– На тебе сейчас надето что-то, подаренное светлыми?
Я отрицательно покачала головой и бросила быстрый взгляд на Дарена. Он стоял с таким выражением лица, что мне захотелось отодвинуться. Что я и сделала.
– Убрать сможешь? – Князь повернулся к Тору.
Брат коротко кивнул, и я ощутила, как меня обволакивает холодным ледяным коконом, в висках закололо, по телу прокатилась слабость, и все схлынуло. Ненавижу, когда он так делает!
– Что чувствуешь? – спросил дядя.
Я смотрела на Стейнара, он смотрел на меня. Открыто, не пряча взгляд, спокойно.
– Ты знал?
– Нет.
Верить или нет? Вдруг моя симпатия к нему — это просто действие ментального внушения?
– Джас! – повторил князь Сигал.
– Клянусь, я не знал, – Стейнар все так же смотрел на меня.
Я прислушалась к ощущениям.
– Он мне все равно нравится, – ответила дяде и заодно себе. Тор улыбнулся, дядя закатил глаза, дракон выдохнул. – Не понимаю, зачем кому-то понадобилось меня влюблять в Стейнара?
– Влюбленным девушкам свойственна импульсивность, ревность, необдуманные поступки. Возможно, тебя хотели скомпрометировать, или выставить ревнивой истеричкой, или толкнуть на преступление, – медленно пояснил брат.
– Нет, – коротко ответил светлый. – Просто кое-кто очень печется о моей личной жизни. – Дарен сверкнул глазами. – Убить его я не смогу, но лицо поправлю. Обещаю.
– Кьяртон! – ахнула я. – Вот гад! Чтоб ему всю жизнь…
– Джас! – гаркнул дядя, и я испуганно зажала рот ладошкой. – Спрячь крылья!
Я повернула голову и увидела за плечами сиреневые полупрозрачные крылья.
– Ой! А я не умею… И вообще, мне кажется, что с крылышками я симпатичнее.
Стейнар сдавленно хрюкнул, Тор отвернулся к окну, а бедный дядя спрятал лицо в ладони.
– За что мне это?
– За издевательства над курсантами? – невинно поинтересовалась я.
– Сгинь с моих глаз! А ты, светлый лорд, останься!
Ой-ей-ей… а вот такого рыка уже можно бояться. Меня из кабинета вынесло звуковой волной. В приемной бесстрастная секретарь ректора скользнула по мне нечитаемым взглядом и махнула рукой на дверь шкафа.
– Тебе нужно зайти к мэтрессе Заболотной, только она поможет справиться с крыльями.
О нет! Только не к ней! Декан «жезлов» была невыносимой и требовательной ведьмой! Вредной, злопамятной и очень сильной.
– Плащ не забудь.
– Спасибо.
Ольха Заболотная встретила меня любопытным пристальным взглядом и многозначительным хмыком.
– Значит, инициировалась, – усмехнулась она, когда я сбросила плащ и предстала перед старой ведьмой во всей фейской красе. – Рано, конечно. Но когда это влюбленные феи слушали умных советов? Никогда! Садись!
Меня под колени ударило приехавшее кресло, и я совсем не аристократично в него плюхнулась. Ненавижу ведьм!
– Медитация и осознание, вот что должно стать твоим спутником в ближайшие дни. Выпускать крылья без причины – признак незрелости и скудоумия. Понятно излагаю? – Я кивнула. – Тогда приступим к практической части, Инайнор. Закрой глаза и представь, что ты находишься на огромном поле, засеянном алыми маками…
Со Стейнаром мы почти не виделись. Дядя отдал его на растерзание Тору, и они целыми днями пропадали где-то, я же училась владеть силой темных фей. Ведьма Заболотная отыгралась на мне за весь наш факультет, за сотню поколений «щитов», которые смели трепать ей нервы. Когда я начинала ныть, она с огромным удовольствием мне это повторяла. Недаром декан «жезлов» слыла самой злопамятной ведьмой в Академии.
С драконом нам удавалось встретиться только вечером, когда у меня не оставалось ни на что сил, только посидеть рядом, держась за руки, и помолчать в уютной и надежной компании. Целоваться мы больше не могли, потому что наедине нас не оставляли. Постоянно рядом был кто-то. Дядя не давал ни единого шанса развить наши отношения. И меня это напрягало.
– Стейнар, скажи честно, – спросила я в один из вечеров, когда у меня наконец стало получаться призывать крылья и творить ворожбу при их помощи. Мы гуляли вокруг стадиона, потому что в город нас тоже не выпускали. За нашими спинами шли двое старшекурсников из «клинков», сегодня они выполняли роль телохранителей для светлого гостя. – Кронпринц – ты?
Стейнар загадочно улыбнулся и промолчал.
– Я спрашиваю не из праздного любопытства, а ради своей безопасности! – попробовала зайти с другой стороны. – Если ты наследник, то нам не быть вместе, а если я в тебя влюблюсь, то это разобьет мне сердце, потому что любовницей я не буду.