Губы некроманта растянулись в обворожительной и придурковатой улыбке. Он расставил руки и голосом томным и страстным проговорил:
– Я заждался тебя, моя прелестница. Приди же в мои объятия и позволь насладиться твоим прекрасным телом.
Дракон внутри Дарена взревел, парень от неожиданности покачнулся и ошарашенно замер, не веря собственным ощущениям. Все так же медленно, боясь ошибиться, перевел взгляд на руки, которые стремительно покрывались черной чешуей, и тихонько рассмеялся. Его зверь проснулся! По-настоящему! Чешуя – это первый шаг к обороту! Это был не просто отголосок мыслей и эмоций, это был равноценный партнер!
И этот партнер сейчас пытался захватить власть над разумом…
– Моя! – взревел дракон. – Убить соперника!
Тело, не подчиняясь больше человеку, само кинулось на некроманта, на ходу стягивая с плеч рубашку, чтобы укрыть от похотливого взгляда обнаженную девичью фигурку.
– Придурок! – заорал Ларм, каким-то немыслимым движением отпрыгивая в сторону. – Это не Джас! Это тварь, притворяющаяся ею!
Дракон не слышал. Красная пелена застилала глаза, в голове стоял рев, тело ломило, а кожу жгло огнем. Казалось, выворачивает каждый сустав, жидким пламенем сжигает внутренности. Дракон рвался наружу. Еще немного, и он сожжет соперника, покушавшегося на его женщину! На его пару!
Но проклятие держало, не давало обернуться, расправить крылья. И тогда дракон взревел. Дарен рухнул на колени, нож выпал из руки.
Нейка довольно улыбнулась, присела рядом, протянула руки и погладила лицо ледяными пальцами. Дарен понимал, что это не Джас, что тварь забирает у него силу, прямо сейчас прикосновениями вытягивает жизненную энергию, но ничего не мог поделать. Он боролся со зверем внутри себя. Если сейчас не победит, так и останется марионеткой у вспыльчивого хищника, живущего инстинктами.
– Включи обоняние! Она пахнет гнилью.
– Моя! – бесновался дракон.
– Мы умрем, и никто не сможет защитить нашу пару.
Дракон недовольно забурчал и шумно втянул воздух. И тут же затряс башкой. Точнее, тряс головой Дарен, но внутренним взором ему виделась огромная черная шипастая голова с желтыми глазами. Он потер нос и ощутил, как зверь нехотя подчиняется, уходит в глубь сознания.
– Это будет сложно, – прохрипел Стейнар и поморгал.
Джас, нет, не Джас, а нежить уже успела стащить с его плеч нижнюю рубаху и теперь поглаживала спину, прижимаясь всем телом.
Дарен прикрыл глаза, обнимая ее в ответ. Гладкая прохладная кожа, точно такая, как у Джас. Как ему ее хотелось… Нежная, страстная, податливая... А может, ну его?.. Может, поддаться, получить то, что желаешь больше всего? И умереть в объятиях любящей тебя желанной женщины?
Мысли путались, где-то на задворках сознания бурчал дракон, призывая остановиться, но иллюзия была такой натуральной, что стало тесно в штанах, и, когда нежить накрыла его губы поцелуем, Стейнар не удержался, ответил…
Джорит кисло улыбнулся и поднял выроненный светлым нож. Какой соблазн отделаться от соперника раз и навсегда. Нужно всего лишь подождать…. Но кем он после этого будет? Трусом, неудачником, побоявшимся какого-то светлого? Все равно Джас ему принадлежать не будет никогда. Не с таким даром. Сильные малефики всегда служили короне, а абсолютные малефики… Джориту очень хотелось ошибаться, но если он прав, то лучше навсегда забыть и о Джас, и о ее даре. А еще лучше стать ей верным другом, потому что рядом с нею и он сможет возвыситься.
А со светлым они разберутся на арене. Сейчас главное, чтобы куратор не догадался об истинном уровне Джас.
– Джорит, ты болван! Зачем ляпнул, что это не амулет… Теперь сам и выкручивайся.
Некромант посмотрел на счастливого дракона, из которого нежить тянула магию, и перехватил нож удобнее. Короткий замах, несколько злых слов — и в объятиях Стейнара оказался уродливый костлявый труп. Глаза светлого открылись, в них начал появляться разум, ему хватило несколько секунд, чтобы понять, что именно он прижимает к себе.
– Твою мать! – заорал Стейнар, отшвыривая от себя нейку. – Я же это целовал!
Он вскочил на ноги, пошатнулся и согнулся пополам.
Джорит щелкнул пальцами, тело нейки охватило черное пламя, и когда Стейнар, вытирая рот и отплевываясь, повернулся к нему, вместо нежити на мху лежала только кучка пепла.
– Со смертью хозяйки ее чары развеиваются, и теперь мы можем пользоваться магией. Прогуляемся по округе? Когда еще удастся попасть в Светлые Топи… Может, что интересного найдем? Как у тебя, светлый, с желанием поохотиться на нечисть?
Желание у Стейнара было. Очень хотелось сбросить злость и напряжение последних часов, да и побывать в самом сердце темных земель тоже было заманчиво, поэтому он кивнул: