Конечно, с учетом всего, что она позволяла, можно было и проигнорировать этот вопрос, но дело было даже не в минете. Для полноты ощущений мне хотелось знать, что она позволит мне больше, позволит мне все — а она сопротивлялась. А ведь я же был ее парнем. Разумеется, ничего плохого я ей делать не собирался и требовать чего-то недопустимого тоже бы не стал. Но кому вообще вредил минет?
— А теперь давай еще разок… М-м-м… Очень вкусно…
Я снова зачерпнул белой почти воздушной массы, так похожей на то, чем я хотел ее накормить, но что брать в рот она упорно отказывалась. Хотя в чем разница? Я же предлагал ей не битое стекло.
Мила опять сурово свела губы — даже на этом этапе было столько сложностей.
— Ну же скажи «А-а-а»… — ложка зависла в воздухе.
Я даже не думал, что второй раз проникнуть в нее будет сложнее, чем в первый — так обычно не бывает.
За спиной раздался бодрый стук каблуков, и, даже не оборачиваясь, по одному звуку я уже знал, что к нам идет Аля — ее лучшая подружка. Хотя я до сих пор не понимал, что у этих двоих может быть общего, кроме любви к косплею.
— А меня покормить не хочешь? — прищурившись, Алгон уселась на соседний со мной стул. — Ты так настойчиво это делаешь… Любая в рот возьмет…
Мила покраснела и опустила глаза. Она всегда краснела от шуточек своей подруги, при этом нисколько ее не осаживая — словно компенсируя свою сверхскромность ее сверхразвязностью.
— А это не для всех, — отозвался я, засовываю ложку обратно в йогурт.
Хотя в университете Алгон сложно было упрекнуть в развязности. Здесь она одевалась сдержанно и строго, что совсем не вязалось с тем ее похотливым образом, который я запомнил по комикону. Здесь она косплеила примерную студентку, и лишь когда открывала рот, все вновь вставало на свои места. И в строгом наряде, говорящая грязные, пошлые вещи, она почему-то казалась еще сексуальнее.
— А ты странный, — ее лукавый взгляд с иронией замер на мне, — впервые вижу парня, который не хочет делиться своим йогуртом с девушкой, которая сама его об этом просит…
Пожав плечами, я пододвинул к ней стаканчик — пусть ест, если хочет. Она подхватила ложку и, зачерпнув белую сладкую горку, плавно поднесла к своему рту. Сочные коралловые губы раскрылись, впуская ее внутрь, и сомкнулись вновь. Не сводя с меня глаз, Алгон с удовольствием все проглотила — будто демонстрируя, как хорошо она умеет это делать.
— А у тебя вкусный… — облизывая пустую ложку, произнесла она. — Зря не хотел делиться…
Ей повезло, что она приземлилась спиной к Саше и Асе и не видела взгляды, которыми они сверлили уже ее. Мила стала пунцовой, но Алгон, не обращая ни на кого внимания, снова погрузила ложку в стаканчик.
— Вы все, парни, неправильно это делаете… — медленно размешивая, словно гипнотизируя меня движениями пальцев, продолжала она. — Без терпения… Без ласки и нежности… Без понимания, что нужно нам, девушкам…
Ложка замерла, а потом несколько раз настойчиво ткнулась в стаканчик.
— Мы же не против, — усиливая амплитуды, Алгон усердно тыкала ложкой в стаканчик, так что йогурт аж легонько похлюпывал от этих фрикций, — просто вам нужно делать это правильно… Чтобы мы чувствовали вашу любовь и заботу, а не попытку нас поиметь…
Решив, что со стаканчика хватит удовольствий, она вытянула ложку, и густые белые капли полетели вниз с головки — или как это там называется у ложки?..
— И с членом вы обращаетесь точно так же, — подытожила эта любительница йогуртов, стряхивая в стаканчик остатки. — Без любви и заботы, торопливо и навязчиво…
Говоря, она теперь размахивала ложкой перед собой, то и дело поднося ее к губам наподобие микрофона.
— Члены, члены, члены… У них нет глаз, нет сердца. Они не скажут, что любят тебя. Все, что они могут, просто трахнуть…
Ложка небрежно упала в йогурт, а я, как это часто бывало во время разговоров с Алгон, начал чувствовать, что трахают мне мозг — причем жестко, без малейшей подготовки. Взгляд рассеянно, чтобы дать мне время собраться с мыслями, пробежался по кафетерию и замер на девушке, подошедшей к прилавку. Майя задумчиво склонилась над витриной, бродя глазами среди булочек и пирожков, а я уже знал, что она выберет — она всегда долго выбирала, но в итоге покупала одно и то же, словно хотела рискнуть, но не решалась. За неделю, прошедшую с того странного поцелуя, мы сильно сблизились и даже стали друзьями.