Я чувствую его терпкий запах одеколона губами, собирая его с жесткой линии подбородка, прикусывая мочку уха и очерчивая твердую шею, которая впечатывается в мои губы едва я касаюсь ее языком. И, наконец, зарываюсь рукой в его волосы, чуть оттягиваю их назад и слышу тихий смешок. Вадим, видимо, тоже помнит мою маниакальную привычку тянуть за его чуть отросшие волосы. Его твердые мышцы плеча под моей рукой напрягаются так, будто сейчас порвут рукав.
Мне слишком хорошо сейчас – так, что я забываю о том, где и с кем. Хотя нет – то, что это именно руки Вадима мнут мое тело, и его губы запускают дорожку искр везде, где меня касаются, заставляет меня терять голову еще быстрее и прижиматься к нему еще отчаяннее.
Пока мертвую тишину кабинета не разрывает оглушающий звук телефона, разрушающий волшебство момента. Мне нужно почти полминуты, чтобы понять, что это звонит мой телефон. Смотрю, кто, и понимаю, что не могу не взять, потому что звонит мой босс. Он наверняка хочет поинтересоваться, как у меня идут дела в Амьене и что интересного мы можем здесь зацепить.
– Да, да, я слушаю, – голос мой осип, и первые слова еле слышны, поэтому я вынуждена повторить.
Голова Вадима утыкается мне в основание шеи, а руки все еще лежат на моей талии.
Я понимаю, что не закончу разговор так быстро, поэтому выбираюсь из сладкого плена рук и отхожу к окну, рассказывая ему то, чего он от меня ждет.
– Завтра вечером будет аукцион, выставляют несколько лотов, я сброшу ссылку – посмотрите, за какие из них мы будем торговаться, – быстро проговариваю в конце, кладу трубку и оборачиваюсь.
Вадим стоит спиной ко мне и его силуэт с засунутыми в карманы руками четко виден на фоне светлого окна. Подхожу ближе и кладу руку на плечо. Мышцы под моей рукой напрягаются.
– Ну и что это такое было? – Вадим разворачивается ко мне и я в полумраке вижу, как дергаются желваки на его лице.
– Это был мой босс. Ничего, я уже все ему сказала и…
– Аня, я не про звонок! – прерывает он меня бесцеремонно.
А затем протягивает руку, притягивает мою голову к себе и накрывает мои губы своими. И, когда я уже почти ничего не соображаю, говорит мне в губы:
– Я про это.
– Ну, это… поцелуй, – несмело отвечаю – кажется, мой мозг еще в отключке.
– Аня, я знаю, что это поцелуй, – втолковывает мне, как маленькой. – Это значит, дьяволица сменила гнев на милость? И теперь рабам вроде меня разрешается тебя целовать?
Глава 28
Поговорить нам так и не дали. Вадиму позвонили и он, быстро поцеловав меня, помчался решать вопросы подготовки завтрашнего вечера. Зная, насколько он ответственный в таких вопросах – если, конечно, за это время он не изменился – можно быть уверенной, что раньше вечера он не освободится. Это было прекрасная возможность, чтобы побродить по городу и посмотреть самые интересные его места.
Такси не пришлось долго ждать, а водитель оказался коренным жителем. И пока мы ехали до центра, он рассказывал мне историю некоторых зданий, мимо которых мы проезжали. И несмотря на то, что слушать его было очень интересно, мне больше удовольствия доставляло смотреть на его выражение лица, выражавшим такое воодушевление и любовь в тем местам, где он родился.
Он меня высадил в самом центре, почти рядом с известным амьенским собором, напоследок дав мне указания, куда мне дальше пройти и где свернуть, чтобы посмотреть и другие интересные места.
Путешествия всегда для меня были кладезем новой информации. Я из тех, кто из поездки к морю, где можно будет лежать на солнце и попивать коктейли, и поездки с экскурсионной программой, где можно будет потрогать руками древние камни или увидеть собственными глазами красивейшие места земного шара, всегда выберет камни и экскурсии. Даже тогда, когда я езжу в командировки, я всегда иду в город на собственную экскурсию. и, чаще всего, такие прогулки по городу наиболее увлекательные. Всегда можно, не ожидая того, набрести на что-то интересное – а там гугл в помощь. Или познакомиться вот с таким коренным жителем, влюбленным в свой город и его историю. Такой вариант – наиболее удачный. Ни один, даже самый лучший экскурсовод, с ним не сравнится.