Катя вся сжалась, сдвинула колени, напрягла бедра и почувствовала, как каменеют ее плечи — вот так ее тело отреагировало на воспоминание.
— Но я не понимаю, как все это может быть связано с этим человеком, которого убили. Это мой случай. Моя история. Зачем вы пытаетесь все это связать?
— Понимаете, Рыжова, вы сначала сказали нам, что незнакомы с убитым, потом признались, что видели его всего один раз, причем назвали его имя — Михаил, а заодно охарактеризовали его, как сволочь. В две тысячи семнадцатом году вы подверглись насилию, у нас есть свидетельские показания по этому делу вашей соседки, которая рассказала о том, как встретила вас в метро в тот вечер, когда вы добирались домой после того, как были изнасилованы. Насильников, если верить Миле, было трое. Одного из них звали Михаилом. Что вы можете сказать по этому поводу?
— Да ничего! Он, этот Михаил, которого убили, вообще не имеет никакого отношения к тому случаю. Там был другой Михаил. Они и не похожи. А Мила… Блин, вот змея! Вообще никому нельзя верить! Поделилась, называется, с подругой!
У нее было такое чувство, будто бы ее не просто, вернув в прошлое, окунули в грязь, но еще и толкают в пропасть. Мила, классная же баба! Зачем она рассказала следователю о той истории? Да еще и имя назвала! Там Михаил, здесь Михаил… «Вряд ли она, конечно, хочет, чтобы меня посадили, — размышляла Катя, — она просто дура, ляпнула, не подумав…»
— Но если он не имеет никакого отношения к той вашей истории с изнасилованием, тогда почему же вы в разговоре со мной назвали его сволочью? Что было между вами?
— Да ничего особенного! — в сердцах воскликнула она. — Познакомились на сайте знакомств, встретились, перепихнулись, вот и все! Больше он мне не звонил.
— Перепихнулись где? В вашей же квартире? Там, где он был убит?
— В машине, — прошептала она, уже глотая слезы. — Все было по-скотски. Поэтому и назвала его сволочью. Даже конфет не принес, не говоря уже о цветах. Урод. Таких на сайтах — тыщи!
— А почему тогда, в две тысячи семнадцатом, не обратились в полицию? Не заявили об изнасиловании?
— Странный вы какой-то… Мне же угрожали, мол, расскажешь кому, убьем. Это я всю оставшуюся жизнь тряслась бы от страха. Зачем? Уж лучше перетерпеть и забыть, чем постоянно оглядываться.
— Вы можете назвать мне сайт, на котором вы с ним познакомились?
— Да пожалуйста! — Катя достала из сумочки телефон, открыла сайт и показала экран Седову. — Вот, сами смотрите…
Следователь записал в блокнот.
— Вы сказали, что двадцать пятого сентября около десяти часов вы вышли из магазина, где работаете, чтобы сходить в аптеку и купить таблетки от головной боли. Но вас не было почти три часа, мы узнавали. Что вы делали и где вы были?
— Я расскажу, если вы пообещаете не сообщать моему руководству.
Седов пожал плечами. Как часто он выуживал тайны своих подследственных путем таких вот обещаний куда-то там что-то не сообщать. Чаще всего это было связано с супругами, которые что-то скрывали друг от друга. Сейчас же, подумалось ему, дело связано с магазином. Интересно.
— Хорошо. Но если это не повредит следствию. Вы же понимаете, я не стану с вами торговаться, если ваша информация может помочь нам выяснить правду.
— У меня была назначена встреча с одним человеком, который обещал мне продать партию «Монтале» по дешевке.
— Что такое «Монтале»?
— Это французские духи, очень дорогие. Я бы заменила дешевую подделку на дорогие, которые потом продала бы в своем интернет-магазине.
— Понятно.
— Да ничего вам непонятно…
— Так, Рыжова, пожалуйста, никуда не уезжайте из города. Мы вас еще вызовем.
Она фыркнула. Вот только этого в ее жизни и не хватало — допросов! Как будто бы она преступница какая!
Седов подписал ей пропуск, Катя вышла из кабинета, спустилась на улицу, глотнула свежего воздуха. Накрапывал дождь. Она достала телефон, вызвала такси, затем раскрыла зонтик и вдруг почувствовала, как все внутри нее сжимается, как в горле распухает ком, а глаза наполняются слезами. Вот за что ей все это? Зачем забрались грязными ногами в ее прошлое? Мало того, что такие вещи не забываются и отравляют всю жизнь, и каждая женщина, прошедшая этот ад, никогда его не забудет, так ей еще и напоминают об этом позоре! Приплели Михаила, который вообще к этой истории никакого отношения не имеет! Вцепились в это имя — Михаил. Это что же получается? Теперь они решат, что это она, Катя, убийца, встретилась с Михаилом на сайте, типа, вспомнила его и решила отомстить? Зарезала его! Да, вот только этого ей и не хватало!