Видимо, иногда все же проще смириться с тем, что человек тебе неприятен и не тратить время на бесплодные усилия наладить с ним контакт. Правда, что побудило Галю вообще приехать в лагерь, я так и не смогла понять. Она, кстати, была единственной, кто представляясь в первый вечер, не сказала о причинах своего пребывания здесь…
Как я уже говорила, в конфликтной ситуации я никогда не тушуюсь, предпочитая сразу обозначить границы дозволенного. Так что Галя быстро поняла, что меня задевать не стоит и отступила.
- Молодец, - зашептала мне как-то на ухо Леся-повариха. – Мы все боялись с ней связываться, может, теперь язык попридержит, змеюка.
Я только вздохнула – неужели это неизбежно, что в любом, даже самом чудесном коллективе все равно найдется человек, мутящий воду? Впрочем, я быстро успокоилась – едкие подколки Гали на фоне общего позитива оказались такими мелкими!
Через несколько дней после приезда мы решили наведаться в деревню – прогуляться и кое-что купить. Несколько ребят вызвались с нами, в том числе и Лукаш. Сначала мы шли рядом, он начал рассказывать мне о своем участии в других проектах, но потом нас нагнал Марко, и разговор затих. На обратном пути Марко вдруг заявил:
- По-моему, нам надо чаще разделяться.
Я искоса глянула на него. Вот так новости! Неужели он уже выбрал, за кем бы приударить? Или настойчивость Гали приносит первые плоды? И я мешаю, когда нахожусь рядом? Мне эта мысль не понравилась. После его откровений о Рите я поняла, что образ «Марко-с-разбитым-сердцем» мне импонирует больше, чем образ «Марко-любимца-девушек». Быстро же он оправился после разрыва! А, может, наоборот, надеялся, что новый роман поможет ему поскорее забыть Риту? Но какими бы мотивами он не руководствовался, мне стало грустно. И тут Марко пояснил:
- Пока я рядом, у тебя мало шансов сблизиться с кем-то.
Вот оно, вечное мужское стремление – оправдать собственный эгоизм заботой об интересах женщины.
- Да, я как-то и не собираюсь…
- А зря. Ты заметила, что Лукаш расстроился, когда я вас догнал? По-моему, ты ему нравишься.
Я вздохнула:
- Заметила.
Марко остановился.
- Это что-то новенькое! На моей памяти первый раз, когда ты не пытаешься отрицать, что уловила проявленный к себе интерес! И что случилось?
- Потому что впервые мне тоже нравится тот, кому понравилась я. Вот так.
- Тогда тем более нужно разделиться!
- Не уверена, что я готова…
- Готова к чему? Меньше проводить времени со мной или больше – с Лукашем?
Я рассмеялась:
- Ни к тому, ни к другому. Уж о чем я меньше всего думала, собираясь сюда, так это о любви!
- Так всегда и бывает, настигнет, когда не ждешь, - сказал он и помрачнел. Наверное, вспомнил о Рите.
- Ладно, разберемся. Думаю, если я сильно нравлюсь Лукашу, он найдет возможность со мной поговорить.
- Держу за вас кулачки!
- Только не вздумай ему сказать, что я призналась тебе, что он мне нравится!
- Не беспокойся! Он со мной держится настороженно.
Впрочем, мне не пришлось предпринимать никаких особых попыток, чтобы донести до Лукаша весть о том, что симпатия взаимна. Все произошло как-то само собой, легко и естественно, таков уж оказался Лукаш – светлый и безыскусный человек! Через несколько дней не только я, но и все остальные привыкли, что мы сидим с ним рядом за столом, что в деревню и на речку ходим парой, на расстоянии от остальных, что исчезаем по вечерам.
Как-то, возвращаясь из рощицы, куда мы ходили за ключевой водой, мы застали ребят за работой – под вечер неожиданно налетел сильный ветер и сорвал с места палатки, теперь они их переустанавливали.
- Может, и для вас уже пора палатку поставить? – пошутил Димка.
Окажись на месте моего спутника, например, Марко, он тут же бы съездил по морде за такие шутки. Если бы это был Алекс, он бы в ответ отпустил еще более двусмысленный комментарий. Лукаш же, не говоря ни слова, повел меня дальше, лишь кинул на Димку такой взгляд, что тот сразу стушевался и замолчал.
У меня горели щеки. За последнюю неделю, в течение которой наше общение перешло из приятельского в романтическое, не раз возникали моменты, когда дело шло к поцелую. Ну, сами знаете – разговор ни о чем, и вдруг перехватываешь его взгляд, сердце замирает, а в ушах звенит. Тем не менее, Лукаш вел себя сдержанно, словно боясь меня спугнуть. Он чутко отлавливал мое настроение – ведь мне и хотелось большего, чем легкие нежные объятия, и было страшно переходить на новую стадию. А тут шуточки про совместный сон!
Не знаю, считать ли это случайным совпадением, но первый поцелуй состоялся именно в этот вечер. Может, намеки подстегнули Лукаша к решительным действиям? Как бы то ни было, Лукаш выловил меня после душа: