- Возможно, в следующий раз ты сначала подумаешь, а потом побежишь выполнять, но надежды на это мало, – я немного успокоилась, - А теперь перейдём к тому, ради чего я позвонила. Мы пересмотрим наш договор, Вильгельм. Не с родителями, а лично с тобой. Предлагаю сделку: я прямо сейчас перевожу на твой счёт золотой, но взамен хочу услышать клятву, что ты больше не сообщишь никому моё местоположение, не станешь устраивать встречи с всё в таком духе. В общем, мне нужно спокойствие, а тебе деньги, все останутся в плюсе.
-Магическую клятву?
- Нет, обычной вполне достаточно, - успокоила я брата. Магическую клятву нельзя нарушить, последствия могут быть летальны. Конечно, всё зависит от сложности и силы мага, который её принимает, но рисковать я не планирую, слишком слаба моя вера с порядочность брата.
– И что касается денег, перечисляемых вам каждый месяц – продолжила я спокойно, - Не отказываюсь от этого, но не советую испытывать моё терпение, Вильгельм. Сообщаю раз и на всегда: я помогаю родителям, а не тебе. Никаких попыток приехать в гости, требований что-то сделать или проспонсировать очередную ерунду. Хватит, надоело.
Для того, чтобы обдумать сказанное Вильгельму потребовалось около минуты, в течении которых я внимательно наблюдала на ползущим по прихожей муравьём. Он нес какую-то палочку в одиночку, прийти на помощь было некому, но маленький работник и сам справлялся, вроде. Нёс, иногда останавливается, как будто дух перевести, потом новый рывок. Вот так и строится муравейник, наверное, по одной веточке от каждого. Или нет, не могу сказать точно, на лекции про насекомых в Академии я спала, очень уж убаюкивающий голос был у профессора в тот день. Но даже моих обрывочных знаний хватало, чтобы понять, что муравейники должны строиться не улице, а не в доме.
Голос Вильгельма прозвучал так неожиданно, что я вздрогнула, успев начисто о нём позабыть.
- Что ж, Элиана, хорошо, я принимаю твои требования, - сообщил он серьёзно, что случалось крайне редко, - Но никакого золотого мне от тебя не нужно, сестрица. Я клянусь, что больше не сообщу никому твоё местоположение, не стану устраивать встречи с всё в таком духе. Довольна?
- Вполне, - кивнула я невидимому собеседнику, - И учти, нарушение этой клятвы приведёт к тому, что я полностью прекращу все выплаты и содержать семью придётся тебе.
Дальше я не слушала, просто отключив звонок. Всё, что нужно, я сказала, необходимые ответы получила, так зачем продолжать это мучение?
Требовать от меня денег начали сразу после окончания Академии. И это не смотря на то, что поначалу я перебивалась на подработках и еле сводила концы с концами. Даже тогда мне намекали, что неплохо бы «помочь семье», что можно было с легкостью переводить как «дай денег брату на его хотелки».
Когда меня взяли на стажировку в хорошую клинику, намёки превратились в требования, которые я поначалу старалась игнорировать, а потом сдалась. Мы заключили договор: я даю золотой в месяц, а меня не сильно донимают.
Платить такие деньги было тяжело, но моя свобода и спокойствие определённо стоили того. Никаких ежедневных звонков, нервотрёпок, обвинений и всего прочего. Всё это ощущалось, как глоток чистой прохладной воды в жаркий день, и поначалу казалось нереальным.
В работу я ушла с головой, иногда оставаясь в клинике ночевать, ведь до комнаты на окраине, которую я снимала, было слишком далеко ехать. Работа, сон, работа – вот из чего состояла моя жизнь, ну разве что на еду время тратила. Однако несчастной или уставшей я себя никогда не ощущала. Клиника, мои пациенты, борьба за их здоровье заставляли меня верить, что я нужна и жизнь не бессмысленна.
Вскоре мои старания заметил Арнольд, под начальством которого я проходила стажировку. Молодой лекарь, очень сильный маг, знающий много специфических болезней, о которых я никогда и не слышала – он определённо меня заинтриговал. Я всё чаще приходила послушать его пояснения, посмотреть вместе больного, научиться чему-то новому, а Арнольд всегда звал, говорил, объяснял. По сути мы стали напарниками задолго до официального завершения стажировки и принятия меня на должность «лекарь-маг».
За все годы совместной работы я не пожалела об этом ни разу, Арнольд стал для меня не только идеальным напарником, понимающим без слов, но и другом, к которому я могла приехать хоть ночью, чтобы рассказать обо всём, что на душе.