— Мне прям щас начинать дрожать, или можно ещё пиццу съесть? — уточнила Женька, уже понимая, что в ближайшие дни скучать не придётся.
— Хм, — Тим принял задумчивый вид, — пока разрешаю не дрожать. И вообще, занятия начнутся завтра. Сегодняшний вечер предлагаю использовать для знакомства!
— Завтра. У Глобуса. В девять, — проинструктировал Тим на прощанье, не переставая улыбаться. — Чур, не опаздывать!
— Так точно, товарищ начальник! — Женька по-военному приложила руку к голове (ну и что, что без фуражки!) и взялась за ручку двери.
— Спокойной ночи, — Тимур слегка сжал её ладонь и ушёл.
Женька не спрашивала, отправится он спать домой, или поднимется на седьмой этаж общежития, где обитали неженатые сотрудники. Проводив взглядом его обтянутую светлым пуловером спину, девушка вошла в комнату.
Соседка Наташа, с которой Женька так и не смогла подружиться, готовилась к аттестации. Сдаст, и отправится в отдел статистики и математического анализа. Внеземелье, с его опасностями и отсутствием цивилизации, это дитя асфальта не интересовало.
— Привет, — Женька сбросила на пол сумку, плюхнулась в кресло. — У-у, ноги как гудят!
Наташа сдвинула на лоб очки и с прищуром посмотрела на соседку.
— Только ноги, или голова тоже?
— Нат, не нуди. Всего пара бутылок пива за знакомство.
— Парень? — оживилась та. Ее всегда интересовали такие вещи.
Женька отрицательно помотала головой.
— Нее, временный инструктор. Пока Блейком из отпуска не вернется. Улетный тип!
— И кто у нас инструктор? — Натка вопросительно подняла тонкую бровь.
— Тим, то есть Тамерлан.
— Тамерла-ан? — протянута та, — Это же первый бабник ПАРМЫ!
Женька испытала жестокое разочарование. Надо же! А он ей так понравился!
— Точно говорю! — подтвердила свои слова соседка, — Вера из разработки рассказывала.
— Вера расскажет, — отмахнулась Женька, услышав имя главной сплетницы института. — И вообще, мне с ним работать, а не детей крестить!
— Ну-ну, — хмыкнула Натка, снова раскрыв конспект, — Похоже, уже накрестили…
— Мы просто пили пиво, — с лёгким нажимом произнесла Женька, — и всё.
Наташа не отреагировала, снова уткнувшись в конспект.
Н-да, просто пиво. Просто болтали обо всем на свете, просто орали песни с уличными музыкантами, просто было классно! Так классно и весело, как никогда и ни с кем раньше. И хотя Тим, памятуя о своём тяжком бремени инструктора, даже и не пытался заигрывать, а Женька — из тех же соображений — строить глазки, но что-то произошло. Что-то волшебное и загадочное, от чего в животе танцевали бабочки…
И вот — на тебе! Оказывается, местный Казанова, что ни одной юбки не пропустит! Оби-идно. Ладно, если держать дистанцию и общаться только по делу, пару недель вполне можно продержаться. А потом явится Блейком, и о Цое Тамерлановиче можно будет не вспоминать.
***
Третья смена закончила дежурить перед рассветом: на восточном горизонте небо уже начинало светлеть. Керра, на которого скучное ночное бдение навеяло сон, отправился на боковую (полчаса, но мои!), а Тимур присел возле почти прогоревшего костра.
— Шёл бы спать, — буркнул немногословный Рамасс, помешивая красноватые угли. — День предстоит долгий.
— Не усну уже. Ты отдохни, если хочешь. Я послежу за костром.
Тот отмахнулся.
— Не к чему отдыхать. Подъем скоро, надо завтрак готовить. Ты лучше знаешь что, воды принеси, — и Рамасс радостно сунул пустой котелок Тиму в руки.
Цой в восторг от поручения не пришёл — котелок-то двухведерный — но всё же пошёл к реке. С этой стороны дежурили ребята из нанятой охраны, познакомиться с которыми Тимур не успел. Впрочем, в лицо они его знали, так что пропустили без разговоров.
Тишину предрассветного часа нарушал лишь шорох волн да пофыркивание лошадей в лагере. Тимур зачерпнул воды, развернулся к лагерю.
На гладком валуне сбоку от тропки сидела Кхала. Неживая обхватила руками острые коленки и, склонив голову, внимательно смотрела на Цоя.
Тим справился с первым шоком — он совершенно не слышал ее приближения — подошёл, поставил котелок на землю.
— Привет, — криво улыбнулся он, — я не видел тебя в обозе.
— У меня свои тропы, — пояснила Кхала, глядя как будто сквозь него, — да и твоим спутникам не нужно меня видеть.
Тимур промолчал. Он так и не понял, чего хочет от него Кхала.
Девушка склонила голову набок, заправила за ухо смоляную прядь.