Пока мы общались с Оливией, поединок закончился. Кьяртон коротко вскрикнул и припал на одно колено. Я в очередной раз бросила взгляд на императора. Он встал со своего кресла и пристально смотрел, как Изабель простирает над раненым в бок светлым пылающую зеленью ладонь. По губам императора блуждала довольная улыбка.
– Зря она, – пробормотал Саша. – Все же Иварт ее официальный жених.
– О, это любовь! – хохотнул Карх.
– Это выходка плебейки! – отрезала Аннет. – Позор!
– Сейчас она подлатает светлого, и Иварт вызовет его на повторную дуэль, – пробасил со смешком здоровяк Элвин.
Я закатила глаза. Парни! Им только дай посплетничать!
Изе же было плевать на общественное мнение. У нее, целительницы, вид крови вызывал только одно желание – оказать помощь. Но после того, как Кьяртон поднялся и кивком поблагодарил девушку, она повернулась к Иварту. Брат стоял, закинув шпагу на плечо, и казался безмятежным. Те, кто его не знали, могли бы подумать, что поединок дался ему легко, но я видела, что Иварт начал уставать, а впереди еще один бой, и, если верить нашим парням, он будет самым сложным.
Иза что-то спросила у Демона, тот кивнул, и она провела светящимися руками вдоль тела жениха. Иварт улыбнулся и поцеловал ей ладошку, отчего Изабель засмущалась, а потом, задрав нос, гордо вернулась к нам.
– И что это было? – спросила я.
– Лучше молчи! – сквозь зубы процедила подруга. – Все молчите, иначе будете маяться животами до конца турнира!
Я бы не промолчала, но на поле появился Дарен Стейнар, и я поняла, что чувствовала Изабель десять минут назад. Я не знала, за кого мне переживать больше, разум ставил на брата, я хотела, чтобы он победил, потому что нанесенное мне оскорбление стоило того. И в то же время сердце мое ныло, боясь, что он сможет причинить вред моему дракону. И где-то в глубине души мне хотелось, чтобы выиграл мужчина, который мне нравится.
Полный раздрай. Какие-то совсем девичьи у меня мыслишки.
Ну что я могу сказать, до сих пор Иварт не выкладывался. Стейнар оказался достойным противником. Непредсказуемым, быстрым, расчетливым и очень гибким.
Сначала зрители притихли, но после того, как Стейнар изящно и легко отбил довольно коварный удар, стадион взорвался громкими криками. Светлые болели за своего бойца. Мы не отставали, пытаясь переорать хотя бы огненных, которые сидели рядом выше. Я почувствовала азарт и воодушевление. Кто бы из парней ни победил, я все равно буду любить их обоих.
Любить обоих? Это я подумала? Надо сесть и разобраться в своих чувствах. Завтра. Или послезавтра… Или после бала…
Бойцы были почти равны. Почти…
– Брат более опытный, всё-таки у него за плечами не один реальный бой с врагами княжества и тварями хаоса. Светлому не хватает боевого опыта, но держится он великолепно, – склонился ко мне Саша. – Думаю, через год он сможет фехтовать с Ивартом на равных.
Я опять повернулась и посмотрела на ложу владыки. В глазах императора горело пламя азарта, он, не отрываясь, следил за поединком, иногда что-то говорил своему спутнику, тот согласно кивал. В особо напряженные моменты император делал движения левой рукой, словно в ней была шпага. Неужели Стейнар — кронпринц? И что тогда делать мне?
– Ах! – воскликнула Аннет.
Сердце замерло, я повернулась к арене и увидела, как Стейнар сильно прогнулся назад, пропуская шпагу над собой. Светлые дружно выдохнули, но рано… Нереально быстрый Иварт чиркнул кончиком шпаги по скуле соперника. На месте пореза выступили капли крови, и в тот же миг, как шпага темного коснулась щеки Стейнара, дракон умудрился возвратным движением прочертить такую же царапину на руке темного княжича.
– Стоп бой! – усиленный магией голос Демона разнесся над ареной. – Победа присуждается лорду Иварту Сигалу, но только потому, что его удар был на долю секунды быстрее.
Стадион взорвался аплодисментами, свистом, воплями. Девчонки бросали на арену цветы, шляпки, ленточки. Я тоже бросила пузырек с восстанавливающим зельем, Иварт его поймал и подмигнул мне.
А потом перед нами извинилась вторая тройка спорщиков. И в этот раз все было более чем серьезно.
– Это был глупый спор. – Стейнар взял меня за руку, а я вдруг испугалась и не знала, что делать, выдернуть ее или сделать вид, что ничего не происходит. Ведь на нас глазела толпа народа. – Ты простишь меня?
– Я тебя прощу. – Мне на плечо легла горячая ладонь оборотня. – Не дури девчонке голову, светлый. Она не для тебя.
– А для кого же? – вызывающе спросил Стейнар.
– Не важно. Если не нравится фраза, могу переиначить. – Э оскалился, показывая клыки. – Ты не для нее.