-Пожалуйста! - одно единственное слово, произнесенное с искренней заботой и тревогой в голосе. Я настоящая мямля, я уже простила ему грубое поведение и собственное увольнение. Так нельзя.
-Я в парке имени Горького, около пруда.
-В парке? Сейчас? - Марк что-то уронил. Тяжелый звук отдался в голове болью. - Уходи оттуда, отчаянная, и жди меня на остановке, я скоро буду. Пожалуйста!
И снова этот просящий тон. Что сделали с тем Марком, который хладнокровно уволил меня с работы, толком не объясняя причины?
-Хорошо, я подожду.
-Умничка... моя.
"Мне послышалось или Марк назвал меня своей? Послышалось, точно!"
Черный внедорожник Марка уже стоял недалеко от остановки, мигая оранжевыми фарами, когда я медленно подошла к авто и открыла дверцу. Садясь на переднее сиденье, провожала глазами проносящиеся мимо машины, а внутри разливался холод и пустота.
-Света? - Марк мгновенно отреагировал на мое присутствие, убирая в карман темных джинсов мобильник и протягивая руку, чтобы помочь мне, но я не воспользовалась его помощью. Сама справлюсь.
-Что с тобой? - он сменил черное одеяние на еще более мрачное - вязаный пуловер под горло мрачного аспидного оттенка подчеркивал ввалившиеся карие глаза, в которых плескалась усталость. Сумерки состарили Марка на пару лет, добавили ему серьезности и жесткости. Я отвернулась, чтобы не видеть его лица и стала рассматривать черноту за тонированным окном машины. - Пристегнись.
Он не стал докапываться, а я мысленно поблагодарила его за это. Мне сейчас не до пререканий.
-Офис расположен в центре, далековато. Я постараюсь объехать пробки, но не обещаю, - и Марк включил какую-то тихую фоновую музыку без слов. Удивительно, но этот человек для меня - настоящая загадка, кладезь эмоциональных тонов и полуоттенков, как сказала бы мама. Она любила настроение и поведение каждого человека описывать в красках. Например, сравнивала меня с фиолетовой кляксой, когда я куксилась, или с акварельным недоразумением, когда случайно выливала ее дорогущий тоник в ванную. Однажды я даже стала ахроматической статуей, но, к сожалению, уже не помню, чем заслужила такое звучное ругательное прозвище.
-Света, - меня трясли за плечо, а я никак не желала выплывать из мира грез. Там так тепло и солнечно, и кто-то горячим шепотом согревают мою заледеневшую душу. Тело ломило, а в горле стоял комок, который никак не желал проглатываться.
-Ммм? - приоткрыла я воспаленные глаза. Слезы никогда не шли мне на пользу, потом веки набухали и пекло глаза. Сейчас ощущения такие, что мне под каждое веко насыпали песка.
-Приехали в офис, - Марк сжал мою ладонь в своей горячей руке. - Ты замерзла?
-Нет, все хорошо, - я выдернула пальцы, отстегивая ремень безопасности и отворачиваясь к окну. Фонари осветили серое офисное здание с решетками на окнах первых этажей и закрытой автостоянкой. Охранник спешил к кованым автоматическим воротам, чтобы проверить пропуск Марка.
-Марк Витальевич? Доброго вечера. - Высокий мужчина в форме вошел в будку и нажал какую-то кнопку, пропуская внедорожник на честную парковку. - Вы сегодня поздно, все давно по домам разошлись.
-Мне никто не нужен, - грубо ответил Марк, засовывая руку с пропуском и недружелюбно отворачиваясь от мужчины. Мне показалось, или они недолюбливают друг друга?
-В этом здании располагается твой офис? - спросила я у парня, чтобы как-то нарушить неловкую давящую тишину.
-Это здание и есть мой офис, - коротко бросил Марк, доставая из бардачка какие-то бумаги. Мимолетное касание его пальцев к моим коленям вызвало дрожь во всем теле. Я заболевала или совершенно издергалась, потому что нервы готовы лопнуть от одного единственного прикосновения и грубого слова. - Отец создал предприятие общественного питания на пару со своим другом и занимается этим уже более двадцати лет. За эти годы бизнес ширился, разрастался по всей столице и сейчас достиг колоссальных размеров. Сначала отец и Петр - его компаньон -снимали склады и морозильные камеры, обеспечивая качественными полуфабрикатами кафе и рестораны, затем создали свою сеть столовых, а сейчас Мак - это самое известное из того, чем владеют отец и Петр, названия ресторанов класса люкс, скорее всего, тебе неизвестны.
Я даже не обиделась, слушая речь Марка. Не известны и ладно. Я по ресторанам не хожу.
Он словно читал по бумаге скучную и не слишком интересную для него информацию, а я впитывала ее, как губка. Для чего-то же он делится подробностями своей личной жизни? Только не понятно пока, для чего.