К нам уже подходит женщина лет тридцати с небольшим в стильном платье и протягивает руку. Кавалеров кивает мне, и они отходят в сторону. Пока он занят беседой, прохожу в глубь помещения: я и без Кавалерова здесь осмотрюсь.
Огромное современное помещение заставлено многочисленной разнообразной мебелью от маленьких комодиков до массивных шкафов, украшенных искусной резьбой и латунными или бронзовыми креплениями. Бесчисленное количество люстр, бра, торшеров разного стиля и эпохи свисают с потолка или стоят на комодах, а порой даже на полу. И все это переливается в лучах солнца, попадающего в помещение через огромные окна-витрины, отбрасывая радужные блики на столовый и декоративный фарфор, заполняющий все свободные поверхности.
– Здравствуйте, вы, наверное, госпожа Ливанова? – слышу через минуту возле себя.
Мужчина лет сорока в джинсах и футболке поло немного склоняется в мою сторону и протягивает мне руку:
– Меня зовут Кристоф. Вадим говорил, что вы тоже приедете в нам. Хотите кофе? Или чаю?
И столько галантности в этом простом обращении. Вот за что люблю Бельгию и Францию – местные мужчины, наверное, с молоком матери впитывают умение общаться с женщинами, чтобы они себя чувствовали одно-единственной.
– Здравствуйте, Кристоф! И зовите меня Анной, – улыбаюсь вежливо в ответ и пожимаю протянутую руку.
– Хотите, я вам покажу все здесь, пока Вадим занят рабочими вопросами?
Глава 25
Пока Кавалеров занят накопившимися делами, Кристоф проводит мне настоящую экскурсию, и через час мы уже сидим в удобных креслах восемнадцатого века и общаемся как старые друзья. С ним действительно легко. Будто мы знакомы не час, а несколько лет.
– Я надеюсь, вы придете на нашу вечеринку, которая состоится завтра? – спрашивает между делом он.
– Непременно. Раскроете тайну? Много гостей ожидаете? – Кавалеров мне так и не сказал подробностей. Хотя, я и сама виновата: вместо того, чтобы спросить о них, устроила истерику.
– Скажу одно: в честь дня рождения будет организован аукцион нескольких занятных вещиц. Если, конечно, это вам интересно, – медленно и почти неслышно произносит он, наклоняясь ко мне, будто только что поведал страшную тайну, а в его глазах загорается хитрый блеск, а губы трогает чуть заметная улыбка.
Конечно, мне это интересно! И он прекрасно это знает.
В этот момент к нам подходит Кавалеров:
– Я вижу, Кристоф уже показал тебе здесь все, – чтобы не вышло неловко, Кавалеров обращается ко мне по-французски.
– Да. Более того, он рассказал мне ваш ужасный секрет, – бросая взгляд на Кристофа. – О вечеринке и аукционе. Расскажешь подробнее?
– Идем. Не только расскажу, но и покажу, – говорит, а затем поворачивается к Кристофу, – Спасибо, что провел Анне экскурсию!
Мы проходим в отдельное помещение, где выставлены все предметы, которые будут участвовать в аукционе и где заинтересованные могут осмотреть каждый предмет поближе до того, как начнутся торги.
На столиках на расстоянии друг от друга стоит их всего несколько, и каждый обозначен табличкой с номером лота. В помещении несколько человек: кто-то просто смотрит издалека, кто-то аккуратно берет предметы в руки, чтобы посмотреть со всех сторон, а есть и такие, кто рассматривает на них надписи с лупой. Я не спеша прохожу от одного предмета к другому. Вот огромные вазы-канделябры из кобальтового фарфора и бронзы, сделанные в конце девятнадцатого века. Дальше вижу маленькую пару, состоящую из блюдца и чашки, и на каждой черно-белое изображение кавалера и дамы. Рядом с ними табличка сообщает, что эта пара создана в период с 1736 по 1795 годы. Следующий лот – фарфоровые серьги и брошь в золотой оправе, украшенные витыми веточками из золота с россыпью бриллиантов. И, наконец, набор из пяти бронзовых скульптур, изображающих греческих Муз.
Кавалеров молча проходит рядом со мной от одной вещи к другой.
– Скажи, вы же у себя на сайте разместили информацию об этом аукционе? – интересуюсь у него, когда все пересмотрено и мы направляемся к выходу из этой комнаты.