— Спасибо, Кирилл Сергеевич, — начали благодарить дети Воронцова, аккуратно складывая свои новые вещи в стопочки.
— Это всё Ева с Любашей, — ответил он. — Я по магазинам не очень люблю ходить.
— Спасибо, — переключившись на нас продолжили с благодарностями дети и начав обнимать то меня, то Любашу.
Что нужно для счастья? Малость. Капелька внимания и заботы.
Глава 27. Кирилл
Этой ночью Ева спит в моих объятиях, не сопротивляясь ни капли. Полностью отдаётся мне и разрешает целовать её, обнимать, прижимать и не отпускать. Так как прошлую ночь мы не спали, то этой легли очень рано и сразу же отрубились.
На следующий день, одев Любашу и собрав её новые вещи, что купили вчера, в сумку, что нам дала Лена, мы поехали в дом моих родителей. Я ещё не знал, как скажу родителям о Любаше. Сестра, её муж и детвора примут малышку с радостью, а всезнайка Ксюша так и вовсе наверно возьмёт девочку на себя.
Родители тоже наверно примут Любашу, но… Как им объяснить кто она? Приют — это моя тайна. Личная и неприкосновенная часть жизни.
— Может скажем, что твоя дочь? — предлагает Ева, открывая Любаше сырок. — Нагулял и сейчас нашёл?
— Может скажем, что твоя? — с улыбкой спрашиваю её. — Тоже хочу сырок.
— Нет, — машет головой Мицкевич. — А где тогда её отец? — открывает ещё один сырок и подносит к моему рту. — Может скажем, что она наша дочь? Твоя и моя!
— А давай! Красотой в меня, а цветом волос в тебя!
Я тогда сразу спор с Машей выиграю!
Шутки — шутками, но я ведь не против. Любаша маленькая, в приюте ей будет сложно, а вот мне дочь совсем не помешает. Да, бизнес, но здесь Ева подстрахует и будет за ней присматривать. На крайний случай, когда Ева на учёбе за ней может бабушка Евы присматривать.
Любаша к нам уже привыкла. Из нас получились бы хорошие родители для малышки.
А потом можно подумать о свадьбе и о совместных детях.
— Познакомьтесь всё! Это наша с Евой дочь — Любаша, — с порога заявил я с девочкой на плечах.
Завтракающие домочадцы, чуть не подавились от такой новости и теперь во все глаза смотрели на нас.
— Кир, не хочу тебя расстраивать, но… чтобы зачать, родить и вырастить примерно до такого возраста, нужно несколько лет, а не один день, — прокомментировала Маша. — Говорю тебе как профессионал! Знала бы быстрый способ… — со вздохом посмотрела на своих детей. — Воспользовалась бы.
— Кир, это очень неожиданная новость, — подаёт голос отец. — Дай нам теперь познакомиться с моей ещё одной внучкой, — встаёт из-за стола и с улыбкой идёт к Любаше. Протягивает руки, и девочка без страха идёт к нему.
— Я Юбаша, — говорит девочка, сидя на руках у моего отца и очаровывая его детской улыбкой.
— А я дедушка Серёжа, — в ответ произносит папа. — Это бабушка Нинель. Это тётя Маша, можно просто Маша. Это дядя Тим… а это Ксюша…
Пока отец знакомит Любашу со всеми, я, обняв Еву рукой за талию, повёл к столу. Посадил за стол и нежно поцеловал в макушку, прежде чем сел сам.
Заметив это Маша улыбнулась сама себе и даже кажется засмеялась, а потом посмотрела на Еву. Мицкевич в ответ пожала плечами и повернув голову, посмотрела на меня.
Улыбнувшись сестре, я взял лицо Евы в свою руку и быстро впился в губы Евы коротким, но сладостным поцелуем, из-за чего меня стукнули по плечам.
— Здесь же Любаша… И племянники твои, — завозмущалась Мицкевич.
— Пусть учатся с детства технике поцелуя, — ответил ей и подмигнул.
— Идиот, — тихо произнесла Мицкевич и я ущипнул её за ногу, получив злой взгляд в ответ.
— А теперь серьёзно, — громко начал я. — Я опекун Любаши и она поедет со мной в Москву. У девочки проблемы с сердцем и хочу, чтобы Миха посмотрел её и сказал, что можно сделать.
— Операция? — серьёзно спросил отец и с болью в глазах посмотрел на Любашу.
Наверно я понимаю его чувства сейчас. Когда-то Маша тоже болела и ей нужна была операция. Отец недавно помог открыть дяде детскую клинику, где детей оперируют бесплатно, ведь, когда нам это нужно было, то ничего такого не было. Маша могла умереть, если бы тогда не деньги Михи.
А сколько детей умирает так и не дождавшись того, что вся сумма на их лечение будет собрана…