Барабан прыгал по рингу из угла в угол, надрывая свой и так напрочь сорванный голос:
-Местное отрепье, сброд и прочие отходы! Вы готовы к очередной схватке? А-а-а?! - в ответ полулюди загудели, как пчелиный рой, - вы знакомы с Фурункулом, он выиграл пару боёв, отправив на тот свет своих соперников! Вы, мои дорогие зеки и уголовники, снова встретитесь с ним! На этот раз противостоять Фурункулу будет новичок, - зал неодобрительно заулюлюкал, - унижайте и презирайте, Аргун! Хрен его знает, откуда он и вообще мне на этот глубоко н-а-с-р-а-а-а-а-т-ь! Просто мы все хотим увидеть знатное мочилово! Так что ребятки, не разочаруйте нас!
Барабан спрыгнул с ринга, а с противоположных сторон на него взобрались бойцы. Фурункул, худощавый, жилистый мужичок, тридцати лет с лысиной и подбитым глазом мычал, упершись разъяренным взглядом в Аргуна. Аргун понимал, что вляпался, но дороги назад уже не было. Теперь он мечтал, чтобы скорее появился жестокий Ариосто и занял его место за пультом управления. Сзади что-то щёлкнуло. Закрылись борта. Вокруг только ринг и прочные пластмассовые стены, упирающиеся в потолок. Сбежать невозможно, даже если будешь умирать, лежа на белом полотне ринга, истекая кровью, не факт, что тебе сразу окажут помощь. Может потом, если тебя не добьёт твой неприятель. Сердце Аргуна запрыгало, как сумасшедшее. Ему вкололи анималоид. Да. Но организм отторг сыворотку. Даже не организм, а новое программное обеспечение, встроенное в голову. Он не стал животным, даже эпсилон-луч оказался бессилен. Аргун мог не проходить иагизацию, но интерес подтолкнул его на это. Увы, когтями и клыками обзавестись не удалось. Ведев ломал голову, прикидывая, какой анималоид могли вколоть этому Фурункулу? Аргун долго осматривал своего противника, так долго, что схлопотал мощнейший удар в челюсть и с грохотом рухнул на упругий пол. Толпа будто взбесилась, Барабан что-то орал в мегафон. Какофония звуков выводили Аргуна из себя. Он поднялся на колени, поправил круглые очки, натянул упавшую лямку штанов на костлявое плечо, встал на ноги. Ариосто не приходил, а Аргуну не хотелось драться. Ещё один удар ногой в корпус откинул новичка в борт. Аргун скатился на пол, сев на пятую точку. К такому измывательству он был не готов, да что там, Аргун вообще не ожидал очутиться в таком гиблом месте всего сутки назад. Призывы "прикончить ублюдка" сыпались со всех концов зала. Народ бушевал, полулюди остервенели, размахивали ручищами, кто-то запустил чем-то гадким и скользким в прозрачный борт так, что эта неясная субстанция медленно сползла вниз, оставляя мерзкий след. Ариосто снова промолчал. Аргун с хрипом разогнул колени, выпрямившись в полный рост. Фурункул атаковал открыто, не обороняясь. Ошибка любого боксера - решить заранее, что бой легко выигран. Фурункул провёл хук слева, Аргун поставил блок, корявый удар справа был встречен кевларовой конечностью. Фурункул кинулся на Аргуна в надежде завалить врага на лопатки, но второй парировал нападение, уйдя в сторону. Разъяренный Фурункул молотил руками и ногами по худому, внешне хилому телу Аргуна, пытаясь сбить противника, нанести повреждения, но каждый раз встречал грамотно выставленный блок, против которого был бессилен. Со стороны сражение стало напоминать веселую забаву, в которой один - подросток-задира, а второй - его великовозрастный отец, отбивающий игривые нападки сына.
-Бой должен закончиться! - пробарабанил Барабан.
Слова белобородого старика прозвучали как команда. Призыв к действию. Как раз вовремя прибыл Ариосто, усевшись на кресло "пилота" и как бы извиняясь, что так долго отсутствовал, когда был очень нужен. Аргун не сразу понял перемены, просто теперь угол обзорастал другим.
Аргун Ведев наблюдал за своим телом откуда-то извне, как сторонний наблюдатель. Аргун долгое время занимался боксом на профессиональном уровне. Оттуда и его злосчастная травма, приведшая к смертельной болезни. И вот бокс, отнявший когда право жить по-человечески, возвращал долги. Ирония судьбы, не иначе. Но теперь Аргун размышлял, переводя дух в углу разума, бился Ариосто. Бывший профессионал, первый чемпион Кубка Объединенной Федерации по боксу в тяжёлом весе не без наслаждения наблюдал, как бесстрастно, но жестоко Ариосто расправлялся со своим недругом. Ариосто грациозно танцевал вокруг Фурункула, также пританцовывая, легко обошёл свою жертву, ухватился за горло кевларовой рукой и метнул беднягу в борт. Затем прыгнул на противника сверху и провёл серию ударов в грудную клетку. Фурункул задыхался. Ариосто оставил жертву и отошёл в свой угол. Аргун замер в удивлении. Он думал, что Ариосто - безжалостный убийца, его поэтичный друг с окончательным сдвигом, который ничем не исправить. Но Аргун не ошибался. Фурункул приподнялся из последних сил, тяжело хрипя. Ариосто вернулся к своей жертве в последний раз. Разбежавшись, он обрушил на Фурункула мощнейший удар ногой, попав в подбородок. Жертва рухнула замертво, тело моментально обмякло, а толпа бесновалась, приветствуя своего нового фаворита. Аргуна переполняла желчь, но Ариосто купался в добытой славе. Как два вечно ссорящихся брата, очень разные, они открыто ненавидели друг друга. Но Аргун признавался себе в том, что успел проникнуться к Ариосто странными чувствами, граничащими с заботой и неким подобием уважения. По крайней мере, в одном Аргун был уверен наверняка: без этого поэта-неудачника ему теперь точно не обойтись.
Рустам считал заработанные Аргуном деньги, покуривая в салоне своей "тойоты". Аргун лежал сзади. За это время он знатно вымотался и попросил у парнишки отдыха.
-Сукин сын, ты настолько крутой, что если б знал, поставил тысячу, нет, две! - радость в словах Рустама росла с каждым подсчитанным энгом, - ты просто фурор, братюнь, такого я давно не видел! Но это тебе повезло, что у этого Фурункула анималоид туфтовый был, гиена. Ничего, как понимаешь, страшного. Тем более дурень триутолан жрёт. С ним в побоищах этих не победить. И ты, кстати, тоже особо не налегай. Я тебе дам пару капсул и пока хватит. Дальше соперники всяк серьёзней пойдут, - Рустам докурил сигарету и метнул окурок за окно, - желаешь на богатых и знаменитых персон работать? Что я спрашиваю? Конечно, ты не против, ещё б ты заартачился. Короче слушай, всё просто - побеждаешь ещё в четырёх боях и считай, что пропуск в безбедную жизнь тебе обеспечен. Пока поживёшь у меня. Стукни об кресло раз, если согласен с таким раскладом.
Аргун немного помедлил и тихо ткнул кулаком в кресло водителя.
-Круто. В следующий раз я подниму ставку до тысячи, так что не заставляй меня переживать, уделай парня сразу. Ладненько? Надеюсь, братюнь, ты меня понял. Оно и мне и тебе кайфовей. Ух, повезло мне с тобой, жуть как подфартило.
***
Владлена Райх принимала гостей. Сегодня, в первый день последнего весеннего месяца, ей исполнялось тридцать пять. Разумеется, о количестве прожитых лет никто из гостей, в том числе и сама именинница, не вспомнили. Она восседала во главе длинного стола в гостиной, мило отвечала на комплименты и поддерживала разговор в большой, шумной компании. Владлена выглядела потрясающе в своём красном, обтягивающем талию платье и аккуратных туфлях, привезенных из самого Милана. Лучшие дома моды сотрудничали с бизнес-вумен из зоопарка. Она платили большие деньги, они шили модные, утонченные вещи. Владлена всегда предпочитала простые решения любых проблем, и не потому что была глупа, наоборот. Её ум и находчивость давали ей право не путаться в делах, которые не требовали изощренности. Не надо ничего усложнять! Под таким девизом бледнокожая и рыжеволосая Владлена Райх управляла своим финансовым фрегатом в тёмных и далеко не всегда спокойных водах Парка 300. Владлена не славилась красотой. Острые черты лица, звериные от рождения. Глаза как лезвия, которые сразу шинкуют человека на части и после взгляда которых тяжело собрать себя в кучу. Некрасивая, но властная. С таким определением согласиться далеко не каждая женщина, но Владлена Райх была не против, потому что, как она считала, это её роднит с великой императрицей Екатериной II, которая, как известно, была не самой приятной наружности, но правила талантливо и искусно. Званый ужин заканчивался, приближались глубокие сумерки. Гости стали расходиться. Среди уходивших был всевозможный сброд, богатый и победнее. Почти все "сливки" местного зверообщества почтили своим присутствием день рождение уважаемой особы, все, кроме двух. Не пришёл мэр Парка 300, Роберт Градт. И "смотритель" рекреационного района, влиятельный и состоятельный Эктор Лэнг, старший брат Кастора Лэнга. От Градта новостей нет давно, он заперся в своём пентхаусе и уже полгода не высовывает носа на свет, а Лэнг представляет для Лады Райх самую сильную головную боль, от которой властная женщина давно мечтает избавиться, но не находит подходящего лекарства.