту в этом чудовище точно никто не узнает.
— Жуть какая, — сказал он, отдавая сестре рисунок. — И ты в это веришь?
— Не каждый грабитель магазина способен такое сочинить.
— Так их обвиняют в попытке ограбления? — забеспокоился Никита.
Он ведь хотел только попугать хулиганов. В его планы не входило сажать их за решетку.
— Это Белохвостикова в своем репортаже раззвонила. Но на самом деле их скоро отпустят. Камеры наблюдения, установленные в магазине, зафиксировали, что того молодчика на самом деле кто-то зашвырнул в витрину.
Марина заглянула в свой блокнот и нахмурилась.
— Так! — твердо сказала она. — А почему у меня здесь написано «воняет»? Я тут пытаюсь статью написать, а ты мне мешаешь. Я уже несколько ошибок из-за тебя сделала! Доедай свой завтрак и вали отсюда!
— Да ладно! — протянул Никита.
Но из кухни постарался убраться как можно быстрее, — сестра была страшна в гневе. Покидав учебники в рюкзак, Никита отправился в школу. Небо над Санкт-Эринбургом затягивали тяжелые серые тучи. Из-за высотных зданий на некоторые улицы мегаполиса никогда не проникал солнечный свет, а сейчас там и вовсе царил полумрак.
Идти пешком был непривычно. Никита собирался зайти в супермаркет к отцу и выклянчить у него новый скейтборд еще вчера после уроков. Но когда уроки кончились, он встретился с Ольгой и начисто позабыл обо всем.
В последнее время он только об Ольге и думал. И почему он раньше ей во всем не признался? Столько времени потеряно зря. Странно, но он решился рассказать ей о своих чувствах лишь после трансформации. Выходит, происходящее прибавило ему наглости? Нет, скорее, уверенности в себе.
Ольга ждала его у входа в парк. Дальше они пошли вместе.
— Ты хорошо пахнешь, — сообщила она с улыбкой. — Брился?
— Э-э-э, — протянул Никита. — Да.
— Просто у моего отца такой же лосьон.
— Ты давно с ним говорила? — спросил Никита.
— Он звонил вчера. Сказал, что задержится еще, насколько — неизвестно.
— Надеюсь, ты скоро его увидишь.
— Хотелось бы, — вздохнула Ольга.
У самых ворот школы их догнал запыхавшийся Артем Бирюков. Он выглядел очень возбужденным. Глаза горели, волосы стояли дыбом, даже очки сидели на носу как-то криво.
— Видели уже?! — крикнул он, размахивая какой-то сложенной бумагой. — Моя статья! В новой газете! Ее вчера опубликовали!
Он тряс перед ними первым выпуском школьной газеты «Прожектор».
— Ну и название! — хмыкнул Никита.
— Это Оксана придумала!
— Поздравляю с первой статьей, — улыбнулась Ольга. — Дашь почитать?
— Бери. — Артем протянул ей газету. — У меня еще три экземпляра имеется!
Ольга убрала «Прожектор» в сумку. Тут ее окликнула одна из девочек, стоявших стайкой у входа в школу.
— Ну ладно, — сказала она. — Пойду к девчонкам. Увидимся после уроков?
— Обязательно, — произнес Никита. — Я подожду тебя на школьном стадионе.
Ольга помахала рукой и направилась к подругам.
Никита проследил за ней мечтательным взглядом. Потом, спохватившись, повернулся к Артему:
— Так ты теперь у нас почти профессиональный журналист?