- Забыла их на заводе, - честно призналась я и подумала, как же приятно говорить правду.
- Да ну? - скептически протянул Марк. - Ещё скажи, возвращаться не собираешься за ними?
- Не знаю, - в третий раз не солгала я.
- Ох, Аюри, не хватает тебе хорошего нагоняя! - брат лёгким тычком в спину загнал меня на борт "Цеоса". - Вот отец бы устроил тебе порку...
Прошмыгнув мимо Сета, сидевшего в камбузе, я рухнула в кровать в своей каюте и, не раздеваясь, отрубилась. Проваливаясь в крепкую фазу блаженного сна, я продолжала бежать... прыгать по развалинам завода... ползти под перекрытиями... отжиматься, подтягиваться... Дарт Мол обеспечил мне незабываемую в самом плохом смысле слова ночь.
Напрасно я надеялась на то, что забрак откроет двери в сакральные знания Ситхов и проложит путь к управлению Силой. Реальность оказалась жестокой и банальной: Дарт Мол гонял меня по всему рудодобывающему заводу почти до сердечного приступа. Но и это не останавливало его: откалибровав ритм моего сердца до относительно безопасного посредством Силы (и при этом игнорируя странное воздействие Силы на мой организм, вызывающее невообразимую тошноту), он продолжал принуждать меня заниматься садистской формой физических упражнений.
Развалины сооружения послужили идеальной площадкой для того, чтобы измучить живое существо до полусмерти, называя процесс "лёгкой зарядкой". Возникающие то там, то сям чёрные дыры шахт, практически незаметные в ночном мраке, покосившиеся опорные конструкции главного цеха, низкие заржавевшие транспортёрные ленты - забрак заставил меня использовать рельеф местности по полной программе. Сначала, когда он только приказал мне пробежать по территории завода, я не поняла его намерений. Казалось, он подразумевал разогревающую разминку. Но вскоре с помощью тончайших сигналов, передаваемых Силой, он управлял мной как марионеткой, и я, спасаясь от невыносимых касаний Силы, бросалась очертя голову, в самые опасные участки завода.
Я прыгала с полутораюнговой высоты (благо, внизу был песок), лишь бы избежать ядовитого невидимого хлыста; в панике пробиралась под заросшими колючими растениями подставками под чаны с расплавленной (но уже навеки застывшей) рудой, только бы избавиться от хватавшей за пятки незримой твари; сигала через провалы шириной как минимум в юнг в попытке унести ноги от жестокого чудовища, подчинявшегося другой, не менее хладнокровной сущности, - забраку. Напрасно я орала, чтобы Лорд Ситхов прекратил пытку, тщетно старалась объяснить, что не способна подтянуться более двух раз подряд... страх перед опасностями, таившимися в глубине завода, рано или поздно отступал перед паническим ужасом, вселяемым Силой. Если я останавливалась или выдыхалась, Дарт Мол дозированно увеличивал своё влияние до такой степени, что я готова была делать что угодно, лишь бы избежать мучительного удушья, перемежаемого приступами головокружения. Три раза перед глазами начинали плясать мушки, сердце окончательно сбивалось с ритма, и я просто падала, как подстреленная на охоте дичь, но Лорд Ситхов с мастерством медика дефибриллятором Силы возвращал меня в сознание вновь и вновь. Я ненавидела Ситха, Силу, вообще всю вселенную, создавшую двух этих чудовищ, не испытывавших ни капли сострадания или жалости ко мне. Я кричала в пустоту и умоляла о пощаде неизвестность, ибо Дарт Мол стал невидимым, чтобы я даже не пробовала найти его и отвлечься от тренировки.
Невероятно, но с помощью "реанимаций" и страха я продержалась в подобном темпе до самого утра. Теперь я знала, что такое ад на земле.
Забрак напоследок ещё раз "взбодрил" моё сердце и молча отпустил на "Цеос", вот тогда я и позабыла о Мечах Уушты.
День рождения - грустный праздник
Пробуждение было не то, что болезненным - оно показалось ещё хуже, чем проведённая ночь на заводе. Выработанная молочная кислота не рассосалась, и боль в теле агонией пронзала каждую клеточку, почти провоцируя судороги. Тихо ругаясь сквозь сжатые зубы, я скатилась на пол, ибо другого способа встать с кровати в таком состоянии я не нашла. Раздался стук в дверь.
- Войдите, - простонала я, борясь с желанием послать всё к забраку на рога и отрубиться опять.
На пороге возник Марк с кусочком домашнего кекса в руках.