– Какая прелесть, – передернула я плечами. – Впечатляюще.
На нас зашикали, и мы замолчали, наблюдая, как император поднимает руку, привлекая к себе внимание подданных.
– По традиции в этот праздничный день я представляю вам наследников великих Домов, достигших в нынешнем году совершеннолетия! – усиленный магией голос был слышен в каждом углу огромного зала.
Солидный слуга в золоченой ливрее, гордый и одухотворенный, с поклоном вручил его величеству список, который тот торжественно зачитал. Когда звучало очередное имя, названный подходил к императору, кланялся, произносил короткую клятву о вечной службе империи, получал из рук своего владыки перстень и спускался в зал, где его ждали счастливые и гордые родственники. В момент, когда перстень оказывался на пальце дракона, туман вокруг него исчезал, и зал овациями встречал очередного обласканного судьбой аристо.
Наконец прозвучали все имена и настала очередь наших любимых. Мы с Изой с двух сторон вцепились в Иварта и затаили дыхание.
– Хочу представить вам нашу гордость, опору трона, моих сыновей! Его высочество Кьяртон Лоу Форстумский.
Иза тихонько взвизгнула, когда с Кьяртона слетел туман, и он предстал перед нами в своем истинном виде. Не могу сказать, что дракон сильно изменился. Волосы стали более темными, глаза – прозрачно-зелеными, сам он теперь выглядел старше и серьезнее. Но не более того. Кьяртон улыбнулся и помахал рукой, подданные зашумели, дамы зашептались, жадно рассматривая принца. Еще бы, завидный жених! Иза сжала губы и фыркнула.
– Оказывается, это их вторые имена, а не фамилии, – произнесла она, ни к кому не обращаясь. – А что, правильное решение, переучиваться потом не нужно.
Я на нее покосилась, но подруга уже смотрела только на своего обожаемого Кьяртона. Я же перевела взгляд на напряженного Дарена и встретилась с ним глазами. Острый, болезненный, как удар, взгляд, от которого мое сердце сжалось.
– Момент истины, – пробормотал едва слышно Иварт.
– Наследный принц Стейнар Дарен Томас Форстумский!
Император повел рукой, приглашая Дарена встать рядом с собой.
Зал зааплодировал, а я прикусила губу. Нам не позволят…
– Придется похищать, – попробовала неуклюже приободрить меня Иза.
– …но сегодня мы отмечаем день Осеннего равноденствия, чествовать принцев будем на другом балу…
Император еще что-то говорил, но его слова докатывались до меня словно через преграду. Мне было почти физически больно. Не знаю, что я ожидала, почему верила Стейнару… но сейчас мой мир рушился.
– Мелкая! – тряхнул меня Иварт. – Если любишь, верь. – Да-да, надо верить… Во что? – Смотри!
Я подняла взгляд на императора и успела увидеть, как Дарен опускается перед отцом на одно колено. Бледный, напряженный, но уверенный в себе и своих действиях.
– Я младший сын, и я отрекаюсь от трона в пользу моего старшего брата Кьяртона Лоу Форстумского. Я больше не могу носить корону кронпринца.
Зал ахнул, а потом наступила такая оглушающая тишина, что я слышала, как шумит во дворе фонтан. Бросила быстрый взгляд на матушку, Орэна довольно улыбалась, с вежливым интересом следя за происходящим.
– Что он делает? – произнесла я одними губами, потому что в горле вдруг пересохло.
– Отрекается от будущего, – хмуро ответил Иварт. – Идиот. Променять трон на женщину... Мне его не понять.Я пнула брата кулаком в бок, судя по тихому вздоху, Иза сделала то же самое.
– Что ты сказал? – вкрадчиво поинтересовался император, с непониманием глядя на сына. – Повтори!
Дарен поднялся одним гибким грациозным движением, выхватил из воздуха клинок и полоснул себя по ладони, а потом простер ладонь над спинкой трона, орошая его кровью, и громко четко произнес:
– Отрекаюсь от трона в пользу брата моего Кьяртона. Магией, душой и сердцем отрекаюсь!
Над троном и над головой Стейнара одновременно вспыхнули два призрачных венца, а затем тот, что венчал чело наследника, перелетел и остановился над головой серьезного и слегка тревожного Кьяртона. Менталист смотрел на Дарена понимающе, но совершенно без восторга.
– Отец, – тихо произнес мой принц. – Так будет лучше для всех.
– Ты! – Император побагровел от злости, но сдерживался. – Править должен ты! Тебя готовили к этому с рождения!