-- Итак, пока можно с уверенность сказать, что съёмка велась примерно из этой области, но разброс по радиусу метров сто. Это много. По идее, провести бы следственный эксперимент с фотоаппаратом, но времени уже нет. Тут пятачок автостоянки, там Гостиный и ГУМ. Так что пока что идём по окружным камерам, остальные ФСОшные на столбах, к ним потом. Давай, я в Гостиный, ты к Торговым рядам. Вот тебе флешка, на этот раз побольше. Будь на связи.
Горчаков и Алексеенко разбрелись в разные стороны. Через полчаса Горчаков вернулся на место и стал ожидать капитана, который появился гораздо позже.
-- Давно стоишь? -- спросил Григорий с явно радостным видом неся в руках флешку, словно талисман.
-- Час уж стою.
-- Ого, а что так? Нет улова?
-- Пусто, ага. У тех камера не включена, у других не туда направлена, а в той конторе вообще никого. Что у тебя?
-- Есть, с двух камер. Что уж там получилось, узнаем в отделе. Ну что, давай дальше. -- капитан набрал номер. -- Владимир Андреевич? Здравствуйте, это капитан ФСБ Алексеенко, да, я звонил сегодня. Да, насчёт камер. Можно забрать? Хорошо, мы подъедем сейчас, спасибо. -- капитан убрал мобильный. -- Ну вот, для нас уж всё приготовили. И нас ждут не в головном офисе, а тут, в Кремле. -- капитан заулыбался, словно это доставляло ему особое удовольствие или в этом была лично его заслуга.
-- Хм... А я ж никогда не был в Кремле. Даже на экскурсии.
-- Ну вот как раз и погостишь. Погнали, тут недалеко. И быстро обратно, у нас мало времени, желательно сегодня уже просмотреть видео.
Горчаков и Алексеенко двинулись в сторону Красной площади, и ускорили шаг.
Предъявив документы, напарники вошли на территорию Кремля через туристический вход. Уже на входе их встретил сотрудник ФСО и повёл за собой в отделение службы охраны. С начальником службы безопасности по центральному округу разговаривал в основном Алексеенко, попутно, и как обычно, пытаясь узнать местные сплетни, но чуя пронырливость капитана начальник отвечал холодно и уклончиво.
-- Вот, пожалуйста, ваш жесткий диск, перекинули, что могли. И даже с других камер, которые были направлены на другие точки.
-- Отлично, вот спасибо! Вообще, знаете, такое-то место, а так мало камер. Мы с майором хвать туда, хвать сюда -- и раз-два, да обчёлся! Слепых зон вокруг самого главного, самого охраняемого объекта страны пруд-пруди. Представляете, что это значит? Надо больше камер.
-- Мы работаем над этим. Да, надо больше камер. -- сухо ответил начальник.
-- Ну ладно, спасибо, доброй службы!
-- Я провожу вас.
Все трое вышли и неспешно направились к выходу. С того момента, как вошли на территорию Кремля, Горчаков словно выпал из рабочего потока и растёкся вниманием по старинным стенам самого сердца страны, которой он служил и присягал на верность. Анатолий чувствовал себя ребёнком попавший в Диснейленд, о котором столько слышал и столько видел на картинках, и вот, наконец-то он там. Как ни странно, внутренние виды Кремля не показались ему чем-то грандиозным и величественным, а наоборот, вполне уютным, старинно-домашним и одновременно каким-то утилитарным. Но тем не менее, здесь всё приковывало его внимание, и Горчаков наслаждался простым созерцанием чего-то нового и одновременно близкого. Глядя на эти стены, он не мог не подумать о том, что было бы, если именно здесь сделать эти одиннадцать снимков и запустить их в злосчастную программу? Что открыли бы эти стены, о чём бы поведали? Может быть, они раскрыли тайны заговоров и дворцовых переворотов? Может, приоткрыли тайны будущего, открыли бы лица новых хозяев страны? Нет, так программа не действовала, и Горчаков это уже понимал. Если здесь развернуть фотообъективы и нацелить их на место, пропитанное историей власти, показали бы они то, что показали на кремлёвской стене? Не факт, совсем не факт.. Пока майор ушёл в свои грёзы, он не заметил, как оказался около выхода.
-- Всего доброго, до свидания! -- начальник пожал руку капитану. -- До свидания, товарищ майор!
-- А, да, до свидания... -- Анатолий, словно очнувшись, протянул руку начальнику и тут же услышал вопрос:
-- Всё-таки, раз уж вы тут, могу я поинтересоваться у лиц, непосредственно связанных с этим -- насколько можно относиться к этому серьёзно?
-- К чему? -- спросил Горчаков.
-- К художеству этому, конечно. Вы же им занимаетесь? А то, сами понимаете, у нас тут все напряглись и усилили охрану. Это правда, что за этим стоит какая-то террористическая группа либералов, которые делают такие вбросы, а потом подстраивают преступления?
-- Террористическая? Либералов? Что?.. Ах нет, вряд ли... -- Горчаков замялся. -- Думаю, вам не стоит на этот раз сильно беспокоится, просто примите все необходимые меры безопасности. Не думаю, что это настолько опасно... как это рисуют.
-- Ну что ж, чуть успокоили. Спасибо, товарищ следователь, всего доброго!
-- Всего доброго.
Сотрудники ФСБ двинулись обратно к машине.
Несколько человек сидели за столом в кабинете информационного отдела уставившись в мониторы, и каждый из них внимательно всматривался на дёргающуюся перед глазами картинку. Картинка была статичной, но одновременно в ней ощущалось движение, которое создавали проходившие люди и машины. Каждый кликал мышкой на стрелку перемотки и обратно, внимательно всматриваясь в мельчайшие детали на экране.
-- Эй, Затейкин, не то глядишь! -- крикнул капитан рядом сидящему старшему лейтенанту. -- Это моя часть, ты свою уже просмотрел, лучше глянь вот с этой камеры, следующий файл.
-- Ок, понял...
-- Анатолий Юрьевич, а это тоже глядеть? -- сказала Юлия, показывая на другое изображение.
-- И это тоже. Всё глядеть. Детали подмечаем, и если что приметное, пожалуйста, не забывайте, ставьте маркер времени, чтобы потом лишний раз не искать.
Группа снова погрузилась в тишину и напряжённо наблюдала за происходящим, а вернее, за не происходящем на своих экранах. В кабинете стояла почти полная тишина, за исключением посапывания, похрипывания, клацкания клавиатур и кнопок мыши. Через полтора часа лейтенант Ницман встал.
-- Я всё.
-- И я тоже. -- добавил сотрудник Егоров.
-- Так понимаю, у всех всё. -- сказал майор и оглядел присутствующих. -- Ну что, давайте к отмеченному.
-- Вот, у меня, несколько пунктов... -- Юлия указала на экран, вошла в меню видеоплеера и быстро перепрыгнула на отмеченные маркеры. Все прильнули к монитору.
-- Нет, не то. -- сказал Горчаков внимательно отсмотрел фрагменты. -- Вот та последняя, вообще уже после событий. Тут человек просто стоит, и это не камера у него в руке, явно что-то другое.
-- Тубус какой-то?
-- Нда, возможно... -- Горчаков увеличил изображение. -- точно, не то. Григорий, что у тебя?
-- Пусто. Совсем.
-- Андрей?
-- Вот, Анатолий Юрьевич, гляньте...
Все снова впились глазами в монитор, но через какое-то время отпрянули назад.
-- Нет. -- тихо сказал Анатолий. -- совсем не то... Так что в итоге? Во время предполагаемого преступления на предполагаемом месте -- никого?
-- Товарищ следователь, может, всё же с другого места? -- робко спросила Юлия.
-- Исключено. Плюс-минус 50 метров. Здесь обзор хороший. Ладно, не буду более никого задерживать, всем спасибо, все свободны, возвращайтесь к делам. Капитан, пошли.
Захватив пиджаки и usb-накопители, они вышли из офиса информационной службы. Быстро пробежав по коридорам, Горчаков и Алексеенко оказались в кабинете Анатолия.
-- У меня уже нервы сдают, Толя... ничего. Не может быть такого, нутром чую! Тварь эта хорошо шифруется, точно говорю!
Горчаков быстро открыл ноутбук, включил и подсоединил накопитель. На экране снова замелькали картинки.
-- Машины. Глянь. Целый ряд машин. Приезжают, уезжают. А скажи, капитан, а зачем фотографу вообще стоять на видном месте, ставить штатив, настраиваться, стоять, палится? А? Не проще ли... это сделать, находясь в авто?
-- Ох ты, ну теория, да! -- капитан всплеснул руками. -- Может и проще, только что нам от этого? Ну, допустим, вот, глянь какая вереница тачек и все меняются. Стёкла тёмные у всех, камера далеко -- много ли шансов узнать, какая из них? Если даже...
-- Это точно. Но тем не менее -- фотограф был здесь, на этом месте, и мы не могли его просмотреть! Не человек же он невидимка.