Вадим, пока рассказывает, смотрит в темноту – туда, же, куда и я минуту назад. Потом, вдруг очнувшись, наклоняется ко мне и произносит:
– Ань, я знаю ,что забегаю наперед, но скажу сейчас. Мне в ближайшие дни надо поехать в наш филиал в Амьен – это во Франции. Можем съездить вместе, там немного другой товар. Мы держим там вещи, которые привозят со всей Франции, Италии и Испании. Раз уж ты приехала, почему бы тебе не взглянуть вживую? М? Поедешь?
Глава 13
Вот и как тут решить? Поехать-то я очень хочу. В Амьене я еще не была. Да и интересно посмотреть, что у них есть. Готова поспорить, что смогу уговорить Вадима показать что-нибудь такое, что они хранят для “особых” клиентов.
Но!
Есть такое чувство, что не пройдет эта поездка так просто для меня.
Поэтому, несмотря на его весьма привлекательное предложение я отвечаю:
– Знаешь, давай я поразмыслю, а ответ тебе скажу позже. Скажем завтра или послезавтра. Когда ты едешь?
– У тебя есть время до завтра. Послезавтра утром я выезжаю, – говорит Кавалеров, смотря в телефон – видимо, сверяясь со своим графиком.
Ну что ж, судя по всему, меня ждет непростая ночь.
– Ладно, Вадим, мне пора. Пообщаться было… интересно! – поднимаюсь и протягиваю руку. – До завтра!
– Интересно будет, если ты поедешь в Амьен, – один уголок губ приподнимается в лихой полуулыбке, а в глазах пляшут дьяволята. Обхватывает мягко мою руку, задерживая ее у себя в руке.
Вот и я про это подумала. Вырываю руку и шлепаю его по плечу с возмущенным возгласом.
– Я говорю о работе. Ну, знаешь, там, старинные тарелки, фарфоровые фигурки. Я про это. А ты про что?
Угу, угу, конечно. Про тарелки он. Как был подстрекателем, так и остался.
– Покажешь мне старинные обнаженные скульптуры, что ль? Чего я там не видела! Пока, Кавалеров!
Смеясь, разворачиваюсь и покидаю кафе, кивнув на прощание.
– Ань, а сколько мужчин у тебя было? – невинным голосом интересуется у меня Кавалеров, пристально следя за моей реакцией.
И все бы ничего, но за моей реакцией после этого вопроса, заданного достаточно громко, следят еще и все пассажиры троллейбуса, на котором мы возвращаемся из универа.
Та двадцатилетняя Аня ничего не могла придумать в ответ, только краснела, бледнела и молчала, укоризненно смотря на Кавалерова, ее лучшего друга. Вылетев из троллейбуса на ближайшей остановке, я распекала выскочившего в последний момент за мной Вадима:
– Зачем ты так? Неужели ты считаешь, что это смешно? – здесь я уже не могу сдерживаться и почти кричу на него.
– Ань, ну прости, я больше не буду! – просит он, делая жалостливые глаза и преданно смотря на меня.
Угу, не будет – знаю я его! Пройдет время, когда я уже не буду так бурно реагировать, и снова выдумает что-то эдакое, чтобы поставить меня неудобную ситуацию. Я, конечно, и сама знаю, что в компании, где больше трех человек, часто не знаю, как ответить на такие вот выпады – теряюсь и все тут. Но это же не повод учить меня таким вот образом!
Еще посмеиваюсь, поднимаясь на свой этаж и вспоминая тот случай. Остальные шуточки были попроще, но вот эта запомнилась, и сегодня ничего, кроме смеха и немного грусти от осознания того, какая я была забитая, не вызывали. Другая бы пошутила что-то в ответ, и вопрос сошел бы на нет. Я - та, двадцатилетняя, так не умела. Может, я и сейчас не была звездой тусовки, но уже точно бы не реагировала бы так бурно, а нашла, чем отбить выпад.
В номере, набирая ванну, набираю Кате:
– Привет, подруга! Нашла мне древность? – сходу спрашивает она, смеясь в трубку.
– Ты знаешь, может и не древность, но кое-что симпатичное я для тебя приметила у них в магазине.
– Сбрось фото! Сейчас, я подожду, – голос ее становится нетерпеливым, как у ребенка которому вот-вот должны дать его любимую конфету.
– Я не сфотала, но, думаю, тебе понравится, – смеюсь в ответ.
– Вот и какая из тебя подруга?
– Тем интереснее будет, когда ты вживую увидишь. Не стони, – все еще посмеиваюсь я в ответ на ее разочарованный стон. – Тут мне Кавалеров предлагает поехать с ним в Амьен в их филиал. Я, конечно, очень хочу, но и… – я задумываюсь, как это назвать, – боюсь немного.