Я с усилием разлепил веки, и по глазам мгновенно ударил полумрак, освещенный лишь дрожащим пламенем свечей. Следом из темноты подсобки выступили пять ярких светлых пятен — пять обнаженных девичьих тел, расположившихся вокруг в странном хороводе. От увиденной картины мне стало еще более дурно. Распятый как чучело, я лежал на пледе на полу, а они сидели прямо на мне — на руках и ногах по одной, как вороны на ветке — давя целым телом на каждую конечность, лишая возможности их сбросить или сдвинуться.
— Дева Лилит, приди! Дева Лилит, приди! — голосили они все громче и громче.
Правда, теперь уже на четыре голоса — именинница не участвовала, заняв свой рот кое-чем другим. Председатель, которой не нашлось места на моих конечностях, расположилась у меня между ног, одной рукой опираясь на мой живот, а другой сжимая мой член, который, как и я сам, не приходил от этого в восторг. Не обращая внимания, Председатель самозабвенно меня обсасывала, словно у нее в рту был твердый леденец, который надо рассосать до палочки на скорость.
Это был самый жуткий минет, который мне когда-либо делали. Непонятно, чего она вообще хотела от моего члена: то ли съесть, то ли оторвать. Она двигалась слишком резко и быстро, без капли нежности и заботы. По ощущениям, царапал даже ее язык. Хорошо хоть, хватило ума не кусать, и то она периодически подцепляла головку зубами. Мой член морщился примерно так же, как и я, но ни возмутиться, ни ничего посоветовать я не мог — мешал кляп во рту. Энтузиазма и энергии у нее было хоть отбавляй, а вот опыта реально не было — но какой бы парень дал себя на растерзание? Даже если она дает с ходу, никто не согласится на второе свидание, если, конечно, вообще переживет первое. При любом раскладе от такой любовницы безопаснее держаться подальше.
— Дева Лилит! Шлюхи твои зовут тебя!..
Странный шабаш все продолжался. В такт каждому слову, закрыв глаза, четыре другие девчонки покачивались на мне, потираясь влажными промежностями о мою кожу. Раз за разом они призывали Лилит, а я мысленно начал звать Би — просто вопить, чтобы она поскорее явилась сюда и как-нибудь меня спасала. Благо, медальон, который сейчас пылал, как раскаленный уголь, все еще был на мне. Вот только Би, которая появляется из ниоткуда когда не надо, сейчас не появлялась.
— О, Дева Лилит, приди!..
Я зажмурился, стараясь ничего не чувствовать: ни смазку, текущую по рукам и ногам, ни член, который уже молил о пощаде, ни раздражающе громкие причитания, буквально протыкающие голову. Пытаясь отстраниться от всего, я вызывал еще усерднее: Би, ну приди же! Я буду тебя слушаться! Обещаю!..
— Привет! — вдруг прямо над ухом раздался незнакомый голос, мягкий, бархатный, ласкающий слух. — Заждался, мой сладкий мальчик…
Ep. 15. Клуб любительниц книг и оргий (VIII)
Я молнией распахнул глаза. Из ниоткуда, словно родилась прямо из языков пламени, появилась девушка, красивее которой я не видел ни разу в жизни. Роскошные белоснежные локоны каскадом спадали по ее плечам, рассыпались по груди, ласкали талию — рождая страстное желание коснуться всего, чего касались они, почувствовать на ощупь, погладить. На вид моя ровесница или чуточку старше, она была в том возрасте, в котором секс особенно сладок, и при взгляде на нее исчезли все мысли, кроме секса. Он читался во всем: в ее манящем голосе, в пронзительных ярко-зеленых глазах, пухлых губах, по виду созданных только для поцелуев. Мозг словно сам приказывал себе ее хотеть — стройное гибкое тело, обещающее невероятное наслаждение, упругую грудь, будто выточенную гением, совершенные бедра, очерченные тонкой тканью, казавшейся полупрозрачной в свете качающегося пламени.
Лишь одна вещь вытягивала из этого безумного сексуального омута — мысль, что ее, похоже, видел только я. Девчонки даже голову в ее сторону не повернули, продолжая все так же голосить.
— Что же ты такой напряженный, — она провела ладонью по моей щеке и замерла пальчиками на губах. — Девочки так стараются… Позволь им насладиться.
То ли от ее тона, то ли от прикосновения, то ли от одного ее вида накатывало такое мучительное возбуждение, что с ним невозможно было бороться.
— О, поднимается! — Председатель покрепче перехватила мой невольно встающий член и продолжила отчаянно насасывать, не понимая, что так только все портит.