Лера сползла по стене на пол. Сладкий сон о Паке разрушился, рассыпался на призрачные осколки.
– Ух, – выдохнул Пак. Теперь он говорил с Дэйзи. – Благоверная мне подруга, конечно, но обещать ей луну я больше не в силах. Невеста где?
– Сидит взаперти, готовится. На завтрак придет во всем великолепии, не волнуйся. Стилисты позаботятся о внешнем виде, гарантирую. Иди в гостиную и перечитай сценарий, что говорить, что делать, а я проверю, как поживает наша девица.
– Как она? Нерасторопная?
– Нет, девочка понятливая. Меня заботит другое. Девица похожа, сам знаешь на кого. Вдруг она уже в курсе? Фанаты обожают копаться в грязном белье. Отыскивать в сети гадости о кумирах. И она такая же любопытная. Найдет фоточки, посидит под замком в твоей спальне, сообразит, что к чему, и поймет свою роль в нашем спектакле. Наличие семьи заядлому холостяку могут и простить. Но это!.. То, что приключилось, сам понимаешь с кем… Этого никто не простит!
– Прикуси язык! – крикнул Пак. – И лишнего не болтай. Такие, как она, ради рекламы своих услуг этикетку к платью пришьют – ходила в невестах у мировой звезды. Как с английским у нашей мисс?
– Думаю пять слов, - пренебрежительно ответила Дэйзи. – В эскорте больше знать и не нужно.
Пак хохотнул, а Дэйзи продолжила говорить серьезно:
– Смотри, как бы приблудная фанатка не наделала нам проблем.
– Да ладно тебе!
– И потасовку у отеля не стоило провоцировать. Пак, пойми, страна не та, здесь драку общественность воспринимает иначе.
– Сбрасывать вещи с балкона – мой конек. Обожаю смотреть, как фанаты дерутся за футболку Паркера Джонса. Все внутри звенит, я одержим, полон энтузиазма. Дэйзи! Истинно прекрасное чувство!
– Верю, что прекрасное, Пак. Смотри сколько дизлайков и гневных комментариев собрали новости о драке под твоим балконом. Активисты имеют реальный повод требовать у власти отменить русское турне. В Санкт–Петербурге, Пак, когда вздумаешь разбрасывать личные вещи, прошу, предупреди.
Пак снова хохотнул:
– Да ничего особенного я не сделал. Подрались, разбили пару носов. Счастливчик получил приз.
Лера опустила голову. Стало горько, противно и жалко себя. Она сладкий приз для репортеров, который был оставлен в спальне дозревать, допекаться, поливаться карамельной глазурью. Русская фанатка, готовая ради встречи с кумиром забыть и прошлое, и настоящее. Расстаться с мужем, бросить детей. А Лере в семье и жаловаться не на что. Если только на колкие замечания матери, что плохо одела Кристину, а Павлику купила в магазине вместо шерстяных варежек синтетические рукавицы.
«Павлик»
Лера увидела жалкую кучку своих вещей… Испачканное платье… Потрепанный лифчик… В душу закралось более смутное ощущение тревоги. Где телефон? Нужно позвонить, узнать вернулся Максим к детям или нет… Что сказал им о ней… Нет… Телефон у Олега!..
Тут в замочной скважине повернули ключ. Дверь распахнулась. Дэйзи, как и обещала Паку, привела к «невесте» стилистов. Кучерявый и ниже Леры на полголовы вкатывал вешалку с платьями. Остальные несли коробки с обувью и все, что нужно для укладки и макияжа.
– Идеальный кусочек пирога! – похвалил на английском Леру мастер, подводя ее к зеркалу. Безвольную. – Будете обворожительно выглядеть на любой фотографии. Секундочку… Подберем великолепный наряд! И прическу.
Яркие платья мелькали перед глазами. Все узкие, приталенные, длинные, короткие. Стилист снимал с вешалок один наряд за другим. Вещи переливались на свету, а от блеска люрекса хотелось зажмуриться.
Мастер стянул с Леры халат, и она в панике закрыла грудь руками.
– В чем проблема?
Ассистентка стилиста ударила Леру по рукам, и она была вынуждена опустить их. Кто–то чужой подошел сзади и стал поворачивать ее, измерять сантиметром объём талии, груди.
– Что за безобразие! Выпрямляемся! Ровно стоим. Не шевелимся.
Стилист стянул с плечиков короткое песочное платье на тонких бретельках и приложил к Лере.
– Это! – сказал он. – Надеваем.
Платье оказалось в руках у Леры. Она ощупывала ткань и долго не могла понять, где пуговицы, молния. Ассистентка покачала головой, выхватила у Леры наряд и сама стала натягивать на «невесту» тесный футляр. Узкое в груди платье еле застегнулось. И дышалось с трудом. Воздуха не хватало.