Уэндовер с нарастающим ужасом выслушивал речь инспектора. Он отвергал мысль о том, что Эллардайс мог приложить руку к смерти тех трех человек. Для Уэндовера это было слишком фантастично. Тем не менее, когда улики были выстроены в должном порядке, выглядело все просто ужасно, и отрицать это не имело смысла. Если Камлет будет распространяться о своих подозрениях, то многие поверят ему, ведь «что-то в этом есть, даже если инспектор и не может ничего доказать». А способность врача добывать себе пропитание зависит от его репутации, и круговорот подобных сплетен способен уничтожить его практику раз и навсегда. Это было опасно.
– Ваши слова звучат очень убедительно, инспектор, – поразмыслив, сказал старший констебль. – Прежде чем определиться, я бы хотел проверить пару пунктов. Уэндовер, не возражаете, если я воспользуюсь вашим телефоном?
Он встал, заглянул в телефонную книгу, набрал номер и начал говорить. Слушая разговор, Уэндовер предположил, что сэр Клинтон намеренно повторяет фразы собеседника.
– Это сэр Клинтон Дриффильд. Мне нужно поговорить с мисс Стэнуэй, если это возможно… Спасибо… Мисс Стэнуэй, это вы? Я бы хотел задать вам вопрос-другой, если можно… Вы помните, как во время ужина, перед смертью мистера Энтони Гейнфорда, доктор Эллардайс подымался за капсулами амилнитрита для Дерека Гейнфорда? … А сразу же после ужина вы сами подымались за сумочкой, которую вы забыли наверху? … Я думаю, ваш визит наверх был намного позже, чем доктора Эллардайса. Можете сказать, насколько позже? … Минут двадцать или полчаса? … Не можете сказать точнее? … Ну, конечно, никто не примечает таких вещей. Скажем, как минимум двадцать минут? … Хорошо. Теперь другой момент. Думаю, вы знаете дом. Вы не помните, были ли открыты двери какой-нибудь из спален, когда вы подымались за сумочкой? … Дверь мистера Фельдена была распахнута, а мистера Энтони Гейнфорда приоткрыта? А остальные закрыты? … Спасибо. А когда вы подымались, заметили ли вы что-нибудь необычное? … Ничего? Запах приготовления пищи, например? Или чего-то горелого? Или газа? … Ничего такого? Спасибо. Этого вполне достаточно. Нет, больше я вас не побеспокою. Это не важно. Мы просто собираем факты, на случай, если во время дознания возникнут вопросы… Да, спасибо.
Сэр Клинтон повесил трубку и обернулся к инспектору.
– Вы слышали? Мисс Стэнуэй не слышала запах газа. Дверь Гейнфорда была открыта, а мисс Стэнуэй подымалась спустя полчаса после Эллардайса. И если бы Эллардайс открыл вентиль, то в комнате уже скопилось бы достаточно газа, и какая-то его часть попала бы и в коридор. Инспектор, боюсь, это говорит против вашей гипотезы. Но попытаемся снова. Электричество отключили в 10:57 – в это время остановились часы в спальне Гейнфорда. Примерно в это же время на Хамслер-роуд упала бомба. Газопровод и электросеть часто проходят рядом. Обратимся в газовую компанию. На дежурстве должен быть кто-то, связанный с ремонтными работами.
Он вернулся к телефону и набрал еще один номер.
– Это старший констебль. Соедините меня с ремонтным отделом? Спасибо… Ремонтный отдел? Это старший констебль. Можете рассказать, были ли у вас какие-либо проблемы 29 июня на Хамслер-роуд? Там упала бомба… О! Газопровод был поврежден? … Можете сказать, как долго не было газа? … С одиннадцати вечера до четверти девятого утра? Спасибо. Полагаю, вы ведете учет подобных происшествий? … Да, большое спасибо.
Он снова повесил трубку и обернулся к инспектору.
– Боюсь, ничего не выходит, – с сочувствием сказал он. – Понимаете, инспектор, мисс Стэнуэй не заметила утечки газа, хотя, по вашей гипотезе, вентиль был открыт за полчаса до того, как она поднялась. Значит, вентиль не был открыт во время ужина. А если он был открыт после одиннадцати, то к тому времени газа в трубах уже не было – из-за взрыва бомбы на Хамслер-роуд. Кстати, вы были на кухне в том доме? Я так понимаю, что газовой плиты у них нет, и они готовят на печи?
– Это так, сэр. Вы имеете в виду, что, проснувшись утром, миссис Доггет не заметила, что нет газа?
– Точно.
Инспектор был озадачен и не скрывал этого.
– Ну, я ничего не понимаю, сэр! Человек умер, отравившись газом, в то время как газа не было! Странное дело!