Я некоторое время всматривался туда, но никого не было.
Я вдруг подумал, а что если и вправду в этом парке твориться какая-нибудь чертовщина? Что если я вижу призрака? Что если пропаду так же как и остальные?
Мне захотелось уйти, но я опять не смог. Не знаю, как вам это объяснить. Вот вроде резко хочу уйти, а как только делаю первые шаги в сторону выхода, такая тоска берет. Так уж и хочется подольше здесь погулять. Вроде и боязно, но сопротивляться совсем не хочется. Вся эта атмосфера осени и загадочного парка по нраву мне была. Влюбился я в него с первого взгляда.
Я решил продолжить зарядку несмотря ни на что. Я лег на траву и стал качать пресс. Вот я раз сделал подход — опустился-поднялся, вот второй раз, вот третий, а на четвертый поднимаюсь и глядь: стоит на той стороне мужик в сером плаще и шляпе и пялиться на меня... Блин я чуть не усрался. Вскочил на ноги. Стал на него смотреть.
Я главное на него смотрю, а он на меня. И не уходит гад.
Я тогда стал оглядываться в поисках чего-нибудь потяжелее. Мало ли! Я хоть парень неслабый был, но все-таки кто его знает чего от этого чудака ожидать? Нашел я палку покрепче, поворачиваюсь, и нет его.
Ну сука, думаю, где-то за деревом спрятался. Стою с этой палкой и думаю: то ли на ту сторону бежать через овраг, то ли домой валить. Подумал я, что наверняка тот чудак здесь все нычки знает. И решил я все-таки домой свалить от греха подальше.
Два дня после этого в парк не бегал, все мужика вспоминал. Решил занятиям себя посвятить. А мысли все только о парке и были. Саньку не стал сразу про мужика рассказывать. Не хотел я, чтобы меня подкалывал. Скажет еще, что уже мужики мерещатся. Опять про бабу втирать начнет.
Но в этот раз я ошибался на его счет. На вторую ночь Саня поздно пришел с девицей какой-то. Бухой вусмерть!
— Брат, — говорит, — это пипец! Честное слово некуда с девушкой пойти. Там такое было. Прикинь, пошли мы с ней в парк ну типа уединиться. Она не хотела, мол, говорит страшный парк у них — люди там пропадают. Ну я же мужик епта. Вон Свет скажи! Только пришли мы на край оврага, начали целоваться, ну там где с тобой пиво пили, помнишь?
— Не дыши Саня, — отмахнулся от брата я. А он синий на меня наваливается, что-то рассказать хочет.
— Ну я навалился на Светку, целуемся, а там мужик какой-то как заорет сука с той стороны оврага, плащ распахнул свой, хером светит, голый как младенец. Я думал там и останусь. Еле удрали мать его.
— Сашенька правду говорит, все так и было! — подтвердила девка. — Говорила я Саше, что в наш парк не надо ходить...
— Можно Витек я ее на ночь оставлю братан? Ты же мне как отец. По-братски. Поздно уже ее домой провожать... я уже... если честно не вывожу...
— Ладно, валите наверх. Мужика и я видел....
— Внатуре... Витек... че ты мне не сказал? Надо этого урода научить жизни...
Язык Сани заплетался, то ли бухой был, то ли опять своих колес обожрался. Короче отправил я их спать. А сам лежу на диване и думаю в темноте. И вправду у них в этом парке неспокойно. Даже ходить туда как-то боязно стало. Но тянул меня парк сука. Ничего не мог с собой поделать. Решил я в участок наведаться завтра, да рассказать полиции про мужика в сером плаще. Вдруг это он продавщицу порешил. Мало ли?
ГЛАВА 4 ГОРОД КОТОРЫЙ НЕ ХОЧЕТ ЗНАТЬ ПРАВДУ
Отделение полиции в центре располагалось. Пришлось мне туда сбегать. С участковым поговорил. Мутный мужик какой-то — сам себе на уме, хотя с виду нормальный вроде, типичный блюститель правопорядка — фуражка, усы рыжие, перегарищем прет. Говорю, что мужика в сером плаще в парке видел, а он мне:
— Катился бы ты сынок отсюда подобру-поздорову. У нас тут городок маленький, но преступный. Нам тут и с местными проблем хватает. Еще с приезжими разбираться.
— Я с продавщицей этой в день убийства утром беседовал. Обувь мне выбрать предлагала. А вечером буквально узнал, что ее убили. Жалко ее.
— Так может ты ее и пришил? А что? Ты неместный, мы тебя не знаем. Оставь-ка ты отпечаточки свои дружок.
— Да хоть десяток отпечатков возьмите. Я гражданин нормальный. Репутация в моем городе у меня хорошая. Честно работаю в фирме компьютерщиком. Отец мой уважаемый человек, зам директора крупной строительной компании, так что мотивов у меня нет. Я сюда в отпуск приехал. За тетушкиным домом присмотреть. Померла она. В парк в тот я заниматься бегаю. Нравиться мне там. Так вот мужик там какой-то есть. Не только я его видел. Брат мой с девчонкой своей... тоже видал.
— Так ты сюда с братцем, говоришь, приехал? А он у тебя тоже порядочный гражданин? — полицейский надо мной явно посмеивался.
— Саня пацан конечно с ветром в голове, но за него ручаюсь. Мы не хотим проблем. Просто хотели предупредить вас, что в парке кто-то есть. Ну может же гражданин РФ проявить сою гражданскую сознательность? Или нет? Я вам сообщил, а вы уж сами все проверяйте.
— Мы-то проверим сознательный гражданин. И сознательность вашу тоже проверим. Вот пошлем запрос на вас, и проверим. А если не хочешь проблем лишних, лучше возьми-ка ты братца своего и домой поезжай.
— Ну это не вам решать! — строго ответил я участковому. — Я живу в свободной стране. Где хочу там и буду жить.
Мои слова задели его. Он вскочил со стула, стукнул по столу кулаками и выпалил:
— Решать-то не нам сознательный ты наш гражданин, а может и нам. Знаешь сколько таких как ты, мы каждую неделю убитыми находим? То обдалбаются наркоманы эти под клубом сволочи, то ножичком кого пырнут, то машина кого собьет, не говоря уже об этом парке, в котором людей не находят!!! У меня головной боли выше крыши!!! Уматывай отсюда нахер, пока я тебе 15 суток не впаял за оскорбление при исполнении. Еще поучать меня будет щенок!
— Ага! — огрызнулся я. — И дальше исполняйте...
На этих словах я вышел на улицу. И дернул же меня черт припереться сюда. Это же Мухосранск — какая тут полиция может быть нахрен.
* * *
— Ну ты Витек и баран! — правильно упрекал меня Саня когда узнал что я в полицию бегал. — Какого хрена в участок поперся? Своих что ли проблем мало? Сдался тебе этот мужик в парке? Мало ли местный какой?
— Да не в мужике дело Санечик, а в городе этом целиком. Словно сговорились они тут все. Тайна у них какая-то.
— Меня на обратном пути машина едва не сбила. Намеренно кто-то убрать хотел.
Да, было дело, ребят. Когда я домой из участка пошел, сзади джип черный меня чуть не снес. Я машинально в сторону шагнул, а он прямо в меня целился. Окна затонированные, номеров не было. По газам дал и уехал. Словно намекал мне на то, что пора мне отсюда валить.
Санек, когда про это дело узнал, отцу сразу позвонил. Про неприятности наши рассказал. Я Санька отговаривать начал чтоб не звонил, а он, ни в какую не слушал. Сказал, что валить нам отсюда надо, пока внатуре нас местные не прибили.
Батя приехал в тот же вечер. Поговорили мы с ним. Сказал он, что через неделю покупатели на дом приедут. Нам нужно было 7 дней продержаться. Отец не настаивал, сказал, что можем хоть сейчас с ним уехать, но я не согласился, а Саня не стал меня одного оставлять.
— С ума ты сойдешь со своим парком, — недовольно сказал он мне, когда отец уехал.
* * *
На следующий раз все повторилось снова.
Пришел я в парк. Хмарилось. Вечер был. Тучки собирались. Деревья уже наполовину облысели. Дело готовилось к зиме. Гулял я долго возле охотничьего домика, вначале — не стал я в сады ходить. Покружил я вокруг него, по ступеням к дверям поднялся, погладил мраморных львов. Дернул за ручку двери — оказалось не заперто. Вошел внутрь темного пустого помещения, пахло штукатуркой или цементом, не знаю. В углу нашел старую запыленную фуражку. Видать, все, что осталось от охранника. И как это ее полиция не забрала на вещь доки, хотя зная местную полицию это не удивительно.