Нет! Нет! Нет!
Чёрт!
— Отпустите меня, пожалуйста! — прошу его полуплача.
— Неа, ты мне понравилась. Смешная, — бросает на меня короткий весёлый взгляд — Не бойся, тебе понравится! Педофилы могут быть непредсказуемыми! — остановившись на светофоре, поворачивает голову в мою сторону и начинает поигрывать бровями.
Это дурацкий жест меня слегка расслабляет. Не может маньяк быть таким! От слова совсем! Зачем он меня смешит?
Но по мере нашего пути, мне становится ещё страшнее, потому что мы выезжаем за пределы Москвы, а затем заезжает в какую-то явно заброшенную деревню!
Мамочки!
Кто-нибудь, спасите меня!
Бонус Часть 4
Кирилл
Думал, этот день станет для меня самым ужасным. Очередная куколка слетела в последний момент и ещё, как назло, кухарки в Подмосковном приюте отравились! А потом этот воришка, которого якобы спасла эта правозащитница. Думал, что еды в ресторане закажу на всех детей, а у них такие большие заказы нужно делать до двенадцати дня.
Можно было бы заказать у сестры, но тогда у неё возникнет слишком много вопросов, а о приютах я пока никому не рассказываю.
Ну сколько раз говорил кухаркам, чтобы не покупали у соседки молоко. Молоко, что доят у вонючих, немытых коров. При том что недалёко от приюта живёт пожилая пара, что продаёт прекрасное, вкусное и главное, безопасное молоко.
Сам часто покупаю его себе домой. Для себя и дочери, которую удочерил после того, как ей сделали операцию на сердце. Благо нашёлся в моём Алтайском приюте парнишка, что указал мне на то, что девочка больна, и мы успели спасти Любашу. А за время её лечения так привязался к девочке, что уже не мог вернуть её обратно. Сестра отлично помогает с ребёнком, и часто Любаша остаётся у них.
Теперь я в компании правозащитницы еду в приют, чтобы приготовить ужин для детей. Мог бы не брать девчонку с собой, но она меня забавляет. Маленькая, борющаяся за правду куколка.
Не хотел её брать с собой. Думал только подальше от ресторана отвезти, но нет же… всё изменилось после поцелуя. Теперь не могу успокоиться и хочу ещё. Да, и девчонка будет не против.
— Как тебя зовут, напомни, — прошу её.
— Ева, — слегка заикаясь говорит девчушка.
— Ева, готовить умеешь?
— Умею, — отвечает, глядя на меня своими карими непонимающими глазами.
Необычная куколка.
— Боишься?
— Очень, — признаётся она. — Я не хочу быть убитой так рано.
— Ну зачем мне тебя убивать? — ухмыляюсь — Можно ведь в рабство взять, и ты будешь жива.
— Нет уж! Лучше умереть, чем рабство!
— Значит, смерть, — говорю ей, еле сдерживая смех. — Родителям перед смертью позвонишь?
— А можно? — с надеждой спрашивает она.
— Я же не изверг! Конечно, можно! Что скажешь им?
— Что люблю их. Сильно люблю! — произносит она, а на глаза наворачиваются слёзы.
— Эй, — найдя карман на дороге, останавливаюсь в нём и поворачиваюсь к девчушке. — Я пошутил! Не буду я тебя убивать!
— А что будешь?
— Мне просто нужна помощь в одном деле, — говорю ей и беру её аккуратные ручки в свои. — Я не собираюсь убивать, бить, насиловать или как-либо издеваться над тобой. В километре отсюда есть деревня городского типа. Там детский приют полный голодных детей. Мы поедем, приготовим им поесть, накормим и я отвезу тебя домой.
— Правда? — поднимает на меня огромные испуганные глаза.
— Да, — отвечаю ей.
— И я ничего не должна за помощь в моём бегстве?
— Ну… пятьдесят поцелуев, — говорю ей.
— Пятьдесят поцелуев? — удивлённо смотрит на меня.
— Ага, — улыбаюсь ей и, заведя машину, еду в приют.
В приюте, как я и обещал девчонке, мы всего лишь готовим ужин. Как оказалось, не все красивые куколки умеют только улыбаться и строить глазки. Эта ещё и вкусно готовит. За готовкой, пока никого из детей не было на кухне, я получил девять поцелуев.
И каждый из них был слаще предыдущего. Увереннее и продолжительнее.
Я кайфовал от каждого и не знаю, как вообще мог отпустить Еву после них… Давно бы её на этом столе разложил, но не хотел! Мной управлял азарт и мне было интересно на каком поцелуе, я не выдержу и потащу в одну из свободных спален приюта. А ещё интереснее было, когда не выдержит она и сама накинется на меня.