— Главное — не сломай, — посоветовала ей Катя, — а то все сорвется.
— Да, поосторожнее, — согласилась Алена, седлая мою руку еще удобнее, — я слышала, так бывает…
Я уже даже двигаться лишний раз опасался.
— Давай уже! Я тоже хочу! — Юля от нетерпения потерлась о мою ногу, словно уже собираясь использовать ее, чтобы кончить.
— Да тише вы! — шикнула на всех Председатель, усердно тыкаясь головкой себе в промежность. — Не спугните Лилит!
— Она, по-твоему, что — голубь какой?
— Такие славные девочки, — с легкой досадой поморщилась Лилит. — Их отдача пороку даже вызывает умиление…
Ее пальцы плавно побежали вниз — с моей груди к паху, делая возбуждение почти невыносимым, прошивая тело сладкой томительной дрожью. Даже представить было страшно, что может случиться с мозгами от секса с ней, если так сводят с ума простые прикосновения. Словно направляя, ее пальчик, едва касаясь, подтолкнул головку — и в следующий миг Председателю наконец удалось вставить в себя мой член и сесть верхом.
— О, получилось! — радостно воскликнула она, даже не подозревая, кто ей помог.
Обхватив меня покрепче бедрами, она немного поелозила, пытаясь устроиться удобнее, освоиться, как за рулем новой машины. Судя по началу, секс обещал быть таким же плохим, как и ее минет.
— Время начинать! — торжественно заявила она.
Неуклюже задвигавшись, Председатель начала раскачиваться из стороны в стороны, резко дергаясь вверх и вниз, не доставляя удовольствия ни себе, ни уж тем более мне. То ли нервничая, то ли просто не обращая внимания, она еще ни разу не опустилась туда же, откуда поднялась, все время заваливаясь то вправо, то влево. От этих виражей мой член опасно кренился, будто пытаясь ненароком выскользнуть и спастись. Следя за происходящим, я уже не на шутку опасался, что такими темпами она и правда мне его сломает.
Может, если бы они перестали меня держать, и я бы мог ей помочь, дело пошло намного лучше. Однако девчонки продолжали со всех сторон на меня давить, делая это с каждой секундой самозабвеннее. Наблюдая за процессом как фитнес-группа, ловящая каждый жест своего тренера, они уже все покачивались в одном ритме с Председателем, повторяя ее нелепые движения на моих конечностях. И почему я раньше не думал, что девчонки, у которых много энергии, но мало мозгов, в постели могут просто покалечить?
Председатель закрыла глаза и начала приговаривать — в такт каждому толчку своих бедер:
Безвольная шлюха
Во мне говорит,
Приди же на зов ее,
Дева Лилит!..
Она толкалась и приговаривала — ритмично и однообразно, словно пытаясь сексом погрузиться в транс.
Освободи,
Забери ты мой стыд!
Шлюхой хочу я
быть Девы Лилит!
Слова странно убаюкивали, похожие одновременно на песню и заклинание — будто созданные, чтобы поскорее привести к разрядке. Перестав давить мне на живот, Председатель закинула руки себе за голову. Ее пышная грудь соблазнительно поднялась и запрыгала.
Мерные покачивания ее сочных полушарий, то подскакивающих, то опускающихся вниз, дробивших заклинание на толчки и слоги, уже вводили в транс и меня самого. Член двигался в ней, долбясь о влажные стенки, которые сейчас ощущались особенно остро — между мной и ею не было никакой преграды. Чувство было непередаваемо ярким, однако расслабиться я не мог. Без презика!… У меня еще ни разу не было с девушкой без презика, мне еще рано становиться отцом — тем более при таких обстоятельствах!
— Расслабься, — Лилит вновь склонилась надо мной и начала поглаживать, — я контролирую процесс. От этого обряда мои девочки не беременеют. Но, — она мило улыбнулась, — твой вклад не пропадет зря… Он исполнит их желания.
Лоно свое я тебе принесу,
Мужчина наполнит грешный сосуд…
Председатель, казалось, уже не произносила, а простанывала слова, толкаясь бедрами все быстрее. Жар воздержания накрыл ее волной — ее движения не стали умелее, но стали гораздо горячее. Она уже реально трахалась, а не только совершала какой-то обряд.
Тело позволит,
Душа не болит.
Шлюхой я стану
Девы Лилит!
— И ты проведешь к их мечте, ради которой они вызвали меня, — ноготок Лилит легко царапнул кожу, заставив меня на миг зажмуриться от возбуждения.
Мое тело уже сладко сжималось, намекая, что долго я не выдержу — выплеснусь без остатка в скачущую на мне Председателя, как в забытьи продолжающую выдыхать слова: