— В доме могли находиться мои дети, — шипит на Еву Маша.
— Нет, — отвечает ей Ева. — Этого бы никогда не случилось. Моим условием было то, что тебя и твою семью, никогда бы не тронули. За то время в кафе, я полюбила тебя всем сердцем и то, что ты Воронцова… Я была в шоке.
— То есть это всё из-за Нинель? — спрашиваю Еву.
— Слушай дальше, — произносит Ева и садится на своё место в изголовье стола. — Но я не думала, что узнаю тебя другим. Узнаю настоящего Кирилла Воронцова и ещё хуже — влюблюсь в тебя. В приюте я приняла решение, что нет! Я не убью тебя! — слёзы катят по её щекам, когда она смотрит на меня. — Я и раньше не могла! Но в тот день я поняла, что из всех чудовище здесь я, только за мысли о том, что хочу убить тебя. И тогда я ушла от тебя, оставив Нинель и всю вашу семью в покое, — вытирает ладонью слезы. — Но, когда я сказала Алексу, что не буду никого убивать, он избил меня и сказал, чтобы я делала выбор: либо ты, либо моя бабушка. Я дала обещание, что убью Кирилла, как только его увижу. Это был выбор ничего. При этом обещании все оставались живы, пока я не вижу тебя, — смотрит на меня. — В тот день, когда ты пришёл ко мне, ты чуть не убил себя, меня и мою бабушку.
Вот зачем она закрывала глаза! Вот почему не открывала! И не хотела видеть!
— Ты могла сказать мне, и я бы всё решил! — говорю ей.
— И как ты себе это представляешь? Кирилл, я хотела тебя убить, но теперь не хочу, но мне надо?
— Ты могла…
— Я ничего не могла, кроме как сидеть дома и не видеть тебя, — кричит она. — Когда я направила на тебя пистолет, я знала, что не выстрелю, но надеялась ты уйдёшь. В тот день я выбрала тебя! Я готова была потерять бабушку! Я выбрала тебя! Тебя! Понимаешь? Я разрешила, чтобы убили мою бабушку, — смахивает слёзы — А потом Алекс появился за твоей спиной и крикнул стрелять! И я выстрелила! В него!
— Ева, ты знаешь зачем он это сделал? — подаёт голос, до этого молча сидящий, Миха.
— Не знаю, но однажды он проговорился, что он мстит Сергею, — отвечает ему Ева. — Я не знаю.
— Нинель, полное имя Дмитрия, — просит вдруг Миха.
— Дмитрий Голицын, — отвечает она.
— Хотите расскажу истинную историю того, что произошло с родителями Евы? — спрашивает дядя и мы все смотрим на него. — Дмитрий Голицын на самом деле Никифор Иванин, брат Алексея Иванина, известного Еве, как Алекс. Алекс, шантажируя брата его пасынком, заставил того поджечь дом Евы, сказав, что в доме никого не будет, но из дома выбежала девочка и как Нинель и сказала, Дмитрий не смог убить её. Тогда Никифор и Нинель стали опекунами девочки, чтобы получить наследство девочки, а саму девочку они должны были довести до самоубийства, а затем выставить это так, будто она покончила с жизнью, не справившись с потерей родителей. Ты знала об этом, Нинель?
Скажи, что не знала! Иначе я клянусь! Я убью тебя своими руками!
— Знала, — отвечает она.
— И выполняла? — спрашивает Нинель Миха.
— Так нужно было. У них было кое-что, что было дорого мне.
— Что? — спрашиваю я её уже крича.
— Сейчас это уже не важно, — отвечает Нинель и смахивает слезу.
Что может быть важнее жизни ребёнка? Деньги? Своя жизнь?
Боже… как она ничтожна!
И мне плевать, что она моя мать!
— Мы с Машей? — спрашиваю её.
— Нет! Кирилл, это не имеет больше значения, — кричит Нинель в ответ и начинает плакать.
Актриса!
Заплачет, папа её утешит, и она выйдет сухой.
Никогда!
— Хорошо, — отвечает Миха и продолжает. — Никифор не мог издеваться над девочкой и решил, что прекратит её мучения, чего бы ему это не стоило. А стоило это много. Жизни его пасынка. И тогда Алекс взял ситуацию в свои руки. Он якобы помог девочке в обмен на то, что после её мнимой смерти Никифор, получивший наследство Евы, передаст его Алексу. Жизнь девочки, жизнь его пасынка в обмен на наследство Евы.
— Да, но зачем он вновь появился в жизни Евы? — спрашивает мой отец.
— А тут уже моя вина, — печально произносит дядя. — Как известно, я убил Никифора Иванина и тогда Алекс решил отомстить мне, убив Кирилла, выманив моего брата и тоже убив тебя, как я убил его брата. Но я не убивал Никифора. Я подарил ему новую жизнь, вместе с пасынком.