Устроили преступный синдикат мать их!
Отец осторожно подошел к кровати, положил на пол шуршащий пакет с апельсинами и присел на угол.
— Чуяло мое сердце еще прошлый раз, что забирать тебя отсюда надо было сын. Ты уж прости. Я докторам заплатил, чтобы все у тебя тут по первому разряду было.
— Не стоило пап. Что с покупателями на дом?
— Перенесли все. Ты не думай об этом пока. Дом по весне продадим. Ты долечивайся и возвращайся домой. Я тут остаться не могу. Но Санек обещал присмотреть за тобой, я ему денег оставил, так что не переживай.
— Он за собой-то присмотреть не может. И деньги зря ему отдал.
—Не ты же будешь себе за лекарствами бегать в аптеку. Не переживай. Врачи сказали рана неопасная. Через неделю заживет. Органы внутренние не задеты.
Вскоре пришел Санек, и мы втроем здорово пообщались. Моя неприятность сплотила их. Не помню я, когда так втроем сидели. Отец вечно на Сашку злой был.
Я папе как есть все рассказал. Он обещал в Москве с уголовным розыском связаться и сюда нескольких ребят прислать. Проверить всю местную подноготную.
А пока что мне предстояло неделю проваляться на больничной койке.
Из головы все не выходил мой парк, в котором был соперник за право гулять в нем.
ГЛАВА 5 ВЫЛЬПУРГИЕВА НОЧЬ
Через неделю на мне все зажило как на собаке. Прокол оказался точным, и зажил быстро. Вы не поверите, куда я собрался отправиться первым же делом: в парк!
Уже вечерело. Перед тем как выйти я решил выпить таблетку обезболивающего, пришлось их долго искать. Брат вроде обещал купить, но его дома не было. Наверху в спальне я нашел нужный мне пластиковый флакончик. Все же купил Санек, не подвел братишка. Выпил таблеточку, запил ее водой и пошел на улицу.
Проходя мимо моста, непроизвольно глянул на место, где стояла всегда баба Маша. На земле я увидел несколько пятен засохшей крови. Видать моя. Уже холодало, срывался мелкий снежок. Я был рад этому. Пускай завалит мою кровь на земле, чтобы я постоянно на нее не смотрел.
После убийства бабки, я не испытывал угрызений совести. Это была самооборона, не правда ли? К тому же я избавил город от нее самой. Жители должны были быть мне благодарны. По крайней мере, не будет больше мне докучать своими предъявами.
Впереди показалась заветная арка. Я испытал нечто вроде возбуждения. Оно разливалось внизу живота приятным теплом. Я будто хотел этот парк. Я так соскучился по нему, что ноги буквально понесли меня сами.
Я быстро миновал поляну и подошел к первым яблоневым садам. Большая часть листвы опала с деревьев, деревья готовились к зиме. Но те листья, которые еще оставались на ветках все разом зашумели, будто обрадовались мне... и разом опали...
Я видел такое явление впервые в жизни и очень этому удивился, но я удивился еще больше когда произошло следующее:
— ТЫ ПРИШЕЛ КО МНЕ ПРЕТЕНДЕНТ НА ДОЛЖНОСТЬ СМОТРИТЕЛЯ?!! — послышался гулкий голос со всех сторон. Я буквально офанарел. Нифига себе — парк говорил со мной! Он обладал разумом!
Я шел к оврагу, поскрипывая снегом под ногами, испуганно озираясь в ожидании, что ПАРК скажет что-то еще. Но он молчал.
Такой тут простор прямо был, небо такое бескрайнее, хмурое только по-зимнему. Что аж бежать хотелось, лететь и прыгать!
На мне была теплая темная куртка, все те же кеды и спортивные штаны. Спасибо отцу, что привез куртку, иначе бы здесь замерз.
Мне было интересно узнать смогу ли я сегодня увидеть этого чудака? И я увидел его. На этот раз он не замечал меня. Играл на той стороне под размашистыми ветками дуба. В больнице мне удалось выяснить имя этого шизофреника. Его звали Антипочкой.
Слишком старомодное имя для современно мира.
Антипочка бегал и прыгал, словно гонялся за невидимой бабочкой с палкой. Той самой палкой, которой я хотел его отлупить. Значит, он приходил на эту сторону. Кто знает этого чудака? Может ночами напролет он шастает по всему парку.
— Антипочка!!! — крикнул я ему со своей стороны оврага.
Чудак испугался, вздрогнул, свалился, встал, отряхнулся и посмотрел на меня.
— Это мой парк Антипочка!!! — Я не собирался делить с этим мерзавцем свое королевство. Этот чудесный парк должен был принадлежать мне.
— Стой где стоишь! Я иду за тобой! — крикнул ему я и устремился в овраг. Снег к этому времени усиливался, начиналась настоящая метель
Я захотел поймать этого маньяка и сдать властям.
* * *
К моему бесконечному удивлению Антипка убегать не стал. Он храбро дождался меня возле дуба. Этот худой старпер, озлобился — крепко сжимал свою дубинку в обоих руках и грозился меня ударить, вскидывался, бормотал что-то:
— Ты слышишь чужак, как парк говорит с тобой?! — начал он вдруг говорить. — Только послушай его: он живой... он дышит... он шепчет...
— Я отниму его у тебя! — сказал я этому аборигену. Я не хотел делить с ним свое королевство.
— Мы будем драться с тобой за этот парк чужак! Ты пожалеешь о том, что явился в мою обитель. — Тут Антипка перешел в наступление.
Я не привык бить больных людей, но этому сам доктор прописал, я собирался, как следует настучать ему по кумполу. Я сделал пару обманных движений и попытался ударить его в бороду боковым, но вдруг в голове зазвенело, и я упал в снег лицом. По ощущениям я понял, что он достал меня палкой по голове. Безумец злорадно захихикал и побежал в сторону кладбища, пытаясь укрыться в яблоневых садах на холме.
Я очнулся, потер голову, нащупал немного крови, вытер ее о снег и побежал за ним. Похоже, что я недооценил этого упыря. А тем временем ночь надвигалась на заповедник. Но мне было все равно. На этот раз я решил поймать его, во что бы мне это не стало.
Я пробирался через заброшенные сады поросшие старым кустарником в сторону кладбища. Я хотел было сломать себе ветку с дерева, на случай обороны, но как я мог притронуться к этим священным созданиям из древесины? Сломать дереву ветку все равно, что сломать человеку руку. И я не стал этого делать. А вместо этого упал на колени перед одним из них и стал поклоняться ему. Я просил парк дать мне силы. Уберечь меня от зла скрывающегося в нем. Пока я молился то вслушивался в тишину и завывание ветра.
Крупинками снег осыпал мою куртку. Благо на ней был капюшон.
И я услышал его монолитный глас:
— ПРОСИ МЕНЯ И ВОЗДАМ!!!
Когда со мной говорил ПАРК, земля будто содрогалась под моими ногами.
После воздания хвалы саду и ПАРКУ, я устремился на кладбище. Я стал медленно приближаться к воротам, которые как всегда поскрипывали на ветру.
Я вошел на его территорию и стал медленно пробираться вдоль могил, держа при этом руки на уровне глаз, чтобы в случае нападения сразу отразить атаку.
Я прошел уже половину кладбища, когда увидел боковым зрением, что кто-то справа на меня смотрит. Я обернулся и увидел громадного мужика в цепях, с топором.
Он очень пострашному заорал, будто я вторгся в его владения, и я понял, что это был тот самый пропавший кладбищенский сторож. Он был похож на мой вымышленный образ исполина с бензопилой, только вместо пилы у него был топор.
Он побежал на меня, гремя цепями. Они обматывали все его тело. Тогда я устремился вниз через противоположный выход к набережной, но он погнался за мной. Мне пришлось прорываться через овраг. Я затаился за большим валуном. И он пришел прямо к этому валуну. Бродить стал, выискивать — высматривал меня гад.